Так было - Анастас Микоян

Гольдберг немедленно обратился с жалобой на нас в Реввоенсовет, ЦК и СТО. Через день в Нижний прибыла из Москвы чрезвычайная межведомственная комиссия, которую возглавлял член Реввоенсовета республики Данишевский. В состав комиссии входили Катанян (от ЦК партии), Резовусский и Плятт (от ВЧК), а также Пузицкий (от Ревтрибунала республики) — люди, облеченные большими полномочиями. Приехал из Казани и Гольдберг. Чрезвычайная комиссия в Нижнем несколько дней изучала обстановку, ежедневно встречаясь с партийным и советским активом.

Не скрою, все это время мы очень волновались. И успокоились только после того, как узнали, что в результате комиссия не только не предала нас суду, но и оправдала все наши действия. А вскоре мы узнали, что и Владимир Ильич с пониманием отнесся ко всем нашим вынужденным действиям.

Через несколько дней губком снова вернулся к рассмотрению вопроса о гарнизоне. Барский и Иконников доложили, что общее положение в гарнизоне улучшилось. На этом же заседании губкома Кремницкий сообщил, что, поскольку Храмов и он, Кремницкий, отзываются из Нижнего, а член бюро Челышев, как член ЦКК, должен работать в Москве, надо избрать новый постоянный состав губкома. Он назвал кандидатуры Ханова, Козина, Микояна, Попова и Жеханова. Первых трех избрали единогласно.

Вскоре из Москвы вернулся старый большевик Ищенко. На бюро губкома он рассказывал: «Я доложил Совету Обороны о создавшихся настроениях в Нижнем. Ленин отнесся к этому вопросу серьезно. Отношение Троцкого — не сочувственное. Сделал я доклад и секретарю ЦК Крестинскому. Все это оказало влияние на выезд в Нижний комиссии Данишевского. Все было уже предрешено, поскольку Ленин не возражал против действий местных органов».

Итак, дело было закончено. Неожиданно для нас Гольдберг, увидев все на месте собственными глазами, предал суду трибунала почти всех членов прежнего руководства гарнизона.

Уже много позже узнали мы о любопытном факте. Оказывается, за несколько дней до тревожных событий в нашем гарнизоне некоторые белогвардейские газеты, выходившие за рубежом, уже сообщали о военном мятеже в Нижнем Новгороде и о создании там эсеровского правительства.

По существу, события, происходившие осенью 1920 г. в Нижнем, отражали настроения, уже тогда назревавшие в ряде районов и вылившиеся затем в кронштадтский мятеж, который начался под лозунгом — «Советы без большевиков!».

Нарастание таких настроений своевременно не учли партийные организации ни в Нижнем Новгороде, ни в Кронштадте. Но в Нижнем они начались не с организованного мятежа, а с выражения резкого недовольства, с которым нам удалось справиться мирным путем. В Кронштадте же эти настроения, вовремя недооцененные местной партийной организацией, вылились в открытый контрреволюционный мятеж, который пришлось ликвидировать силой оружия.

В Нижний ко мне пришла радостная весть, что 29 ноября 1920 г. на моей родине в Армении провозглашена Советская власть. 2 декабря 1920 г. «Правда» опубликовала телеграмму Ленина председателю Военно-революционного комитета Армении Саркису Касьяну. VIII съезд Советов от имени молодой Советской Армении приветствовал Тер-Габриэлян — первый председатель СНК республики.

Победа Советской власти в Армении означала возможность установления неразрывного союза с Советской Россией, что являлось единственной надежной гарантией самого физического существования армян.

Армения в течение многих веков подвергалась многократным завоеваниям иностранных захватчиков, грабивших и разрушавших накопленные армянским народом богатства его материальной и духовной культуры. Сотни тысяч армян не раз подвергались прямому физическому истреблению. Многие из них погибали в неравном бою с захватчиками. Тысячи талантливых армян — мастеровых и квалифицированных рабочих — насильственно угонялись в страны, захватывавшие Армению. А сколько десятков и сотен тысяч армян были вынуждены в те времена убегать из родных мест в чужие края, чтобы спасти свою жизнь! Западные армяне — первыми в истории — стали жертвой беспрецедентного геноцида со стороны Турции в апреле 1915 г.

Вот почему Советская Армения, установив тесную связь с Советской Россией, решила вопрос своей жизни и смерти. Каждый допропорядочный армянин понимает, что гарантией физического существования армянского народа и сохранения им своей национальной государственности является неразрывная связь с Россией. И не случайно, когда в годы Гражданской войны Армения оказалась отрезанной от Советской России, многие армяне самоотверженно сражались в рядах Красной Армии. Советская республика, пройдя через тяжелейшие испытания, выстояла. Таков был главный итог пройденного пути. Наступила уже не передышка, а целая историческая полоса мирного развития.

Новый период выдвигал и совершенно новые задачи в области внутренней и внешней политики партии и государства. Определяющими становились вопросы хозяйственного строительства, создания экономического фундамента социализма. Надо было разработать пути восстановления сельского хозяйства. Здесь главное в изменении отношения рабочего класса к крестьянству. Эти вопросы были предметом обсуждения VIII съезда Советов, делегатом которого я был от Нижегородской губернии.

Съезд открылся 22 декабря 1920 г. Душой съезда был Ленин. Отношение к Ленину делегатов — а большинство из них видело Ленина впервые, ибо многие до этого находились в подполье, на окраинах, — было исключительно хорошим. Открыто проявлялась искренняя любовь к нему, уверенность, что все, сказанное им, — истинная правда.

Еще до начала VIII съезда мы узнали, что в ЦК партии и в центральных профсоюзных кругах идет дискуссия и ожесточенная борьба разных точек зрения. Выступая на коммунистической фракции V Всероссийской конференции профсоюзов, Троцкий, говоря о кризисе профсоюзов, бросил крылатую фразу о необходимости «перетряхнуть профсоюзы», требовал их «огосударствления», милитаризации, ссылаясь на опыт руководства находившегося под его влиянием (он был в ту пору и наркомом путей сообщения) профсоюза транспортных рабочих и его ЦК (Цектрана).

К концу работы VIII съезда Советов мы неожиданно поздно вечером узнали, что по окончании его состоится дискуссионное собрание коммунистической фракции съезда совместно с ВЦСПС и руководством московских профсоюзов. Большой театр едва вмещал прибывших в Москву делегатов съезда. К ним теперь прибавилось несколько сот работников профсоюзов. Еще задолго до начала заседания многие стояли у стен, в проходах, в разных уголках зала.

Мне удалось заранее занять очень удобное место — в третьей ложе справа. Было хорошо видно все, что происходило вокруг: как волновались собравшиеся, какой острый интерес проявляли они ко всему.