Лестница к Звездам (СИ) - Француз Михаил "Миха Француз"

Демон в лице не изменился, и ничего не ответил. Вместо него, не удержал своего любопытства кто-то, сидящий с ним рядом, на соседнем кресле, и на экране не отображающийся.

— О чём он, Лёнь? — спросил этот кто-то приятным сильным мужским голосом.

— О своих «программируемых ретро-вирусах», которые могут переписывать геном человека так, как ему вздумается, — пояснил этому кому-то Демон.

— То есть как это «переписывать геном»? — наполнился удивлением этот приятный сильный голос.

— Я ж тебе полчаса назад рассказывал, Вань. Уже забыл?

— Не забыл. Видимо просто не до конца понял.

— Ты там с кем? — нахмурился, глядящий на экран «босс» Нагору. Демон не стал ему отвечать словами. Вместо этого что-то сделал с настройкой камеры своего коммуникатора, с которого шла передача изображения, и на большом экране стали видны уже оба кресла флаера. Соответственно, и второй сидящий в этом салоне человек.

— Император? — изумился Говорун, рассмотрев сидящего рядом с Демоном человека. — Он-то тебе зачем? Мне казалось, что ты закончил с их семейкой ещё девять лет назад «засветив» через них свою дурацкую «формулу».

— Видимо, не закончил, — ответил за Демона Император Всероссийский Иван, недовольный таким пренебрежительным к себе отношением. Всё же он, будучи, сначала, Наследным Принцем, а после и Императором-самодержцем, привык к несколько другому к себе обращению. — Так что у вас получилось, Иван Сергеевич? — обратился к «боссу» Нагору напрямую он.

— Разобраться с программированием ретро-вирусов, — ухмыльнулся Иван Сергеевич. — Малёк всё верно сказал.

— И это действительно возможно? — с недоверием приподнял одну бровь Император. — Вирус возможно «запрограммировать»?

— Да, — ухмылка Говоруна стала самодовольной. — Сам метод создания и воздействия на вирус Малёк ещё десять лет назад придумал. И даже опробовал. Только с чего-то упёрся и решил не развивать тему. Я же: я смог разработать «Язык программирования» для этого. И не просто «язык», но и «библиотеку функций» к нему составил! Десять лет опытов и исследований! Десять лет! И вот он, наконец, результат: я могу осмысленно, управляемо программировать ретро-вирусы, с заранее предсказуемым и рассчитываемым результатом! Я могу МЕНЯТЬ ЧЕЛОВЕКА, как мне вздумается! Хочешь, цвет волос поменяю. Хочешь — пол. Хочешь — внешность. Хочешь — регенерацию в тысячу раз усилю. Хочешь — процентное содержание мышечных волокон и их качество… А хочешь — хуй на лбу тебе выращу! — произнёс Говорону и заржал над собственной шуткой. — Или третью руку… из задницы! У меня в руках ВЛАСТЬ БОГА!!! Я — Бог!

Император с вопросом в глазах повернулся к Демону.

— Он не шутит, — пожал плечами тот. — Труп человека с пенисом, растущим изо лба, я уже видел. Как и труп человека с тремя руками… на Санта-Луис.

— Да, — перестал смеяться Говорун. — Там ты основательно меня прижал. Еле удалось выскользнуть. Буквально в последний момент… Умеешь ты, черт, делать так, что бы «земля под ногами горела»…

— И что вы намерены теперь делать с этой технологией, Иван Сергеевич? — повернулся Император обратно к Говоруну.

— Наверное, продам, — пожал тот плечами. — Но сперва продемонстрирую, — снова выполз на его лицо оскал. — Всему миру продемонстрирую! Покажу им Следующую Ступень Эволюции! Божественную Власть в руках Человека! — произносил это Говорун с воодушевлением и фанатичным огнём в глазах. Был он в этот момент очень похож на сумасшедшего. На учёного безумца из дешёвого боевика, который собирается устроить очередной «арамагеддец».

И так он был увлечён своими словоизлияниями, что не обратил внимания… да и не смог бы обратить, даже, если бы не был увлечён, так как ниппонец находился у него в слепой зоне. А Нагору, который прекрасно контролировал, как своё положение, так и положение Говоруна, так и вообще окружающую их обстановку в помещении, чуть-чуть, едва заметно кивнул Демону. Даже не кивнул, просто, поймав на секунду его взгляд своим, прикрыл веки, подавая утвердительный знак. Знак о том, что всё готово. Он всё выполнил и теперь ждёт оплаты.

Говорун же, сказав всё, что хотел сказать, сложным жестом руки с кольцом-манипулятором на пальце, прервал сеанс связи и резко повернулся на своём месте спиной к монитору.

— Идём, Нагору-кун. Нам многое надо успеть!.. — сказал он и расплылся в своей неприятной хищной усмешке.

***

Глава 48

***

Автоматизированный космический челнок-поезд. Чудо инженерной мысли. Хотя, скорее уже — чудачество. Внутри выглядел… пассажирская его часть, как обычный вагон метро. Такие же антивандальные сиденья вдоль стен, такие же поручни, такие же световые панели на потолке и встроенные мониторы в стенах, имитирующие собой окна.

Когда Тома оказался на «станции» в первый раз, то действительно искренне подумал, что лабораторный комплекс находится где-то глубоко под землёй, в недрах планеты Терра. Путешествие на этом вот «поезде» до стыковочного отсека самой лаборатории, оформленного под точно такую же «станцию», только уже гораздо меньшего размера, лишь утвердило в нём это впечатление. Тут ведь было всё для создания полноценной иллюзии: и вибрация, имитирующая движение колёс по рельсам, и звуковое сопровождение, имитирующее работу разгонного движка поезда вместе трением воздушных масс о стенки вагона, и инерционное воздействие на тела, находящиеся внутри вагона, и даже картинка стремительно пролетающих мимо стен тоннеля на мониторах, имитирующих окна на всём протяжении следования по маршруту…

Да и в самой уже лаборатории, это впечатление, эту иллюзию ничто не могло разрушить: во всей лаборатории не было ни единого обзорного «окна», или «иллюминатора», или монитора, которые выводили бы реальную картинку окружающего космического пространства. Нигде. Даже на посту блока охраны комплекса.

Ведь местоположение лаборатории было и оставалось главной её тайной. Секретом, обеспечивавшим как внешнюю безопасность, так и снижавшим до нулевых значений вероятность побега внутреннего: куда бежать из-под многокилометровой толщи земли? Хотя… с астероида сбежать не проще. Особенно, если даже не догадываться, что это астероид и готовиться к побегу именно из-под земли…

Впервые, когда Тома оказался в этом лабораторном комплексе, он на полном серьёзе поверил в его подземное расположение. Ни на секунду даже не засомневался. Поводов для сомнений не было. Слишком были хорошо проработаны детали декораций. Талантливо, с фантазией и выдумкой, с размахом…

В тот момент, когда ему пришла информация о реальном положении вещей, а в частности, о положении этой станции не внутри планеты, на безумной глубине, а в астероидном поясе космического пространства, молодой человек испытал настоящий шок. Сознанию пришлось переворачивать мир с ног на голову.

В какой момент Тома узнал об этом? В тот самый, когда получил задание от Говоруна на подготовку «Презентации». И только в связи с тем, что к месту проведения масштабной террористической акции (а как-то иначе квалифицировать то, что они собирались провернуть на орбитальной кораблестроительной верфи-станции «Детроит-1», невозможно. Именно масштабная и именно террористическая акция) требовалось доставить достаточно большое количество в том числе и габаритного оборудования с материалами, которые необходимо было забрать непосредственно из лаборатории. В первую очередь, это касалось штаммов синтезированного вируса. А вирусы ведь — штука капризная. Требует бережного с собой обращения. Бережного, аккуратного и достаточно специфичного.

Детроит-1 — станция большая. Пусть, число живого персонала на этой станции не превышает трёх тысяч человек, но размеры самой станции измерялись десятками километров. А это, само по себе, задавало требования к количеству исходного вирусного материала. Если, конечно, акцию планировать яркой и показательной. «Единомоментной». Так-то, само собой, можно было просто заразить одного-двух рабочих и ждать, пока они распространят вирус среди всего населения станции. Но — это долгий процесс. При котором, либо начало эпидемии быстро заметят и примут карантинные меры. Либо придётся программировать слишком долгий инкубационный период самого вируса, что, в свою очередь, влечёт за собой риск выхода вируса за пределы границы, отведённой для проведения акции, так как связь у станции с внешним миром, хоть и редкая, но присутствует. Изоляция не полная: вахтовики меняются. Одни прилетают, другие улетают. Совершается это по определённым графикам, в определённое время. Пусть интервалы между этими сменами измеряются месяцами, но и заразить несколько тысяч человек, раскиданных даже не на площади, а в объёме огромной производственной площадки в тысячи кубических километров — дело сложное. И не быстрое.