Жара - Виктор Степанычев

Все эти версии прозвучали на экстренном расширенном совещании, которое созвал по данному поводу Ветлугин. Почти два часа полтора десятка специалистов всех уровней и направлений — от криминалистов и криптографов до оперативников и руководителей боевых подразделений — переиначивали «чугун» в «чугунно», «чугуново» и «чугунеево», пытаясь обнаружить в словах тайный смысл. Шли прямо-таки от Иоанна: «Вначале было Слово…» Однако, как ни старались, так никуда и ни к чему не пришли.

Утомленный и рассерженный, Ветлугин подвел итог совещания также словом и не одним, а несколькими, причем теми, которые в словарях не пишутся, но в обиходе существуют. Далее была поставлена задача аналитикам отработать все населенные пункты как в непосредственной близости от столицы, так и удаленные от нее, имеющие в корне слово «чугун», а остальным предлагалось думать над его тайным смыслом.

Так как Веклемишев и Стоянов относились к последним, то они отправили «чугунную» загадку в подкорку, чтобы она там дозревала в преддверии чудесного открытия, и занялись тем, чем планировали, то есть старыми друзьями и знакомыми Мадаева, проживающими в Москве и ее окрестностях. Ветлугин, немного поразмыслив, выдал карт-бланш на проведение оперативных мероприятий, уточнив при этом, что с людьми у него напряженка, поэтому Вадим и Димитр могут рассчитывать только на свои силы. В последнем Веклемишев сильно сомневался, но главное было получить добро.

Глава 3. Трое сбоку, толку нету

Полторы недели, оставшиеся до Нового года, пролетели быстро.

Своих сил и возможностей на проверку троицы фигурантов, как и предполагал Вадим, у них не хватило, поэтому пришлось привлекать кадры со стороны, благо возможности для этого появились. Ветлугин кисло поведал, что расследование на контроле у «самого», и ткнул пальцем в потолок. А из этого следовало, что к делу можно подключать, при минимальном сопротивлении с их стороны, практически любые государственные и правоохранительные структуры.

Прикинув пути подхода к троице знакомых Мадаева, Веклемишев остановился на борцах с экономическими преступлениями. В его распоряжение были выделены три опытных оперативника столичного УБЭПа, а также по первому требованию к работе был готов подключиться и ОМОН.

Сначала посетили в Мытищах Рустама Султанова. И хозяйство у него поменьше, и приданных милиционеров надо было в деле проверить. Принадлежавшую чеченцу станцию техобслуживания, а точнее — небольшую автомастерскую, накрыли тихо и умело утром, как только там появился хозяин. Чтобы не было подозрений, Стоянов в сопровождении одного из столичных обэпников и его местного коллеги отправились проверять СТО, расположенное неподалеку в том же гаражном кооперативе.

Четыре бокса султановской станции были забиты под завязку. На одном подъемнике ремонтировали старенькую «шестерку», а в остальных стояли пять новеньких «УАЗов», тех, которых в простонародье зовут «буханками».

Ребята из ОБЭПа знали свое дело и с ходу стали искать экономическую крамолу. Таковая, без сомнения, нашлась, но в небольших объемах и, как показалось Веклемишеву, являлась стандартной для малого бизнеса. Как всегда и у всех, были проблемы с бухгалтерией: кассовыми чеками и одноименными книгами. Султанов вел себя спокойно, если не сказать — обреченно, принимая неожиданную проверку как дело обыденное, можно сказать, капризы природы: как ни молись, а дождя и ветра не избежать. Проверка явно не первая и, можно предположить со стопроцентной долей вероятности, не последняя.

Веклемишев прошелся по боксам и внимательно осмотрелся.

С «шестеркой» было все понятно: слесарь славянской наружности в замызганной спецовке менял на машине шаровые опоры. Вадима заинтересовали новенькие «УАЗы». Двое работников, чуть почище своего товарища, возившегося с вазовской классикой, по шаблону высверливали отверстия на задних дверях ульяновских вездеходов. Рядом лежала покрашенная под цвет машин полутораметровая лестница и решетка типа багажника, в половину размера крыши «буханки».

Вадим обратил на себя внимание одного из обэпников и незаметно кивнул в сторону «УАЗов». Тот понимающе опустил глаза и тут же отрицательно покачал головой. Ребята знали свое дело и успели проверить документацию на автомобили с уже нанесенной на борту красной надписью «Аварийная». Никакой экономической крамолой здесь не пахло, о чем свидетельствовали бумаги, представленные Султановым. Оказалось, что какая-то московская строительная фирма заказала ему поставить дополнительное оборудование на недавно приобретенные машины. У хозяина мастерской имелся соответствующий договор с предприятием, чертежи доработок, а также платежная квитанция о безналичной оплате заказанных работ.

Собственно, Веклемишев и не рассчитывал, что они обнаружат в мастерской, принадлежащей Рустаму Султанову, гиперболоид, с помощью которого его курчалоевский земляк Халиф хочет спалить Москву, или мегатонный ядерный фугас, коему чумазые слесари меняют карданный вал. Еще меньше было надежд, что они в мастерской наткнутся на Мадаева собственной персоной.

То, ради чего они прибыли к Султанову, должно было произойти в ближайшие минуты.

Один из милиционеров уселся составлять акт о нарушениях, второй вышел покурить, а точнее — просигнализировать, что пора начинать второй акт действа. Вадим пристроился у окна в паре метров от стола, за которым сидели обэпник и Султанов, чтобы хорошо видеть последнего.

Минуты через три в мастерскую с шумом ввалились Стоянов и милиционеры, с которыми капитан проверял соседнюю станцию техобслуживания. Димитр искренне удивился, что его «коллеги» так долго возятся с проверкой, и в подтверждение своих слов выложил на стол перед заполнявшим бумаги сотрудником Отдела по борьбе с экономическими преступлениями открытую папку, в которой лежал заполненный акт о правонарушении.

Веклемишев впился взглядом в лицо чеченца. Демонстрация акта была лишь предлогом. Перед Димитром стояла задача, чтобы Султанов увидел отпечатанный с видеозаписи портрет Мадаева на бланке «Розыск», закрепленный на левом развороте папки.

Веклемишев не хотел раньше времени раскрывать карты перед Султановым и афишировать, что они ищут Халифа. Стоянов успешно справился с задачей, изображение Халифа с «новым лицом» легло непосредственно перед глазами его земляка.

Увы, ни единый мускул не шевельнулся на лице Рустама Султанова, не метнулись беспокойно глаза, не дрогнули веки. Чеченец совершенно безразлично скользнул взглядом по портрету Халифа и отвернулся к милиционеру, составляющему акт. И это не было притворством, Вадим был готов дать голову на отсечение, что Султанов не знал человека, чье изображение ему подсунули.

Веклемишев вышел из мастерской, отошел подальше от двери бокса, закурил и исподлобья глянул на подошедшего Стоянова.

— Что скажешь, капитан?

— Пустышку тянем, Вадим Александрович, — поморщился Стоянов. — Не играет, «чех», я внимательно за ним следил. Не видел он Халифа в новом обличье.

— И я того же мнения, — согласился Веклемишев. — Поэтому сворачиваем проверку, чтобы время не терять. У нас еще два фигуранта, и, чувствует мое сердце, с ними будет посложнее работать.

К Доку Салманову подбирались несколько дней. Просто так к нему не заявишься, как к Султанову, не тот масштаб. Да и еще Вадим хотел проверить предположение, что Мадаев с сообщниками скрывается в одной из гостиниц однокашника. Эта версия не подтвердилась, зато обнаружилось, что минимум четыре из восьми роскошных VIP-отелей, располагавшихся в ближайшем Подмосковье, не что иное, как дома интимных услуг для этих самых «випов». Отдельно стоящие особняки за высокими заборами с автоматическими глухими воротами предоставляли возможность скрытно приехать и так же скрытно покинуть обитель любви.

Методы работы выбирать не приходилось ввиду дефицита времени, поэтому Веклемишев принял решение провести видеосъемку посетителей гостиниц Салманова и на этой основе попытаться найти с ним общий язык. Данный щекотливый вопрос он не стал согласовывать с Ветлугиным, чтобы случайно не подвести генерала в случае скандала и принять все возможные неприятности на себя.

В результате слежки открылось немало интересных подробностей из жизни замечательных людей. Оказалось, что посетителями VIP-отелей являются не только мужчины, чьи лица постоянно мелькают на экранах телевизоров в образе политиков и государственных деятелей, но и дамы того же высокого полета. Причем, если представитель сильного пола приезжал в гостиницу, как правило, уже в компании с девушкой, реже — с юношей, то одной ну очень известной молодящейся даме из политических кругов подвезли в гостиницу молодого человека с внешностью «тарзана» из стрип-клуба. Причем за трое суток это произошло дважды. Нескольких посетителей сразу не идентифицировали, пришлось узнавать о них по базам данных МВД и ФСБ. Оказалось, очень серьезные люди, из числа тех, которые в авторитете числятся.