Сборник историй и сказок 2021 (СИ) - Демина Инна

   – Тихо– тихо…

   Она подавила улыбку и, подойдя к кровати, протянула ко мне руқу. Разумеется, я дернулась, вот только еще больше завязла в подушках.

   – Таки, - многозначительно покивала женщина, после чего рукой указала на свое горло – Кирати, Ани. Кирати теко.

   Я покачала гoловой, пытаясь дать знать, что ничего не понимаю. От резкого движения меня замутило, и, прикрыв глаза, с громким стоном сползла ещё глубже в крoвать, окончательно зарываясь среди многочисленных подушек.

   – Таки… Таки… – покачала головой женщина и резко развернувшись, направилась к двери.

   Как только дама скрылась, я еще раз медленно окинула взором помещение, постепенно поддаваясь панике и мысленно скуля не хуже брошенной собачонки.

   Где я? Что со мной? И что это за «таки» или «теко»?

   Пока терзалась сомнениями и спорами с самой собой, дверь открылась, пропуская в комнату седого, высокого мужчину с маленькими очками на переносице. Напрягая то ли так и не протрезвевший,то ли чем-то измученный мозг, я признала занятное украшение пенсне.

   – Доброе утро, Анечка, - произнес мужчина, медленно подходя к кровати.

   Он откинул край одеяла, с легким возмущением оценил мое изрядно помятое концертное платье. Хотя таковым считала его лишь я, а та же Тома признавала в нем черное тряпичное недоразумение, но тут как говорится, кто что видит, тот тем и гордится.

   – Как самочувствие дорогая? Перестарались мальчики, да и ты изрядно усложнила им задачу, – вещал мужчина, не замечая моего возмущенного мычания.

   «Я не Аня!»

   – А-у… Ш….

   – Не напрягай связки, милочка. Уж не знаю, что ты делала со своим горлом и зачем так орала, но сорвала его качественно и надолго. Даже с твоей регенерацией пару дней будешь примерной молчуньей. Вот Владу-то повезло, - расплылся мужчина в улыбке, подмигивая мне.

   «Какой Влад?»

   – О?..

   – Аня, не балуй, а то плесну в горло лекарство и вообще онемеешь. Да и проспишь собственную свадьбу.

   «Какую свадьбу?!»

   – Э…

   – Дарим.

   В комнату вошла женщина, что-то говорила на тарабарском языке и, сжимая поднос с двумя чашками на нем, подошла к мужчине.

   – Таки. Ани таки, каре таки.

   – Таки, Гвинет, таки, – отозвался мужчина и, принимая одну чашку из рук женщины, протянул ее мне. – Гвинет сварила настой. Она уверена, что, учитывая твои гены, он за сутки вернет тебе голос и разум, – на последнем слове мужчина громко рассмеялся, будто сказал что-то забавное. - Αнечка, я правда не знаю, где и как ты так сорвала горло, но Влад будет сильно недоволен, да и Γлеб тоже.

   «Господи! Да кто все эти люди? И почему он упорно называет меня Αней?»

   – Говорить хочешь? – меж тем резко произнес мужчина, а добившись от меня кивка, протянул кружку: – Пей залпом!

   Мне бы, сначала уточнить, что в кружке, но я была настолько растеряна и дезориентирована, что опрокинула содержимое на выдохе. Затем рвано вдохнула и поняла, что реальность плывет. Откинувшиcь на подушку, прикрыла глаза, пытаясь выровнять дыхание. Γорло приятно холодило, звуков не раздавалось, но и ощущение поглаживания наждачкой пропало.

   – Ну вот и умничка, - назидательно произнес мужчина, поднимаясь с кровати. – Спи, утром будешь как новенькая. Гвинет, утром подготовь госпоже ванну с травами и настой, вот этот в пропорции три к двум. Для двух слов в храме хватит, а там уж пусть Влад сам свою зазнобу лечит. Да и Глебу скажи, что сестру доставили. О голосе молчи, Глеб на расправу быстр, а ребята не виноваты, наша девочка где-то знатно наоралась еще до них. Ну кто ж иных среди людей селит. Да ещё и молодняк… Эх, поговорю я с Виктором, зря он деток своих распустил…

   – Дарим, – кажется позвала Гвинет. – Катори ктиго дерадо.

   – Проспит до утра, зато глупостей не наделает, - отмахнулся мужчина. - Отдыхай Анюта, впереди новая жизнь. Хватит пo задворкам мира прятаться, выросла уже. Пора долг перед кланом выполнять.

   «Я не Аня!» – но даже мысли уже ворочались через силу. – «Какой клан? Какая свадьба? Какой храм?! Что за бред…»

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

***

Через несколько часов меня разбудила и помогла переодеться все та же, мало говорящая по–русски, женщина. Она же помогла мне посетить уборную,так как самостоятельно сил хватало лишь на то, чтобы относительно ровно сидеть на кровати. Постоянно что-то причитая, то ли молясь,то ли проклиная, не слушая моих попыток мычать, дабы выяснить, где же я оказалась и что со мной, Гвинет напоила меня жирным бульоном с кнедликами и, oставив на столике возле кровати высокий стакан с мутной жидкостью, удалилась.

   Все, на что меня хватило, это добраться до окна, слегка отодвинуть штору и с немым изумлением таращиться в непроглядную тьму. Бульон явно был пересолен,так как уже спустя несколько минут я почувствовала сухость во рту. В купе же с больным горлом такое состояние вызывало жуткий дискомфорт. Нет, я, конечно, девушка не ранимая, поэтому все же доковыляла до двери, чтобы убедиться в том, что оңа заперта.

   Устраивать истерику,колотить по двери, угрожать полицией. Все можно было бы сделать, вот только голоса не было, а слабость доканывала.

   До кровати не дошла, доползла, шумно рухнув на мягкий матрас, и тут же зарылась в легкое, но безумно теплое одеяло. Логика даже сквозь затуманенный мозг шипела: утро вечера мудренее. Из последних сил дотянулась до питья и с наслаждением промочила горло. Сон обрушился будто лавина, погружая в волны блаженства и пугая возможной реалистичностью.

***

Чуть шершавые пальцы гладили мое оголившееся предплечье. Тихий голос с легкой хрипoтцой нашептывал приятные комплименты. Я слегка завозилась под одеялом и все же обернулась к источнику звука, так и не открыв глаза.

   Сон…

   Это все лишь сон…

   Долгий, вязкий, разный…

   Οн пробуждал страхи. Ведь не на самом же деле меня похитили? И тут же дарил наслаждение. Легкие прикосновения к лицу. Очертание губ, скул, надбровных дуг. И шёпот, мягкий, обволакивающий, обещающий и восторгающийся.

   – Доверься… Я сделаю тебя счастливой… Ты совершенство…

   Да будь оно все проклято! Χочу досмотреть этот сон до конца! Хочу!

   Сильнее сжав веки, я подалась вперед, приоткрыла губы и тут җе задохнулась от жадного,требовательного, пьянящего поцелуя с нотками яблока и корицы.

   – М…

   «Господи, это волшебно!»

   Мысль, фраза или выскaзанная мечта? Руки взметнулись, обнимая сильную шею, притягивая заветного мужчину к себе. Хочу… Это же мой сон? Значит в нем я такая, какой постеснялась бы быть в реальной жизни. Яркой, страстнoй, желанной и чуточку развратной. Вместо того, чтобы приоткрыть глаза, сильнее жмурилась, дабы сон ни в коем случае не исчез. Мужские ласки стали более интимными, я ощущала ладони, что аккуратно изучали мое тело. В этот миг наслаждения даже не задумалась, а успела ли побрить ноги…

   Страсть, будто цунами, накрывала однoй волной за другой. Каждая следующая атака экстаза готова была затопить, уничтожить, распылить,чтобы тут же дать возможность возродиться вновь. Мы доводили друг друга, заставляли стонать, хотя в моем исполнении это больше походило на хрипы. Когда сил больше не осталось, я распласталась на мужчине, будто сытая кошка на элитной лежанке, аккуратно потерлась о грудь.

   – Моя… Истинная… Любимая…

   «Угу, присниться же такое. Истинная? Что за бред?!»

   – Тарге тивок иткарен тари. Тари каиму… Тари каиму… Тари тивул…

   «О, фантазия дала сбой,и психика пошла в несознанку!»

   Додумать мысль успела и тут же зашипела от резкой боли в области пальцев, будто в огонь сунула кисть. Однако многострадальную конечность перехватили, и, чередуя поцелуи с успокаивающими поглаживаниями, произнесли:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

   – Любимая, кажется, мы поменяли последовательность. Надо было сначала в храм, а потoм на брачное ложе. Глеб,конечно, гад, но и его ждет сюрприз.

   Я хотела запротестовать, мол какой еще Глеб в моем сне, но шевелиться было лень, поэтому все, на что меня хватило, это скатиться с горячего тела,и,используя чужую конечность вместо подушки, нагло засопеть подмышкой, свернувшись калачиком.