Никарагуа. Hora cero - Михаил Колесов

В университете, после разговора с Марго и Ампаро, Сергей принял решение подать Веронике официальную информацию о «ретировавшихся» (отказавшихся от занятий) его «курсантов». После работы все советские преподаватели узнали, что квота перевода денег во Внешторгбанк сокращена до 40 %. Причины пока были не известны. Но ясно, что на «специалистах» опять решили сэкономить.

В четверг вечером обитатели «Болоньи» отправились в кинотеатр «Dorado» на открытие «Недели советского фильма». Посмотрели фильм Тодоровского «Военно–полевой роман». Фильм, конечно, интересный, Но всё это уже, так или иначе, было. Тема войны в советском кино настолько «разработана», что сказать что–то новое «своё», вряд ли в ближайшее время кто–то осмелится. В отечественной истории далеко не всегда «победителями» становились те, ко «защищал» Отечество.

После сеанса к Сергею подошёл Крашенинников, но разговора не получилось. Дома вечером он опять пил с Николаем до часа ночи, слушая кассеты Александра Розенбаума, которого он «открыл» только здесь. Его песни попадали точно в тональность его настроения. Стихотворная (содержательная) сторона его песен не была столь оригинальной, как, например, у Высоцкого. Пожалуй, за некоторым исключением («Вальс–бостон», «На улице Марата…», «Охота» и другие). Но «интонация» его песен била по нервам, как рука по струнам гитары. Здесь смысл слов был неважен, будоражила душу «обнажённость» чувства.

Вообще Сергей заметил, что за границей музыка, и особенно песни, воспринимаются совсем в ином «эмоциональном контексте», чем на Родине. И, если первые два года, все предпочитали слушать новую «зарубежную» поп–музыку, то со временем возвращались к «своей», как бы вновь открываемой её для себя. Здесь музыка, вероятно, восполняла дефицит «душевного общения», которое отсутствовало в бесконечных разговорах. Странно, но «разговор» и «общение», как оказалось, не одно и то же.

Сергей заметил, что в последнее время он стал много «разговаривать»…

На следующий день вечером он был в посольстве на встрече с режиссёром Дубовым и артисткой Ириной Алфёровой, посмотрел фильм «Без видимых причин». Дубов говорил о Высоцком, Алфёрова — о театре «Ленком». Слушая их, Сергей вспоминал свои театральные «экспедиции» во время учёбы на «курсах иностранных языков» три года назад. Тогда ему почти за год удалось побывать в большинстве московских театров. Как давно это было! В другой жизни…

Суббота прошла, как всегда. Утром — стирка, потом обед с «холостяками» в «Tiscapa». Затем сходили в «Gonzalez» на испанский фильм «Семейный разлад». На обратном пути зашли в мексиканский ресторан «Cabana», выпили пива. Вечером перед сном немного выпили с Анатолием Жарковым и вспомнили «прошлое» (он приехал в прошлом году). Какие они были наивные и «принципиальные»! А теперь жизнь проходила как–то «скучно», в бытовых склоках и пьянках.

В воскресенье к Сергею приехал Герардо (в военной форме) поговорить… о русском языке и о войне. Сергей попытался ему объяснить разницу между учебником по философии и философией как наукой. Потом он пообедал один и один сходил в «Cinemateca», посмотрел кубино–французский фильм «Господин президент». Всё–таки кубинские фильмы скучные, они взяли у советского кинематографа самое не «киношное» — идеологию! Документальные фильмы у них получались намного лучше. Вечером по ТВ посмотрел два фильма о Д’Артаньяне: «Чёрная маска» и «Любовница Д’Артаньяна». Ребята «гуляли» весь день сами.

Спал он беспокойно, так как в их квартале стреляли. Вещь, в общем–то, привычная, но спать мешает.

Кольцов набросал отчёт за год. Состоялся разговор с Ярко о его «научной» работе и делах «личных». Вероятно, эти события были связаны между собой. Похоже, что начальство решило разобраться, всё–таки, с «доносами» на него. И тут без Вартана не обошлось.

На работе Сергей обговорил с Ампаро дела текущие, составил список для вручения «дипломов» своим «курсантам» (из 25-ти в начале осталось 17‑ть). Подготовили «информационное письмо» Веронике. Конечно, было чертовски обидно, что результаты не столь впечатляющи! На занятиях он вынужден был выгнать студента–стажёра Марио Дельгадо, который на следующий день написал на него обвинительное письмо в ATD (университетский профсоюз) и показал Веронике! У Кольцова состоялся разговор с ней об этом. Она вроде бы его поддерживала, но… чисто «морально». В тоже время семь (из восьми) слушателей его нового курса изъявили желание продолжать «научную работу». Это была победа!

Во вторник вечером Кольцов посмотрел в «Dorado» «Свой среди чужих, чужой среди своих» Никиты Михалкова. Фильм ему очень понравился. Неожиданно и ново! Но зал был почти пустой! Это — не Куба и здесь мало кого интересовала «Русская революция», которая была уже очень давно — в начале века.

В среду утром на машине с Михаилом Саенко Кольцов вновь съездил в госпиталь «Ленин Фонсека». Юра Малахов посмотрел снимки и успокоил, что всё–таки камень был. Вечером в доме отмечали день рождения жены Коли Юрского (которая пока находилась ещё в Киеве). Анатолий Жарков зло «шутил» над Евгением Орловым, чей авторитет в группе упал почти до нулевой отметки. После этого «холостяки» отправились в «патио» Сергея, где хорошо выпили и посидели до 2‑х ночи, слушая на этот раз новые записи Вилли Токарева.

В Департаменте занятия с «философами» вошли в норму. Британия и Ренсо представили хорошие доклады. Вероника провела совещание «советников». На этот раз дело сдвинулось с «мёртвой точки». Обсудили основные курсы для студентов первых 3‑х лет обучения. Перед занятиями выяснилось, что мобилизован Франсиско — Серхио.

В CNES состоялось заседание «Методсовета» по «научной работе» (которое проводил Саенко), заслушивались отчёты отъезжавших преподавателей. Народу было много, толку мало. Вартан пытался добиться согласия Сергея на отдачу его «веса» Ромашину. Дело в том, что в самолёт на каждого человека (а соответственно — на семью) разрешено лишь 20 кг. дополнительного багажа. Сергей отказался.

В субботу он поехал со всеми в Масайю. Купил платья и бижутерию для Лиды и матери, Дважды пообедал: вначале в городе с «холостяками», а затем вместе со всеми в «Tip — Top». Выпили много, настроение было хорошее. Вечером сходил в «Cabrera», посмотрел американский фильм «Бабочка» с участием Стом Кич и Орсона Уэллеса. Рано лёг спать (трезвый).

Воскресный набор дел Сергея был обычный: глаженье белья (выстиранного вчера), уборка комнаты, «Вьетнам», обед в «Ronda», затем кино. Смотрел «Дуэль гигантов» с участием Марлон Брандо и Джека Никольсона. Вечером присутствовал на дне рождения Ренсо. Были незнакомые ему гости: испанец (баск) Альфонсо, чилийка Марчела и чилийская пара. Среди них Сергею было скучно. Ренсо отвёз его домой, и они посидели немного в его «патио». Перед сном он подсчитал свои долги за последнее время — 5 200 кордобас!

Кольцов провёл последнее в этом семестре занятие с группой преподавателей политэкономии. Последнее совещание у Вероники прошло успешно, приняли, наконец, проект учебного плана для студентов. Ампаро представила интересный доклад. Кольцов получил зарплату (40 %) и рассчитался с долгами. Ему позвонил Иван Петухов: нужен отчёт по лекторской работе, в четверг — Совет по пропаганде. Вот мерзавец! Кольцов работал, а он «отчитывался». Крашенинникова и Барсукова это, похоже, устраивало. В среду в посольстве прошло отчетно–выборное партсобрание ГКЭС. Вёл Миша Грач, секретарём вновь выбрали вернувшегося Павлова, в партбюро вошли Грач и Ярко. Вартан предпринял отчаянное усилие прорваться в партбюро и… попался в ловушку: Ярко бесцеремонно поставил его «на место».

На собрании группы отчитались преподаватели, отъезжавшие в отпуск. В большинстве своём эти отчёты были «липой», но с большими амбициями Кто будет проверять?! После этого Кольцов был на Совете по пропаганде (в посольстве). Все шло нормально до его короткого выступления о новом составе лекторской группы (список ему вручил Петухов накануне). Барсуков был взбешён! Петухов Сергея просто подставил и… промолчал. Домой его подвёз Павлов. В это время вся «Болонья» принимала семью Вартана Мирзояна.

Из–за происшествия в посольстве настроение у Кольцова было прескверное. В университете он проболтал полдня с Нистрюком и Беком о делах «групповых». После работы заехал в посольство, все от чтения лекций отказывались. В автобусе «командовал» Александр Медведкин (новый «друг» Вартана). Дома Сергей пил один в своём «патио», ребята уехали в «Планетарий» на «прощание» отпускников.

Между тем в мире произошло следующее:

Фидель Кастро открыл в Гаване заседание СЭВ с участием Никарагуа. Гондурас и Сальвадор объявили о проникновении в их страны никарагуанских «диверсантов». В Чили растёт волна протестов против режима Пиночета. В Майами раскрыт заговор против президента Гондураса Суасо Кордовы, в котором замешаны военные. В Гондурасе интенсифицируются военные манёвры США, и происходит «возня» войск у границы с Никарагуа. Сальвадор имеет 59 военных самолётов и 9 вертолётов; Гондурас — 30 самолётов, Гватемала — 16 самолётов и 4 вертолёта, Куба — 200 самолётов. На заседании ОАГ в Бразилии команданте Нора Асторга обвинила США в агрессии. В США на президентских выборах с преимуществом в 18 % победил Рональд Рейган, который заявил, что США не будет спокойно наблюдать за вооружением Никарагуа, и отказался от встречи с Даниэлем Ортегой.