Похищая жизни. - Валерия Чернованова

На этом безумные скачки не закончились. Меня выбросило в библиотеку, в тот момент, когда за Николасом закрылась дверь. Друг вышел, и я остался один на один с самим собой, в буквальном смысле.

-- Что за... -- Девин поднялся, уперев руки в стол. Выглядел он, мягко говоря, потрясенным. -- Думал, в кэбе у меня были галлюцинации. Какого черта ты... то есть я вернулся в прошлое?!

-- Нет времени вести светскую болтовню. Скоро сам все поймешь, -- пытаясь сконцентрироваться, чтобы суметь задержаться хотя бы здесь, выпалил я. -- А сейчас уходи! Немедленно! Если тебя схватят, будущего у нас уже точно не будет. -- Про то, что, вероятнее всего, вернуться обратно у меня не получится, решил умолчать.

-- Наверное, я совсем спятил, раз на это отважился, -- схватившись за голову, пробормотал мой "двойник" и принялся метаться из угла в угол, словно безумный. -- Это...

-- Из-за Авроры. Не пытайся сейчас с ней поговорить. Скорее убегай!

Он что-то выкрикнул мне в ответ, но этот крик потонул в оглушительной какофонии. Прошлое растворилось, остались лишь обрывочные воспоминания, затерявшиеся где-то в потемках моего сознания. Меня засосало в черную бездну.

Почувствовав сильную тошноту, свесился с кровати. Едкая горечь заполнила рот, и меня сотряс приступ кашля. Согнувшись пополам, тщетно пытался справиться с рвотой. Все внутренности выворачивало наизнанку.

Услышал, как распахнулась дверь, по деревянному полу быстро застучали каблуки, прошуршал кринолин. Кто-то, осторожно приподняв мою голову, подставил миску и не отпускал до тех пор, пока я, изможденный, вновь не опустился на подушки.

Сквозь пелену, заволакивающую глаза, различил тонкое личико в обрамлении темных волос. Девушка с тревогой смотрела на меня.

-- Как хорошо, что вы очнулись, -- улыбнулась ласково, подвигая поближе стул и садясь на него.

-- Кто вы?

-- Эмили, подруга вашей невесты. Она просила присматривать за вами, пока вам не станет лучше.

Я зажмурился, тщетно пытаясь собрать воедино разрозненные кусочки мозаики. События переплетались, наскакивая друг на друга. Образы в воспаленном мозгу проносились с бешеной скоростью. Наконец удалось ухватить один из них -- девушка в экстравагантном алом платье, неуверенно мнущаяся возле ворот Бюро. Эмили не могла помнить нашей первой встречи, потому как того события больше не существовало. Возможно даже, она не догадывалась, что прошлое изменилось.

-- Мне все известно о Брин, -- решил сразу прояснить ситуацию и избавить девушку от ненужных объяснений.

Эмили кивнула и потянулась к графину, стоящему на колченогом столе. Наполнив стакан водой, подала мне.

-- Вы бредили несколько дней. Из ваших обрывочных фраз и той скудной информации, которой поделилась со мной подруга, я поняла, что вы изменили прошлое ради нее. Вы благородный человек, мистер Уистлер. Даже узнав, что она предала вас, не отвернулись от Брин, подтвердив искренность своих чувств.

Моя улыбка получилась страдальчески вымученной.

-- Дело не в чувствах, их уже давно нет. Я лишь хотел помешать преступнику и спасти невинных людей, но ничего не вышло.

Эмили сложила руки на коленях и горестно вздохнула.

-- Браз сбежал с медальоном. Бюро и полиция ищут его уже много дней, идя по следам из трупов, но пока что безрезультатно.

-- Полагаю, меня они тоже ищут? -- мрачно усмехнулся я.

-- Да, но Арлен все же более желанный приз, -- пошутила моя сиделка. -- Все силы брошены на его поимку. По слухам, многие считают, что ваш организм не справился с чрезмерной нагрузкой и вы погибли. Мне повезло отыскать вас первой. Я, как и Брин, -- дриада, и немного владею магией. С помощью своего дара сумела почувствовать вас раньше других. Все это время вы были без сознания, и я боялась, что предположения в отношении вас подтвердятся.

Попытался принять сидячее положение. Голова тут же откликнулась нестерпимой болью, запульсировавшей в висках. Я поморщился.

-- Какой сегодня день?

-- Суббота. Двадцать девятое октября.

Значит, я почти две недели провел в отключке. Покопавшись в глубинах сознания, вспомнил, что именно в субботнее утро совершил прыжок. Представляю, как "обрадуется" Алексис моему "воскрешению". Небось тут же захочет исправить оплошность и завершить то, что не удалось волшебному препарату, то есть окончательно со мной расквитаться.

-- Расскажите подробно все, что произошло за это время.

Подавшись вперед, девушка заботливо поправила мне подушки и забрала опустевший стакан.

-- Не стоит вам сейчас нервничать. Лучше постарайтесь уснуть.

-- Я уже достаточно выспался. Эмили, пожалуйста.

-- Ну, хорошо, -- легко сдалась куртизанка и стала вводить меня в курс последних событий.

Поняв, что я натворил, Блейк тут же отправил за мной Наблюдателей. Мне посчастливилось скрыться. Так же, как и Бразу, который на этот раз не причинил Брин вреда. Она все-таки послушалась меня и добровольно рассталась с украшением, сохранив себе жизнь. Зато некоторым горожанам Миствиля повезло куда меньше. Безжалостный потрошитель начал свой кровавый путь. В отличие от сотрудников Бюро, он не мог помнить, как развивались события в первый раз, а, следовательно, снова не знал, как управлять артефактом и был неспособен подолгу задерживаться в одном теле. Это приводило к тому, что чуть ли не каждый день на улицах города находили превратившиеся в пепел новые жертвы.

-- Брин связалась со мной на следующий день после вашей помолвки, -- рассказывала девушка. -- Сама она не рискнула вас искать. За ней постоянно следят. Бюро считает, что если вы все-таки выжили, то обязательно попытаетесь с ней увидеться.

-- Выходит, стоит мне сунуться к бывшей, как меня сразу же арестуют. -- Я досадливо выругался. Встретиться с ней было первым, что намеревался предпринять.

-- Нужно набраться терпения и немного подождать. -- Эмили взяла меня за руку и ободряюще ее сжала. -- Со временем они укрепятся в своей версии, что вы погибли, и оставят мою подругу в покое. Здесь, мистер Уистлер, вы в полной безопасности и можете находиться в этом доме сколько угодно.

Я машинально прошелся по комнате взглядом, задержавшись на толстых портьерах, закрывавших окно. С улицы доносился грохот повозок, шум дождя и несмолкающий гомон толпы.

С усилием заставил себя подняться.

-- Спасибо вам, Эмили. За все. Но теперь я уж как-нибудь сам. Я вполне окреп и не хочу еще и на вас накликать беду.

Девушка подскочила следом, всплеснув руками.

-- Но как же?! Вы же на ногах еле держитесь! Стоит вам выйти на улицу, как вас тут же схватят!

Но и здесь торчать я больше не собирался. Правда, проигнорировать разумный совет с моей стороны было бы большой глупостью.

-- Тогда вынужден просить вас еще об одной услуге. -- Заметив, что Эмили порывается возразить, жестом ее остановил. -- Я должен увидеть одного человека. Это вопрос жизни и смерти, причем не моей. О себе я сейчас беспокоюсь в последнюю очередь. Помогите мне добраться к напарнице и можете быть спокойны. Со мной все будет в порядке.

Хотя насчет последнего имелись сомнения. Боюсь даже представить, как Брук отреагирует на мой нежданный визит.

Алексис

Я нервно косилась на часы, тикающие над камином, и как угорелая носилась по гостиной в поисках куда-то запропастившихся перчаток, попутно натягивая жакет и завязывая ленты шляпки. Готова была поклясться, что вчера оставила их на столике возле дивана. Проклятье!

Уже была половина двенадцатого, а Нэтти все не появлялась. Растяпа посеяла где-то ключи, но разжиться дубликатом не спешила. Каждый день я караулила непунктуальную служанку, чтобы открыть той дверь. Хотя, наверное, было бы правильней и проще оставить ее на улице. Пусть потом попробует найти еще такую замечательную хозяйку.

Снова взглянув на ходики, от злости затопала ногами. И где эту лентяйку носит?! Опоздаю на совещание, и Блейк сожрет меня и не поперхнется. Я и так теперь благодаря Уистлеру надолго обосновалась в черном списке. Не хочу еще больше усугублять свое и без того шаткое положение.

В полдень во дворце должно было состояться собрание полиции и агентов Бюро, которых задействовали в целях безопасности завтрашнего мероприятия -- королевской помолвки. Адам сказал, что отныне охрана толстосумов и расследование мелких незначительных происшествий, типа пропавшего с веревки белья, -- единственное, на что я могу рассчитывать. С убойным отделом можно было распрощаться навеки. Н-да, так низко я еще никогда не опускалась.

Наконец послышался долгожданный звон колокольчика. Вздохнув с облегчением, бросилась к двери. Распахнув ее, испытала двоякое чувство: радость от того, что Девин все-таки жив, и жгучую ненависть к нему. Вот и не верь после этого, что от любви до ненависти всего один шаг. Замахнувшись, со всей силы залепила пощечину. Она получилась звонкой и от души.