КИМ 1 (СИ) - Prophet

- Для того и делали, товарищ Халепский, - улыбнулся в ответ Максим. - Еще пару слов нужно сказать и о фляге, - произнес Максим. - Саму флягу мы почти не трогали, она так и осталась объемом в семьсот пятьдесят миллилитров с винтовой крышкой на цепочке. Мы только окрасили ее в защитный цвет и нанесли рисунок звезды, как на котелке и кружке. А вот чехол для нее мы сделали новый. Шьется он из парусины и имеет суконную подкладку. Такая подкладка, если ее намочить холодной водой, позволит дольше сохранить воду во фляге прохладной.

- Полезно, - заметил Буденный.

- Еще мы хотим предложить Красной армии новую пехотную лопатку, - продолжил тем временем Максим. - От старой она отличается, прежде всего тем, что она складывающаяся. Благодаря складной конструкции общая длина лопатки увеличилась, а ее длина в сложенном состоянии, наоборот, уменьшилась. Теперь она занимает меньше места на снаряжении, а значит - ее удобнее будет носить.

На прочих мелочах, призванных улучшить быт красноармейцев, вроде жестяных мыльниц и чехлов для зубных щеток я останавливаться не буду, они представлены на столах, и вы сами можете их рассмотреть. Расскажу только о фонариках и часах.

Фонарик имеет прямоугольный металлический корпус и питается от квадратной батарейки. Особо я хочу обратить внимание на выдвижные шторки красного и синего цвета. Синяя шторка нужна для того, чтобы скрыть луч от посторонних глаз, красная, чтобы меньше напрягать глаза при кратковременном использовании фонарика.

- То есть? - не понял Говоров.

- Ну, вот представьте, что вы идете куда-то темной ночью и вам понадобилось на секунду взглянуть на карту, - попытался объяснить Максим. - При использовании красного фильтра свет не так резанет вам по глазам, а после выключения фонарика вы быстрее обратно привыкните к темноте.

- Представил, товарищ Белов, - кивнул Говоров. - Все ясно.

- Часы полностью отечественного производства, и предназначены, в первую очередь, для командиров, - продолжил рассказывать Максим. - Пробные партии были заказаны на первом и втором государственных часовых заводах. Корпус из нержавеющей стали, с поворотным кольцом. Стекло хрустальное, ударопрочное. Ремешок черный, кожаный, с широким напульсником. В общем, все удобно и надежно.

На этом у меня все. Готов ответить на возникшие вопросы, закончил свой доклад Максим и потянулся к графину с водой.

Некоторое время члены комиссии ходили между столов, изучая представленное на них снаряжение. Предметы брали в руки, рассматривали их, что-то даже примеряли на себя.

- Скажите, товарищ Белов, - спросил, наконец Говоров. - А для чего на многих предметах нанесено изображение красной звезды? Так ли она необходима, скажем, на флягах и котелках?

- На западе это называется «логотип», - ответил Максим, ставя на стол пустой стакан. - Это эмблема или знак, используемый для повышения узнаваемости в обществе. Новое снаряжение получилось не самым дешевым, поэтому, для снижения себестоимости, его производство нужно сделать массовым. У нас семимильными шагами развивается туризм и многие предметы снаряжения придутся туристам ко двору. Те же, котелки и фляги, например. Да и лопатки, я думаю, многим понравятся. Поэтому-то я и предложил наносить на подобные предметы эмблему РККА. Люди будут их покупать и скоро каждый гражданин СССР запомнит, что армейское - значит отличное! Ну, если, конечно, производители не подкачают...

- Не подкачают, товарищ Белов, - очень тихо пообещал Ворошилов, отчего его слова прозвучали крайне серьезно. - Ты, Максим, правильно делаешь, что стремишься поднять престиж армии в народе. Вы с товарищами разработали для нас и красивую форму, и продуманное снаряжение, а о качественном производстве всего этого я уж позабочусь!

1 июля 1936 года. 22:00.

НИПСВО. Московская область, поселок Щурово.

В последующие несколько минут Максим обстоятельно отвечал на вопросы членов комиссии, желавших понять почему тот или иной элемент снаряжения устроен именно так. Наконец, вопросы иссякли. Да и ужин уже подоспел.

Несмотря на то, что все блюда, поданные на ужин, были приготовлены из концентратов, из разнообразие было даже больше, чем во время обеда: по четыре вида супов с тушеной говядиной, каш, заправленных свиной тушенкой и киселей, плюс галеты и чай с сахаром. В конце ужина Сталин и Буденный, попробовавшие понемногу все предложенные блюда, единодушно одобрили введение носимого запаса продовольствия, да и Ворошилов уже не был настроен столь скептически.

После ужина члены комиссии засобирались обратно в Москву. Провожать их вышли Белов и Бульба.

- Вы проделали колоссальную работу, Максим Иванович! - произнес Сталин, впервые обратившись к Белову по имени-отчеству. - Новое оружие и новое снаряжение заметно усилят нашу Красную Армию и позволят ей еще эффективнее противостоять врагам нашей страны, которых у нее во все времена было немало. Спасибо вам!

И Сталин пожал Максиму руку.

- Служу трудовому народу, товарищ Сталин! - непроизвольно вытягиваясь по стойке «Смирно», ответил Максим.

- Хорошо служите, Максим Иванович! - кивнул Сталин и, развернувшись, направился к своему «Паккарду».

Проводив взглядом покидающую полигон колонну автомобилей, Бульба шумно выдохнул, а затем снял фуражку и промокнул платком взмокший лоб. Максим же, не чинясь, сел на ступеньку и потянулся за папиросами.

- Как же я задолбался... - вздохнул Максим. - Скажите, Иван Ионович, это всегда так выматывает, или только в первые разы?

- Всегда, - усмехнулся Бульба. - Ну что, Максим Иванович, по сто пятьдесят для успокоения и спать?

- Угу… - устало согласился Белов, которого сегодняшний день вымотал до предела.

Часть вторая, глава четвертая. ПОСЛЕДСТВИЯ.

«Хочу в отпуск, а лучше - сразу на пенсию!»

Макаров Дреяр, мастер гильдии «Хвост Феи».

2 июля 1936 года. 10:00.

Кабинет С. М. Кирова. Москва, улица Дзержинского, дом 2.

- Проходите, товарищи сержанты, присаживайтесь! - не отрывая глаз от лежавшего перед ним документа, произнес товарищ Киров.

Гертруда Шнайдер, оказавшись в кабинете наркома во второй раз, уже более уверенно заняла ближайшее к товарищу Кирову место с правой стороны совещательного стола. Ее подруга Киу Линь устроилась рядом с ней.

Грету с одной стороны радовало, что ей по долгу службы не пришлось расставаться с Киу, с которой они целый год прожили в одной комнате и стали близкими подругами, а с другой - чем дальше, тем более непонятной становилась их дальнейшая служба.

После выпуска они с Киу, как и было предписано, явились к товарищу Кирову за новым назначением и узнали, что в их обязанности будет входить сопровождение и охрана некоего Максима Белова, лейтенанта государственной безопасности. Возникший было вопрос о том, зачем простому лейтенанту нужна охрана, отпал сразу же после того, так товарищ Киров показал им фотографию этого самого Белова. И Грета, и Киу неоднократно видели запечатленного на фото юношу в третьей ШОН, где он периодически появлялся и принимал участие в занятиях по рукопашному бою, стрельбе и общей физической подготовке.

Инструкторы при этом называли Белова исключительно по имени и общались с ним не как с курсантом, а, скорее, как с коллегой. Да и видно было, что Максим не нуждается в обучении, а тренируется исключительно для того, чтобы поддерживать себе в форме. Среди курсантов, вообще, бытовало мнение, что он был одним из испытуемых, участвовавших в создании программы, по которой их учили.

Самой Грете не довелось познакомиться с Максимом, однако она видела его спарринги с инструкторами по рукопашному бою и была впечатлена его скоростью и реакцией. Herr des Himmels[1], да он был быстрее Киу, а это показатель! Линь, кстати, тоже впечатлилась увиденным. Несколько дней она ходила крайне задумчивой, а потом с удвоенной силой налегла на тренировки.