Восставшая из гроба 1 - Игорь Евгеньевич Кулаков

древности даже хотела сама попробовать искать, вот только не знала, как это сделать и надеялась на помощь Алексея.

* * *

444 года назад..

Печальная судьба Новгородского архиепископа Леонида, оклеветанного недоброжелателями и ставшего жертвой царя Иоанна IV, которого в будущем, куда попала Реянтина, подавляющее большинство воспринимало исключительно как «другого попаданца» — персонажа фильма-комедии Гайдая, того самого, который «лепил про ляпоту», устрашила вертевшего делами в оставшейся без архиепископа Новгородской епархии архимандрита Александра(Бердова), отчего тот всячески занимался тем, что, опять таки, в будущем называли «имитацией бурной деятельности».

И здесь случай ему помог..

* * *

.. С треском распахнувшаяся дверь в светлицу, где, вместе с небольшой кадкой наполненной огуречным рассолом, приходил в себя после вчерашнего обильного возлияния воевода Борис, заставила того поднять взор на вошедшего. Однако не разобрав, кто посмел его потревожить, он бросил недовольное:

— Стешка, ты? Сгинь… — отмахнулся рукой.

В проёме стоял архимандрит Александр. Злой и раздражённый.

— Всё пьёшь? — надменно произнёс он.

Бориску всего словно ледяной водой окатили. Он вскочил на ноги, мгновенно протрезвев и бросился на колени..

— Грешно… — нахмурился блюститель «спокойствия». — Упыри в Новгороде объявились, а ты все хмельным напитком потешаешься, да баб лапаешь… Али Царску грамоту не читал? Изловить демонов..

— Ваше высокопреподобие, каюсь. Грешен… — отбивая поклоны, судорожно начал креститься Борис. — Читал грамоту… — чуя, что может быть за неповиновение царским указам, он робко взглянул своими бегающими поросячьими глазками на возвышающегося, словно неприступная скала, Александра, не смея сказать чего лишнего.

— Стрельцов… — тот сморщился..

— Днесе… днесе… — перебил, не дожидаясь окончания фразы испуганный начальничек, смекнув о чем идёт речь.

Александр свысока взглянул на отбивающего поклоны жалкого мелкого воеводишку, оставленного «под его рукой».

— Немедля… — отчеканил приказным тоном, поторопив Бориску, — Живьём брать демонов! — выкрикнул архимандрит, скривив свою «святейшую» физиономию и пригрозив при этом кулаком. — Лично хочу лицезреть диавольское отродье! — процедил он сквозь зубы, недовольно рыкнул, сморщился и ушел прочь.

* * *

Именно эта фраза «Живьём брать..» и повлияла на дальнейшие события. Архимандрит получил желаемую сотню стрельцов на ловлю бесовского отродья.

Несколько отрядов по два десятка в каждом, неделю шастали по болотам и оврагам, опрашивая местных в поисках упырей — не видели ли странников с такими-то приметами. Умотавшиеся стрельцы под конец седьмого дня уже в открытую сомневались в том, что кого-либо изловят и выражали своё недовольство тем, что они без толку мотаются в поисках этих гадов..

Полторы недели спустя.

Одному отряду в составе двадцати стрельцов, уставших бегать под дождём, да по сырым лесам, наконец-таки повезло напасть на след семейки «Тин/Тван», которая держала путь из Новгорода в Москву.

Не чувствуя за собой слежки и посчитав, что тогда в корчме им просто повезло уйти, в надежде, что последствия их ярости и недоступного смертным физического превосходства остались никак не замеченными, вампиры продолжили свой путь домой. Однако, ехали они с опаской, оглядываясь по сторонам.

* * *

В лесу сгустился влажный туман. Воздух и всё вокруг было противно-сырое и холодное… Не было слышно пения птиц и даже непонятно, какое было время суток… Лишь давящая на глаза серость. Медленно передвигающаяся повозка с путниками по относительно ровной лесной дороге слегка поскрипывала, выдавая затаившимся в засаде стрельцам своё приближение.

— Вон… — шепнул один из сидевших ближе всех к лесной дороге молодых воев.

— У-гу… — согласился другой, подав сигнал своим, находившимся на постое недалеко в овраге.

Похватав в руки оружие, они быстро разбежались по своим укрытиям и взяли под контроль лесную тропу.

Вскоре, телега, окружённая выскочившими из — за кустов стрельцами с заряженными пищалями, остановилась..

— Кто такие? — раздался суровый голос стрелецкого десятника, командовавшего своим и приданным в помощь вторым десятком. Он внимательно окинул взором странствующих.

Про себя же мелкий начальничек вверенного ему отряда уже отметил, что мужики, один из которых управлял лошадью, а другой, тот что помоложе, сидящий на повозке, были очень похожи по приметам на тех, кого объявили упырями. Смутило его только присутствие двух «ликом приятных» молодых баб очевидно благородного происхождения. Одежда на них была дорогая и они не выглядели испуганными и взятыми в полон.

— Подданные мы литовского князя, едем в Москву, — ответил старший..

— Какие у вас дела в престольном граде? — держа пищаль наготове, продолжал интересоваться стрелец.

— Да за товаром — соболями и каменьями драгоценными, — соврал, не мудрствуя лукаво Тванияр, готовый к любому варианту развития событий.

— Похож ты очень на тварь бесовскую, что мы ищем… — процедил сквозь зубы десятник. Уж больно хорошо подходили под описания отец и сын упыри, как он понял, глядя вблизи на Тванияра и Тинешалта. А бабенки те, их видимо… тоже бесовских кровей… — продолжил рассуждать про себя опытный стрелец.

Десятник, заподозривший проезжавших на телеге в том, что они являются именно теми разыскиваемыми упырями, попал в точку. И дальнейшие мотивы, которыми он руководствовался, были, уже в итоге и не так важны..

Почти два десятка пищалей после слов мелкого начальничка были наведены стрельцами, окружившими повозку, на членов вампирской семьи..

В отличие от простых смертных, пусть даже и вооруженных, изнуренных недельным хождением по сырому лесу, которые сейчас пытались пленить, надеясь на своё численное превосходство и не зная о скрытых возможностях тех, кого они называли упырями, вампиры пребывали в отличной физической форме и уже в далеко идущих мыслях представляли, какой аппетитный ужин их ожидает.

Всё было слишком предсказуемо. Как и всегда. Будь то разбойники или иные встречные, пытающиеся на них напасть.

Резко оттолкнувшись ногами от повозки Тванияр и Тинешалт подпрыгнули вверх и в сторону, а Айвтина и Веянтина быстро, словно ящерки, метнулись вниз.

На какое-то время стрельцы были дезориентированы скачущими упырями и получилось так, что целились они друг в друга. Если-бы кто-то из них выстрелил, то попал в своего-же, стоящего на приемлемом для этого расстоянии. Именно так многие разбойники и попадались.

Но приказ «Брать живьём» не позволил стрельцам совершить одну глупость, однако подтолкнул на иную, стоившую многим из них жизней. Вооруженные, но при этом не использующие по назначению свои пищали стрельцы стали лёгкой добычей для кровопийц. Неожиданно подскакивая к растерянным людишкам, чего-то выкрикивающим в испуге, вампиры наносили смертельные удары руками и ногами. Они сталкивали головами рядом стоящих воинов с треском раскалывая их черепушки. Разъяренные хищники буквально раздирали на части попадавшихся им под руку воев, наслаждаясь видом хлещущих фонтанов из шейных артерий своих жертв. Некоторые из отряда в испуге бежали прочь, спасая свою задницу от