Часть 2 и 3 - Алексей Дуров

  - Планета Земля, - с замиранием сердца ответил Михаил. Вдруг знают?

  - Не слышал. Далеко он, навероное.

  Значит - не сложилось. Хотя, если миров миллион, простым охотникам все их знать невозможно, даже половину. Наверняка знают названия только пары сотен соседних и пару десятков отдаленных особо экзотических.

  Планер летел по спирали вверх, набирал высоту. Михаил обдумывал вопросы. Когда снова полетели по прямой, задал один из самых интересных:

  - А сколько всего миров... соединено порталами?

  - Сто тысяч! - сказал Карсун.

  - Миллион, - поправила Талира. - А лазами гораздо больше, ключей не хватает. Хранители стараются в каждом мире хотя бы столько ключей держать, сколько лазов, вот и не хватает.

  Ого. Да местные живут в действительно безграничном мире. Еще бесконечней, чем Обитаемое Пространство.

  - Поэтому разведку не ведут?

  - А кто их знает, - усмехнулся Карсун. - Миров-то бесконечность, все равно все не разведаешь. С разведанными разобраться бы, в каждом - свои беды. А разведка... говорят, надо самому в разведку сходить, чтобы понять, как оно... в неведомом мире.

  - Я сейчас в неведомом мире, - усмехнулся Михаил.

  - А что у нас... Наш мир безопасный. Дуэли на Бэдей запрещены, лэнгов больше можете не бояться, а остальное - не смертельно.

  - А хранители?..

  - А хранителей можете не бояться, мы никому не расскажем. С теми, кто хранителям прислуживает, у нас на Бэдэй... лучше не прислуживать хранителям. Бетлуну только придется рассказать, но он тоже не станет вас выдавать. Пусть сначала хранители научаться быть непохожими на лэнгов. Да если бы мы надумали вас выдать хранителям, то и рассказывать бы не стали ничего!

  Логично. Однако раз Карсун заговорил о доверии, причем убеждает, что лично ему верить можно... Признак того, что на самом деле нельзя расслабляться. Опасно.

  Задать прямой вопрос, или обидятся? Лучше задать, но осторожненько:

  - Вы... очень доверяете мне. Вы совсем меня не знаете...

  - Почему совсем не знаем? Мы точно знаем, что человек, способный предать ради выгоды, не покинет Обитаемое Пространство.

  - Но я же покинул!

  Карсун рассмеялся, и даже уравновешенная Талира хихикнула:

  - Да уже то, что вы про доверие к самому себе заговорили, означает, что вы человек... честный. Мы про вас знаем гораздо больше, чем вы про нас.

  Наивно. А может - мудро.

  У Михаила был еще мешок вопросов. Например: знают ли здесь путь с Обитаемое Пространство? Если знают, и раз там так хорошо, то почему до сих пор не переселились? Или: почему они говорят на упрощенном цефане? Или: откуда берутся ключи от лазов? И почему они разъезжают по степи на буерах, если есть в их мире звездолеты? Про охоту надо бы расспросить побольше подробностей, раз придется ей заниматься...

  Но Карсун сказал со странной интонацией - извиняющейся и гордой одновременно:

  - Наша ватага.

  Михаил высунулся вперед - смотреть. Белые точки у горизонта ничего не говорили, но есть же очки-различитель. Приблизил одну из точек.

  Парусный трейлер выглядел солидно - длинный, приземистый, с широко разнесенными колесами, окна большие, на двух мачтах - сложные полупрозрачные паруса с отверстиями. И катил довольно резво. На крыше загорал совершенно голый мужик. А трейлер достаточно вместительный, если мужик - не карлик какой-нибудь.

  Трейлеры съезжались к одному месту, где уже собрались несколько со спущенными парусами. Ветер относит дым от костров или кухонь, между припаркованными трейлерами неторопливо расхаживают люди. Женщина едет на велосипеде.

  Очень мирная картина, расслабляющая. Обманчивая? Вряд ли. Хочется надеяться, что вряд ли.

  Планер пошел на снижение.

  Михаил ехал по степи на велосипеде, высматривал креветок. Собственно говоря, знал, куда ехать, и где креветку увидит - чутье подсказывало. Вон там она появится, скорее всего - из норы.

  Остановился, откинул подножку велосипеда, поднял стойку, установил на ней длинноствольную пневматическую винтовку. Хорошее оружие, дальнобойное, с приспособленной для различителя оптикой, но однозарядное и на перезарядку нужно много времени. Впрочем, если не попадешь с первого выстрела, креветка услышит свист пули, начнет метаться и скроется в норе. И на близкое расстояние не подкрадешься - глазастые они, креветки, приходится чуть ли не с километра стрелять. А может и с километра, трудно ж сказать, как местные рывки и шаги соотносятся с земной метрической системой. Снайперская работа - один выстрел, одно попадание, как в кино говорят. А Михаил еще удивлялся, когда разглядывал охотников через очки-яасен-различитель, почему это все они кажутся похожими - то, что не видно было детей, стариков, инвалидов, беременных, это понятно, ватага не племя, они в степи делом занимаются, а не просто живут. Но - по темпераменту все флегматики за редкими исключениями, да и те сангвиники. Холериков и меланхоликов среди настоящих снайперов и не найдешь. Снайперам терпение нужно, основательность, так что не всякий хороший стрелок сможет на норных креветок охотиться. А Бетлуну плохие охотники не нужны.

  Сам глава ватаги произвел сильное впечатление - высокий, сухой жилистый, с причудливым шрамом на бритом черепе, он прям излучал ауру власти, харизма у человека. "Любую собаку загрызет", как говорят в мире Ду. Прям подавлял.

  Михаил собеседования с Бетлуном побаивался, но тот общался доброжелательно, расспросил только, действительно ли Михаил пришел по Сетевой дороге миров, как удалось добыть креветку, как спасался от лэнгов, чем питался. Михаил рассказал честно и в подробностях - чуял, что врать нельзя, потому что Бетлун не просто так беседует, а психологический портрет составляет. Дело в том, что даже снайперского искусства мало, чтобы быть принятым в подотчетную Бетлуну ватагу, еще уживчивость нужна, неконфликтность. Если атаман ватаги станет набирать кого попало, то рискует глянуть как-то в зеркало и увидеть у себя на лбу мишень - все ж с оружием, и пользоваться им умеют.

  Только про свое чутье Михаил не упомянул. Все равно не поверят.

  И Бетлун решил дать иномирянину шанс - определил на довольствие, выделил винтовку и велосипед.

  Доверие Михаил оправдал, да с блеском - в первый же день принес шесть креветок. В охоте на них основная сложность, это стрельба по беспорядочно движущейся мишени, нужно улучить момент, когда креветка остановится, да и то она может взять и побежать дальше, пока пуля летит. Или надо стрелять с опережением, так ведь креветка может остановиться или свернуть, когда охотник уже нажал на спуск. И надежных примет, чтобы определить, надолго ли креветка замерла, у охотников нету. Так что, принести с охоты одну креветку - уже удача.