Доза красивого яда (ЛП) - Клейтон Келси

Я так с ней не поступлю.

Наши пальцы переплетаются, когда я держу ее за руку, и ее дыхание сбивается, когда я наклоняюсь, чтобы поцеловать ее. Я не тороплюсь. Не надо грубо входить в нее, потому что я хочу кончить. Только она и я, и этот момент, я думаю, никто из нас никогда не забудет.

И когда мы кончаем вместе, стонем в унисон, наши взгляды не отрываются друг от друга, словно мы — единственные, кто имеет значение в этом мире.

Я хочу быть единственным, что имеет значение в ее мире.

Чуть позже девяти мы возвращаем лодку на место. Монти уже ждет нас и привязывает ее, чтобы она никуда не уплыла. Я спрыгиваю первым, поворачиваюсь и обнимаю Лейкин за талию, чтобы убедиться, что она благополучно добралась до причала.

— Лодка хорошо себя показала? — спрашивает Монти.

Я киваю. — Это отличная лодка. Ты хорошо о ней заботишься.

— Не могу приписать это себе, — говорит он с улыбкой. — У моего отца есть целая команда людей, которые делают это для нас.

Очевидно. Тем не менее, я протягиваю руку для пожатия. Он смотрит на нее секунду, затем отвечает.

— Ну, неважно. Спасибо, что позволил нам ее взять, — говорю я ему.

— Без проблем.

Обняв Лейкин, мы прощаемся с Монти и возвращаемся к моему грузовику. Может быть, Толстосум не так уж плох в конце концов.

Лейкин снова ночует у меня дома, но на этот раз намеренно. Проведя с ней целый день, я все еще не готов к тому, что он закончится. Так что ночь мы проводим вместе, лежа в постели, обмениваясь ленивыми поцелуями и постоянно прикасаясь друг к другу.

Когда наступает утро, мне не хочется двигаться. Она крепко спит, положив голову мне на грудь. Но если я не разбужу ее, она опоздает на работу. А она больше всего на свете не любит, когда ее ждут дети.

Я провожаю ее до машины, целую на прощание и возвращаюсь домой, чтобы поспать несколько часов, но просыпаюсь от того, что мама стучит в мою дверь. Она со скрипом открывается, и мне приходится моргать, чтобы привыкнуть к свету.

— Лейкин забыла свою толстовку, — говорит она мне, входя и накидывая ее на спинку моего стула. — Итак, теперь это в порядке вещей?

Если честно, я даже не знаю, как на это ответить. Но когда в моей голове проносятся воспоминания о прошлой ночи, я понимаю, что какая-то часть меня была бы полностью удовлетворена, если бы она никогда не покидала меня. Хотя я не собираюсь признаваться в этом маме.

— Откуда ты знаешь, что она была здесь не из-за Дев?

— Потому что у меня есть мозги, а ты улыбаешься.

Я ничего не отвечаю, и она больше ничего не говорит, выходя из комнаты. Она как будто отпускает меня с крючка, и я благодарен ей за это. Потому что я могу не знать, что происходит с нами или со мной, но я знаю, что Лейкин делает со мной что-то такое, чего я не могу понять до конца.

25

Пляж переполнен, здесь много серферов, спонсоров и целая толпа девушек, которые пришли сюда только ради повода надеть бикини на глазах у толпы парней. Это ежегодные соревнования по серфингу Wax and Waves — крупнейшее событие лета в Колдер-Бей.

Это единственный день в году, когда Хейсу не разрешается отпрашиваться с работы. В этом году его работа заключается в том, чтобы помочь людям подобрать размер досок для серфинга, подсказывая, какие из них, по его мнению, лучше всего подойдут для их типа фигуры и уровня подготовки.

Конечно, это означает, что очередь растянулась на милю, и больше половины из них — девушки, не заинтересованные в том, чтобы научиться серфингу, а заинтересованные в том, чтобы залезть ему в штаны. Возможно, мы все здесь собрались, чтобы посмотреть, как Кэм занимается серфингом на соревнованиях, но я не могу оторвать глаз от Хейса.

— Я так рада, что палатка находится в том же направлении, что и океан, поэтому твой пристальный взгляд не бросается в глаза, — язвительно замечает Мали. — О… подожди.

Я заставляю себя отвести взгляд и отмахнуться от нее, но через несколько секунд все равно смотрю туда.

— Да посмотри ты на них! — Я фыркнула от отвращения. — Я уверена, что сиськи этой девушки вывалятся из купальника, если она спустит его еще ниже.

Мали вздыхает и поворачивается к палатке. — Что ж, если тебе от этого станет легче, не похоже, что он получает удовольствие.

Она права, не похоже. Каждый раз, когда девушка крутит волосы или кладет свою руку на его плечо, он не может выглядеть менее заинтересованным. А когда девушка дает ему свой номер телефона, он даже не ждет, пока она отойдет, чтобы скомкать его и выбросить в мусорное ведро.

Тем не менее, я ненавижу то, как они все обращаются с ним, как с куском мяса. И еще больше меня бесит, что я не могу подойти к ним и сказать, чтобы они отвалили.

— Посмотри, как она на него смотрит, — насмехаюсь я. — Может ли ее взгляд «трахни меня» быть более очевидным?

И Мали, и Девин смотрят в том же направлении, затем обмениваются взглядами и смеются. Дев качает головой, как бы говоря, что ее это не касается, в то время как Мали с любовью улыбается мне.

— Лей, — говорит она. — Ты так на него смотришь.

— Ты так на него смотришь, — передразниваю я ее, как ребенок. — Серьезно, не стесняйся, отвалить в любой момент.

Если Мали и знает обо мне что-то, так это то, когда нужно попытаться образумить меня, а когда просто позволить вести себя как стерва, стонать и дуться. И сейчас как раз время для последнего.

Единственное, чего никогда не понимали мои родители, — это почему Кэм так увлекся хоккеем, хотя он такой талантливый серфер. Однажды они предложили ему переехать в более теплое место, где он мог бы постоянно тренироваться и участвовать в более крупных соревнованиях, чем в этом маленьком городке, но он отказался. Он сказал им, что это наш дом, и он не хочет его покидать.

Мне всегда было интересно, что было бы, если бы он принял это предложение. Поверьте, мысль о том, что, возможно, придется покинуть Мали, была разрушительной. Я плакала несколько дней только потому, что они рассматривали эту возможность. Но теперь мысль о том, что придется покинуть Хейса, причиняет такую же боль, если не хуже.

Диктор объявляет по громкоговорителю финальный заезд, и мы все обращаем свое внимание на воду. Волны могли бы быть и получше, но, когда Кэм отчаливает, я понимаю, что он справится. Он и еще два парня. Победитель получает трофей и годовую спонсорскую поддержку от Wax and Waves. Но, честно говоря, я думаю, что Кэм просто пытается выиграть, чтобы похвастаться.

Один парень идет слишком быстро, торопясь набрать побольше очков. Если бы он не торопился, чтобы прочитать волну, он бы увидел, что ее рано разобьет. Но он этого не сделал и сильно выдохся.

Когда приходит следующая волна, Кэм и другой парень начинают бороться за нее вместе, но как только он замечает, что его соперник не собирается отступать, он сдерживается. Это приличная волна, и парню удается сделать пару трюков, которые приносят ему несколько очков, но его результат не невозможно побить.

Особенно для Кэма.

Таймер начинает тикать, и мы все с затаенным дыханием ждем следующего прибоя. Когда вода начинает подниматься, все встают на ноги. Это лучшая волна за весь день, и я практически чувствую счастье, исходящее от моего брата, когда он начинает погружаться в нее.

Он пользуется случаем и делает трюки, за которые, как он знает, получит наибольшее количество очков, а также еще несколько, просто чтобы похвастаться. И когда таймер пикает и объявляется его результат, моя грудь раздувается от гордости.

Кэм Бланшар третий год подряд завоевывает чемпионский титул!

Мы с Мали аплодируем громче всех, как и каждый год. И когда я смотрю на Хейса, то вижу, что он с гордостью аплодирует своему лучшему другу. Он поворачивается и смотрит на меня, наши глаза встречаются впервые с тех пор, как я приехала сюда. Мы улыбаемся друг другу, и на мгновение мне становится легче, но когда он отводит взгляд чуть быстрее, чем обычно, это причиняет боль.