Ад, как он есть - Элтенно Звездой

— Дайна, ты даже себе представить не можешь, что мне сегодня снилось, — простонала Лея в ответ на пробуждение.

— И что же? — поинтересовалась демонесса.

— Для этого, конечно, надо знать мою школьную учительницу по математике. Математику и алгебру я обожала, мне нравилось решать примеры. А вот с геометрией было значительно хуже, нет у меня пространственного мышления… Так вот, если в общих чертах, то у этой учительницы даже с тройками в математические ВУЗы поступали. Гениальный педагог, которого боялась вся школа. К ней никогда и никто не опаздывал на занятия, а вызов отвечать сопровождался дрожью в коленях. О! Я до самой смерти не забуду ни её имени, ни доски. Такая зелёная в алюминиевой рамке, — начала вспоминать Лея. — Я даже помню, какие и в каком порядке располагались пластиковые треугольники, метровая линейка и огромный деревянный транспортир. Помню табличку над доской, на которой написано «Математику уже затем учить надо, что она ум в порядок приводит» и подпись «М.В. Ломоносов», помню, какие и где стояли шкафы и цветы на подоконниках, помню настенные часы на стене напротив доски. На эти часы смотреть было нельзя.

— То есть тебе приснился твой школьный кабинет и всё? — скучающе спросила Дайна.

— Нет. Мне снилось, будто я сижу, как и обычно, за первой партой, а учительница медленно водит карандашом по списку, выбирая того, кто пойдёт отвечать. Уже это вызывало ужас, но когда она вызвала меня, сердце словно остановилось. Я в панике подошла к доске решать пример. Надо было делить восклицательный знак на ноль. А так как первое вообще неделимо, а на второе нельзя, то у меня был самый настоящий ступор. И вот я растерянно и тихо говорю: «Я не помню, как такое решать», а учительница пристально смотрит на меня холодными глазами и мрачным ледяным голосом замечает: «Вот резинку на волосы нацепить ты, Пелагея, не забыла, а элементарный пример как решать не помнишь»… Ужас. Вспомнить страшно. И это спустя столько лет после выпуска школы!

— И это та самая причина, почему сегодня ты уж как-то совсем неважно выглядишь? — удивлённо спросила Дайна.

Вот уж как несколько дней она, как и в самом начале службы, находилась подле своей госпожи. Лея ни о чём не спрашивала Дагну, внутренне изнывая от любопытства. Подобные вопросы казались ей верхом невежливости. Хотела бы что рассказать демонесса — рассказала. А итог и так понятен. И ясен был с самого начала. Наигрался демон и отпустил восвояси.

— А обычно просто неважно? — то ли шутя, то ли огрызаясь вопросом на вопрос ответила Лея, вставая с кровати.

— Именно так, — ответила вредная Дагна и повернулась к зеркалу, чтобы покрасоваться перед ним. Выглядела демонесса, как и всегда превосходно.

До работы в Аду девушка считала, что у неё противная работа. Вспоминалась рабочая байка, что «в Голландии то три выходных дня в неделю», и как коллеги с придыханием говорили: «Вот что значит цивилизованная страна». Да они в Аду не были! Даже когда не приходилось задерживаться на работе, времени хватало только доехать до дома, отрешённо поужинать и рухнуть на кровать. Нет, примерно с таким же графиком она жила и на Земле, но исключительно из-за того, что далеко жила. И были выходные! Лея подумала, что раз прошло более трёх месяцев со дня назначения на должность, значит, дома наступило самое настоящее лето. Теперь бытие в офисе во время летнего пекла солнечного дня не казалось ей таким ужасным событием. К жаре можно и привыкнуть. А во время обеда всегда ведь можно было выйти на улицу и посидеть на лавочке, подставляя лицо и другие открытые части тела ласковому свету. Захотелось разреветься от обиды и зависти! Глаза защипало.

— У меня депрессия, — плаксиво заключила Лея и села на кровать, понимая, что ей хочется ныть и сожалеть обо всех своих несбывшихся мечтах.

— Это только пока. Ещё немного и у тебя истерика начнётся, — утешила демонесса.

Психоаналитик из Дайны был тот ещё. Но где-то внутри у Леи сразу закипело возмущение, притупляя порывы к самокопанию. Ведь ей хотелось только, чтобы её хотя бы пожалели! Но разве дождёшься этого здесь?… Сразу захотелось стать маленькой девочкой. Снова вернуться в детство. Прижаться к маме, как обычно, когда её обижали в школе, чтобы та погладила по голове и сказала, что всё будет хорошо, что самое главное то, что она её любит, и всегда будет любить. Эти тёплые воспоминания согрели сердце. Лея поняла, что очень скучает. Да, она нечасто видела родителей, приезжая лишь на праздники. Но всегда был телефон. И почему она злилась, когда мама начинала звонить каждый день? Почему так раздражали вопросы, что у неё на обед, кушает ли она хорошо? Почему хотела бросать трубку, когда мама интересовалась личной жизнью?… Мама. Она всегда была рядом. А теперь исчезла из жизни, как если бы умерла. Хотя, это не вполне верно. Она там. На Земле. Как и вся семья. Это Лея умерла для них… А, может, она и правда умерла? И таково её личное послесмертие? Её собственный Ад? Ведь говорят же, что каждому по вере его. Во что она верила? Во что хотела верить? Вспомнился припев из старой песни.

«Я свободна, я раскована!Я музыкой навеки околдована!Моя душа надеется на чудо,На то, что я когда-нибудь счастливой буду!Хватит суеты и серости,Мне хочется лететь над повседневностью!Я хочу любить и быть любимой,Молодой, красивой и счастливой»[7].

— Дайна, а как ты думаешь, я действительно больше никогда не увижу Землю и свою семью?

— Землю, скорее всего, да. А семью… Зависит от них самих. Но не думаю, что тебя бы порадовало увидеть их здесь, — Лея даже содрогнулась, вспоминая Лавовые озёра и муки душ.

— Это уж точно. Меня скорее порадовало бы никогда их больше не видеть.

Нечего оттягивать неизбежное. Если что-то и может поменяться в её жизни, то совсем не в лучшую сторону. На какой-то миг она задумалась, не стоит ли закрыть потолок в карете, но решила, что всё равно сама же и сорвёт новую обивку. Нет, это её маленькое окошечко в лучший из миров, который она раньше считала серым, глупым и нелепым.

Девушка подошла к шкафу. Одежды было значительно больше, и связано это было с тем, что виконт приглашал её на мероприятия в замке. А они проходили примерно раз в двадцать дней. Лея побывала уже на нескольких таких вечерах, но больше не видела баронессы, герцога или графа. События разворачивались примерно по одной и той же схеме. Блуждания по залу, короткие разговоры с подоплёками, значения которых Лея практически не понимала, мерзкие развлечения и, конечно, бои. Один раз по лёгкому мановению руки Ал'Берита пол под одним из гостей раздвинулся, и тот упал в яму для боёв. Виконт не отпускал Лею, а потому пришлось с начала до конца смотреть, как освежёвывают незадачливого приглашённого другие демоны. Их было много. Невероятно тощих тонких тварей с горящими угольками глаз, огромными тонкими иглами зубов и крючковатыми когтями… Кажется, это и были чорти. Были и ужасающие угощения. Но стали появляться и фрукты. Лея помнила свой восторг, когда заметила самый настоящий ананас. И пусть он был посыпан какой-то кислой гадостью, которая легко смахивалась вилкой, это было бесподобно вкусно.