Принцесса с планеты Сприс (СИ) - Моури Эрли

Оплатив из рубки заправку и усиленные старания ремонтной бригады, Глеб начал тестировать системы корабля. Стабилизаторы действительно оказались в порядке, но это было сущей мелочью. Нашлось еще несколько небольших неполадок, которыми позже мог заняться Арканов. Через десять минут Быстров закрыл внешний люк «Тезея» и начал топливопркачку. Датчик показывал, что емкости заполнены цинтридом на сорок два процента. Едва цифра поднялась до сорока восьми, клешня заправщика разошлась и поднялась к своду. В экран заднего обзора было видно, как от хвоста разведчика отъезжают ремонтные роботы. Через минуту от него отхлынула толпа техников, золотой стол с кораблем дрогнул и медленно поплыл к шлюзовой камере. Скоро внутренние двери закрылись, шлюз стал красным в мерцании контрольных огней. Внешние створки тронулись с места, открывая черный космос и далекие звезды.

— Аэлеэн три семьсот семьдесят, просьба не задерживаться в причальном пространстве станции. Доброго пути! — раздался голос автоматического диспетчера.

— Вроде обошлось, — пробормотал Агафон, активируя консоль энергоконтроля.

— Аэлеэн три семьсот семьдесят, старт запрещаю, — снова нарушил тишину рубки диспетчер. — Сектор Итаа номер восемьсот тридцать три для вылетов закрыт.

Золотые створки, усиленные молибденовой сталью дрогнули и замерли.

— Черт! — выругался Быстров. — Привет от Холодной Звезды!

Глеб хотел тронуть корабль и проскочить в широкий зазор, но массивные створки начали смыкаться.

— Лобовое поле защиты первого уровня! Быстро, Агафоша! — распорядился капитан.

— Полторы минуты, — отозвался Арканов, схватившись правой за лимб, пальцами левой трогая сенсоры.

Как только «Тезей» покачнулся, и передним развернулась тускло светящаяся мгла, Глеб понизил мощность фотонной пушки на три четверти и вдавил шероховатую кнопку. Ослепительный луч ударил в почти сомкнувшиеся створки, белыми фейерверками в шлюз полетели струи расплавленного металла — их напор не сдерживало даже защитное поле. Быстров поводил вправо-влево треугольником прицела и очень медленно тронул корабль вперед. «Тезей» вынесло из дыры с оплавленными краями.

— Герхи будут очень недовольны! — рассмеялась Ваала.

— А плевать на них — мы им даже не кумовья, — капитан направил космолет в сторону астероидного пояса.

— И из тюрьмы эти Герхи вас вытаскивать не хотели, — заметил А-А. — Снимать поле?

— Нет. Отойдем от станции — тогда, — Глеб перебросил коды связи с браслета в память бортового компьютера. Затем нашел тот последний, по которому выходила на связь Ариетта и активировал его.

В рубке зазвучал настороженный мужской голос:

— Луанес Лринк. Слушаю.

— Будем знакомы, Луанес Лринк, я — Глеб Быстров. Могу я поговорить с вашей пассажиркой?

— А я — Дроздофара Млис. Рада познакомится, Глеб Быстров, — раздался взволнованный голос Ариетты. — Как ваши дела?

— Отлично, госпожа Млис. Мы только что вырвались «Сосрт-Эрэль», — сообщил землянин. — Подробности позже. Я попрошу господина Лринка принять наши координаты, скорее выйти на связь тонким лучом и задать нам направление.

На навигационном мониторе обозначилась зеленая точка, которой раньше не было. Яхта «Иса Роз» находилась где-то у орбиты Герх-Эсси. Быстров начал маневр сближения, не жалея цинтрида и экипаж, который вдавила в кресла жестокая перегрузка.

Переход из корабля в корабль в скафандре — непростая процедура даже людей, имеющих в этом приличный опыт. Дочь Фаолоры справилась с ней минут за двадцать пять. Быстров с беспокойством следил то за мигавшими точками на радаре — кораблями, приближавшимися к «Тезею», то за принцессой, удалявшейся от «Исы Роз» по сложной траектории и кое-как сумевшей добраться до раскрытого люка разведчика. Когда пристианка влетела в шлюз, Глеб вскочил с кресла и поспешил навстречу. Следом за ним подорвался с места Арканов, не удержалась и Ваала.

— Васильевич, только не задерживайтесь! — предупредил на бегу А-А. — К нам со всей окрестности слетается вражья техника!

Глеб остановился перед дверью, за которой шипел нагнетаемый мощными насосами воздух. Давление в шлюзе и внутри корабля выровнялось, створки распахнулись. Аритетта в серебристо-голубом скафандре шагнула в коридор, и поспешила снять шлем. Получалось у нее это плохо, и Глеб, придя на помощь, расстегнул замки.

— Капитан Быстров… — проговорила принцесса, едва вдохнув свежий воздух «Тезея».

— Да, Ваше Высочество, — землянин с улыбкой застыл перед ней.

— Вы думали, что избавились от меня? — она встряхнула спутавшимися волосами. — Вы думали… Вы вообще думали обо мне?

— Каждую минуту, — ответил землянин и тихо добавил: — даже по ночам…

— И я думала о тебе, — она вдруг обняла его и поцеловала в губы, жадно прижимаясь всем телом.

— Госпожа Ариетта, вы целуете всех, кто о вас думает? — полюбопытствовал Арнольд, поднимая оброненный шлем. — Так я вот здесь, новенький, после ремонта!

— Фашист! Изменник! — Ивала показала андроиду кулак и зашагала в рубку.

Прощание с Луанесом Лринком было недолгим: неизвестный эсминец почти приблизился на дистанцию выстрела, и любая задержка становилась опасной.

Ариетта несколько секунд глядела на печальное лицо Луанеса, затем сказала:

— Я вынуждена была обмануть вас, господин Лринк. Мое имя — не Дроздофара.

— Я догадался. Вы не похожа на ту, которая называет истинное имя незнакомому человеку, — ответил владелец яхты.

— Теперь мы знакомы и это знакомство вышло приятным. Мое настоящее имя Ариетта. Прощайте, капитан! Я буду помнить, как вы меня выручили! — наследница сложила руки знаком удачи и отвернулась от экрана.

«Тезей» начал разгон, обходя зелено-бурый гигант Герх-Эсси. Упрямый эсминец не отставал, пока Глеб не перевел двигатели на форсаж. «Тезей», все набирая ход, понесся прочь из системы Шеоир.

— Куда направляемся? — поинтересовалась Ивала, наблюдая за показаниями навигатора.

Быстров рассмеялся и мотнул головой:

— Не скажу!

Он сам задал параметры точки выхода и с удовлетворением откинулся на спинку кресла.

Как из пояса астероидов выплыла черная пирамида, Глеб не видел.

Часть четвертая. Дети Алоны

1

Орнох Варх, привыкший к комфортным офисам в Мюнхене, терпеть не мог квартиру на Павелецкой с низкими потолками, запахом плесени и видом на грязный двор. Но для встречи с агентами он вынужденно прибыл сюда: все-таки дело было необычным, и милькорианец понимал, что потребуется его личное присутствие. Когда Варх поднимался по ступенькам на третий этаж, то у него возникло неприятное предчувствие, что в Москве он задержится надолго и в чертовой России его ждут непростые дни. Предчувствие возникло не на пустом месте: его породил Легх Краул, связавшийся на днях по туннельному каналу и сообщивший, что, возможно, в близком будущем Существо появится на Земле и тогда, конечно, забота по Его задержанию ляжет на немногочисленную агентуру сектора Варха. С одной стороны это было неприятно: ведь кому хочется менять размеренную жизнь на нервотрепку и такого сорта хлопоты. С другой, Орноху предоставлялся шанс утереть нос заносчивому координатору с «Сосрт-Эрэль», по глупости своей упустившему Существо.

Войдя в накуренную комнату, координатор Варх любезно поздоровался, сел в кресло и обвел взглядом собравшихся. Из свободных агентов, работавших в России, здесь собралось четверо: Коляня, Жеглов, Шатун и опытный Ирхис.

— Теперь еще раз и подробнее, что у вас? — Орнох поднял маслянистые глаза к Жеглову.

— Девятнадцатого октября в двадцать один тридцать пять по-московскому с орбитального сканера было зафиксирован гравитронный всплеск искусственной природы, — Жеглов достал из кармана микрокомпьютер и сверился с данными на экранчике. — Источник находился в Зеленограде. Дело было ночью, мы подумали, что посадка боруанцев или еще кого-нибудь, — он небрежно махнул рукой в сторону пожелтевшей люстры. — Решили отследить и зафиксировать перемещение. Однако перемещений не было. Всплеск исходил из одной и той же точки в течение двадцати минут и характер его нам показался странным. Такие параметры не выдают электрогравитационные приводы обычных систем. Более точное изучение сигнала позволило установить, что он исходит из частного гаража по улице Пролетарской. На следующий день я направил туда агента Коляню.