Химеры - Ярослава Кузнецова

Компания злых призраков. Репортаж с изнанки мира.

Родичи.

– Помехи усиливаются, – недобро изломанные губы шевельнулись. – Я регулирую картинку, но качество плохое. Райо вышел за пределы северной границы

А ведь они обеспокоены. Вот к Мораг подходит кто-то из ее людей, что-то говорит, снова уходит в тень. Мораг кивает, не меняя выражения лица и не обрачиваясь. Шевеление на заднем плане, в тенях и вспышках.

Да что там, зная свою сумеречную родню, Герейн сказал бы что они – в панике. Даже Вран.

– Дай изображение.

Огромный квадрат дролерийского стекла словно разделило на части – картинка врановой лаборатории еще больше умалилась и убралась в верхний угол, а перед Герейном раскрылось море, такое, какого не увидишь и из кабины истребителя.

Иззелена-черная гладь во все стороны, неровный рельеф дна, пятна островов. Потом изображение, четкое до ирреальности, размылось, замерцало серыми пятнами.

Вран поморщился.

– Помехи. Увеличиваю.

Море, море, мерно дышащая, вода. Рябь, морщины. Обломки. Мелькнуло и пропало. Снова помехи и серое мерцание.

Обломки!

Герейн подался вперед, стараясь разглядеть. Ему почудилось хвостовое оперение одного из «альконов», размытый номер – в глазах потемнело. Наверное обознался.

– Самолет в воде, – безучастно сказала Мораг.

– Семерка. Это «Радость», – Сель осторожно поднес пальцы к скулам, будто во сне.

Волны под внимательным взглядом Райо вскипели и вдруг стали величиной с дом. Мораг зашипела, выругалась. Герейн не мог отвести глаз от экрана.

Пляшущиеся и заворачивающиеся водоворотом волны. Муть в воде и воздухе. Движущиеся темные кольца. Огромный... змей? Дракон? Сверху хорошо видно долгое, петлистое тулово, наполовину скрытое под водой, побольше иного острова. Распахнутые тенета крыльев. Одно висит рваными клочьями, тварь заваливает на бок. Над тварью и по бокам – вьются белые самолеты, хрупкие, как чайки. Цветок разрыва. Шатает по волнам несколько найлских кораблей – как лоханки. Узнаваемые очертания чудом уцелевшего крейсера, который отходит от эпицентра битвы.

– Стурворм! – это Вран выдохнул.

Помехи. Изображение рушится. Бьет гигантский червиный хвост. В безмолвии к небу взметнулась корявая башка, раззявилась пасть, словно желая достичь парящую в неизмеримой вышине дролерийскую игрушку. «Альконы» разлетелись от нее в стороны, заложив немыслимые виражи.

– Вран, что это? Что это такое!

Сэнни. Сэнни. Сэнни.

– Это Стурворм! Великий червь Полуночи! Он должен спать до самой Савани. Что-то разбудило его и приманило из моря мертвых к берегу! Вели кораблям отходить! Отдай приказ! Вели им отходить немедленно.

– Вран, как? – Герейн вдруг опомнился, разжал стиснутые кулаки. – Связи нет. По телефону что ли позвонить?

– День?

– Нет связи, теперь понятно, почему. – День кивнул в сторону экрана. – Полночь создает помехи. Ничего не могу поделать.

По экрану метались истребители, Герейн никак не мог сосчитать их – «Авалакх» нес на себе всю эскадрилью, а потом они должны были пролететь над столицей Найфрагира... новые, прекрасные «альконы», девять часов в воздухе, четыре авиационные пушки с агиларовских заводов – гордость послевоенного самолетостроения. Восемнадцать... пятнадцать...

Еще один накрыло перепонкой чудовищного крыла.

Этому чудовищному созданию бронебойно-зажигательные снаряды, как царапины иглой.

– Там у них на «Дозорном», мы же им поставили... Вран! – Герейн вспомнил. – Должны были поставить, если успели. Чем его убивают?

– Его нельзя убивать! Ты не понимаешь? Идиот, мальчишка! Я говорил, что нельзя туда лезть. Нефти вам захотелось! Доплюнуть и переплюнуть! Фактически драка идет в море мертвых. Это мы вторглись, мы агрессоры! Стурворм – безмозглая тварь, его кто-то выманил с глубины, разбудил и нарочно выманил, чтобы столкнуть с нашим флотом. Он бесится спросонья. Если сейчас каким-то чудом Стурворма убьют – Полночь ответит со всей мощью. Как на объявление войны. С Найфрагиром можно будет попрощаться. Пусть Стурворм перетопит весь флот и разнесет вышку, но его нельзя трогать.

– Там мой брат, – устало сказал Герейн.

Вран яростно вытаращился, но смолчал.

– Кто! Кто его разбудил.

– Возможно, твой чудесный, так яростно защищаемый родственник из Полночи.

– Вряд ли, Вран. Я... не успел доложить. Мы наконец закончили проверку биографии Флавена, предположительного виновника призыва наймарэ, – День с экрана посмотрел в глаза королю, виновато склонил голову. – Он был в экспедиции в Ферфоре, несколько лет назад. По моим данным – пропал там на две недели, обстоятельства исчезновения невыяснены. После этого появился в столице. Есть все основания предполагать, что Флавен – не тот, за кого себя выдает. Судя по его действиям и последним событиям.

– Он искра, – Герейн не был удивлен. – Слуга эль Янтара. Я знаю. Мой августейший родич сообщил мне. Он столкнулся с человеком...существом, выдающим себя за Флавена в Южных Устах. Мы ждали нападения от Полночи, а, оказывается, их провоцирует Фервор. Вторжение в Южные Уста, похоже, также их рук дело.

– Это моя вина. Мы должны были лучше проверять информацию.

– Уже неважно. Мы все смотрели не в ту сторону.

Огромная тварь молча металась по освещенным рассеянным ночным светом волнам, кидаясь из стороны в сторону, круша непрочные изделия человеческих и дролерийских рук. Море светилось. Из пробоин в драконьей шкуре толчками текла черная кровь, даже на таком расстоянии видно было, как она пятнает воду и расходится нефтяными кляксами.

Силуэт «Дозорного», отошедшего от места драки почти на милю, вдруг окутался белым дымом, свернули две яркие вспышки.

– А... успели, оказывается, смонтировать. – сказал Сель. – Хорошая штука.

Вран молчал. День смотрел в пол. Мораг развернулась и вышла.

Ракеты, выпущенные из новехонького зенитного комплекса «Кастанга», опробованного только на испытаниях, попали точно в цель.

Эти мины ставили здесь еще зимой, и даже сейчас, в рассветных сумерках, крашеные в белый цвет ящички хорошо были заметны в сухой траве. Вместо толовой шашки с отверстием под детонатор, внутри каждой лежало по плоской бутылке из толстого стекла, обернутой в пергамент. В горлышки вставлены взрыватели, а в самих бутылках – порошок непонятного цвета, но наверняка пикринка или ее смесь с тротилом.

Правой Рамиро взялся за чеку, левой поднял крышку мины, вынул взрыватель и отделил детонатор. Пергамент с бутылочки отправился запазуху. Честно говоря, эти мины можно было просто обойти, но Рамиро предпочел пробить безопасную тропу. У дролери легкий шаг, но проверять, насколько легкий, почему-то не хотелось. Кроме того, бутылочки были обернуты в очень хорошую бумагу...