Повседневная жизнь инквизиции в средние века - Наталия Будур

Испанская инквизиция действовала жестоко и изощрённо, пролила не только реки и потоки крови невинных людей, но целые её моря и океаны. Особенными зверствами были отмечены преследования и последующее изгнание евреев и мавров.

Преследование евреев и Торквемада

Католическое духовенство никогда и нигде не благоприятствовало евреям. Монахи, патеры и папы в пролитии еврейской крови всегда играли самую печальную роль. Во французском Безьере издавна существовал такой обычай: ежегодно в Вербное воскресенье местный епископ настраивал своих прихожан против евреев, подстрекая их идти на «богоубийц», и те, в особенности же готовая на грабёж чернь, вооружившись камнями, громили еврейские жилища. В Безьере случались даже кровопролития, так как евреи, по мере сил, защищались и нередко давали отпор.

Правда, в 1160 году этот обычай, позорящий католическую церковь, был уничтожен, и 2 мая 1160 года был заключён договор, в силу которого каждый священник, настраивающий народ против евреев, должен был отлучаться от Церкви. В свою очередь, евреи тогда же обязались ежегодно в Вербное воскресенье вносить по четыре фунта серебра в пользу Церкви. Этот обычай держался долгое время, хотя и были попытки его нарушить.

Если вспомнить юг Франции, то там евреи отлично уживались с тулузскими еретиками. Они не только не враждовали друг с другом, но даже, несмотря на все различия в вере, евреи-изгнанники и христиане-еретики всё больше и всё глубже понимали друг друга, и между ними было гораздо больше общего, чем, например, между еретиками-христианами и католиками. Особенную любовь, признательность и уважение снискали еврейские врачи, которые очень быстро приобрели весьма почётное положение при дворах провансальских и лангедокских владельцев, у которых чиновниками служили и многие евреи. Бывали случаи, что им вверялась даже должность областного начальника – бальва, того самого, на котором лежали в те времена не только полицейские, но и судебные обязанности. Так, например, у графа Безьерского Рожера де Тренсеваля в XII веке областными начальниками были евреи Моисей и Натан де Каварят.

Но римский папский двор не всегда смотрел на это сквозь пальцы, и папа Иннокентий III с помощью французского короля обязал Раймонда VI, герцога Тулузского, не быть веротерпимым. Тот должен был торжественно дать клятву отстранить евреев-чиновников от их должностей и впредь не назначать ни одного еврея на службу и вообще не покровительствовать им.

Духовенство воспылало особенной неприязнью к евреям после Альбигойских войн. Можно даже утверждать, что по всей Европе в XIII-XIV веках отношение к евреям резко меняется.

Так, в Англии летописцы-монахи усматривали позорное пятно на репутации мудрого и справедливого короля Генриха, отца Ричарда Львиное Сердце, в том, что тот настойчиво защищал это племя «неверных» от всех обид и оскорблений. А сам Ричард Львиное Сердце, который в нашем представлении является символом честного и бескорыстного рыцаря, с первых же дней царствования стал преследовать евреев.

Для начала он издал эдикт, запрещающий евреям появляться на его коронации, однако некоторые евреи, надеясь смягчить Ричарда богатыми подношениями от своего народа, посмели приблизиться к залу, где трапезовал монарх. Будучи обнаружены, евреи подверглись оскорблениям толпы, а уличные беспорядки завершились массовыми погромами и грабежами. Одной столицей дело не ограничилось. Жители других английских городов, прослышав об избиении евреев, ревностно последовали примеру лондонцев.

Дозволение Ричарда дало населению желанный повод выместить наконец свою ненависть к иудеям, основной причиной которой были долги или, точнее, нежелание таковые платить. В Йорке, после того как пять сотен евреев погибли в огне, окрестные дворяне, все – должники еврейских ростовщиков, поспешили в собор, где хранились долговые расписки, и торжественно сожгли бумаги прямо перед алтарём.

Отказ должников выполнить свои финансовые обязательства, что в любой другой ситуации воспринималось бы как мошенничество, стало восхваляться как деяние, достойное доброго христианина, если речь идёт о еврейских банкирах.

Во времена правления английских королей ограбление евреев принимало различные формы – от непосильных налогов до открытого вымогательства. Военные кампании обходились недёшево, равно как и мятежи; евреи же представляли собой единственный источник наличных денег. Король Иоанн, заключив одного богатого еврея в своём замке, приказал всякий день вырывать у него по зубу – до тех пор, пока злосчастный иудей не согласился заплатить непомерный выкуп. Дворянство охотно следовало примеру своих монархов, вымогая у евреев деньги любыми способами, не исключая пытки.

Английские историки приводят и другие примеры гонений и унижений, которым непрестанно подвергались евреи. Однажды все они были брошены в тюрьму и за освобождение своё заплатили сумму в 66 тысяч марок. В другой раз некий Исаак Израильтянин один заплатил 5100 марок.

Доход, поступающий от налогов, взимаемых с этой нации, оказался столь значителен, что для сбора их учредили особое казначейство: была создана так называемая Еврейская палата – исключительно с целью грабежа и угнетения этого народа.

В качестве национального и религиозного меньшинства евреи были обязаны носить особый отличительный знак (впоследствии его воскресит Гитлер), впервые утверждённый Латеранским советом в 1215 году. Размер, цвет и форма знака определялись правителем каждой отдельной страны. В Англии такого рода знак полагалось носить, начиная с семи лет. Во времена Ричарда еврея отличала жёлтая шапка особого фасона.

В Испании – на территории этого государства – евреи жили с давних пор и прекрасно уживались как с арабами-маврами, которые образовывали на Иберийском полуострове свои государства, так и с христианами-испанцами. Но постепенно мир был нарушен – прежде всего потому, что христиане сочли себя достаточно сильными для того, чтобы отшвырнуть веками складывавшиеся традиции, согласно которым христиане занимались земледелием, мавры – строительством, а евреи – коммерцией и банковским делом. Отныне христиане считали себя способными заменить иноверцев во всём[94].

Например, испанские христиане, бывшие зачастую должниками евреев, устраивали погромы, благодаря которым они, с одной стороны, удовлетворяли своё религиозное рвение, а с другой – не опустошая своего кошелька, избавлялись от долгов.

Однако первыми изгнали евреев с насиженных мест вовсе не христиане, а мусульмане, члены секты альмохадов. В середине XII века они стали захватывать арабские государства на Пиренейском полуострове и утверждать в них господство ислама. Иноверцы безжалостно изгонялись. Именно в XII веке первые так называемые «испанские» евреи бегут в Прованс и Лангедок. Но и в христианской Европе евреям не было покоя. С началом Крестовых походов гнев крестоносцев направлялся против евреев как народа, продавшего Христа. В 1276 году во Франции были сожжены первые крещёные евреи, уличённые в тайной приверженности к иудаизму.

В Испании же среди осуждённых инквизицией тоже оказались лица, обвинённые в «иудейской ереси». Это было началом наступления на евреев. До мавров инквизиция доберётся после падения Гранады в 1492 году, когда не будет сильного государства – Гранадского эмирата, – которое могло бы заступиться за преследуемых арабов.

Зверства и постоянная угроза смерти, витавшая над головами евреев, вынудили многих из них креститься. В короткий срок в XIV веке более ста тысяч семей, то есть примерно один миллион человек, пожелали стать христианами. Но такого рода насильственные обращения в христианство не могли быть искренними, и многие из вновь обращённых – они получили название марранов, или маранов (от староиспанского «marrano» – «свинья»), – в глубине души оставались верными закону Моисея и тайно продолжали следовать его велениям.

В эпоху, когда глаза должников были обращены на своих банкиров, когда доносы считались первым долгом христианина, когда иная вера приравнивалась к смертному греху, это мнимое отступление марранов от веры не могло долго оставаться в тайне. Наказать за это отступление от истинной веры – вот тот повод, который послужил папе Сиксту IV и Фердинанду V учредить в Испании новую инквизицию, отличавшуюся от старой лучшей организацией и ещё большими (оказалось, что и это возможно!) жестокостями.

В атмосфере клеветы, доносов и насилия выросли «кровавые кануны» евреев, ставшие для них национальной катастрофой.

Одно из самых больших массовых побоищ евреев, начавшееся на рассвете 6 июня 1391 года, произошло в Севилье, где жила самая многочисленная в Испании еврейская община. В тот день было избито более четырёх тысяч евреев и ещё больше – продано в рабство. Около двадцати тысяч евреев при виде творящейся на улицах Севильи кровавой бойни немедленно пожелали перейти в христианство, и это спасло их от гибели, но никак не от грабежа.