По следам обречённых душ (СИ) - Ласточкин

каменных пород. Эпкальм не знал, что и думать, в голове вертелся только один вопрос — зачем тенадасерам нужна такая мощь?

Позади послышались тихие шаги, почти неразличимые, Эпкальм резко обернулся и замер. Его отряд окружила группа тенадасеров, направляющих в их сторону громоздкие лезвия.

Глава 11. Нерушимый камень и омерзительные узоры. Часть 2

Академия кувелов

Небо, на вот уже несколько дней, застлали серые тучи, не пропускающие и малейшего солнечного лучика. Потеплевший ветерок проказливо затрагивал концы девичьих юбок и разбрасывал в стороны волосы. Беззаботные птицы кружили над академией, напевая веселые мелодии и играя в догонялки друг с другом.

Кутаясь в тёплую куртку, Лаура спрятала часть лица за длинным воротником и поёжилась. Не вынося холодной погоды, — а такой она считала температуру на улице до начала ингика́ры, — академка неспешно шагала по мощёной плитке, запрятав руки в карманы и буравила глазами дорогу. Ей может и не пришлось бы куда-то идти, если бы не разлад с Калесой. Находиться в одной комнате стало напряжённо, потому как злость соседки электризовала воздух, да и от её брезгливого взгляда становилось ужас как неуютно. Не выдерживав подобной атмосферы, Лаура таки ушла проветриться, наплевав на холод.

Тэнкальт злило поведение подруги, которая выбрала для себя весьма сомнительную компанию. А злость ли это или что-то совсем иное? Раздумывать над этим совсем не хотелось, ведь она уже успела привыкнуть к одиночеству. Оно для неё не ново, да и справляться с ним куда проще, чем с непредсказуемыми людьми. Выходок Инетты ей более чем достаточно.

Сворачивая к реке неподалёку, она шла погружённая в раздумья, всё пытаясь понять мотивы Амкапир и связать события с разбитыми окнами академии, которые оказались у всех на слуху. Орденовцы так и продолжали патрулировать, однако часто менялись. Их присутствие угнетало Лауру ещё сильнее, ведь она перестала чувствовать себя защищённой, потому что казалось, что всё происходящее неспроста. Декан Нэслр сделал лишь небольшое заявление о том, что в академию пытались пробраться. Он не сказал ни кто, ни зачем, но «успокоил» всех тем, что ситуация под контролем прибывших кастодов.

Проходя сквозь ветви кустов, покрывающихся почками, академка замерла. У реки уже кто-то сидел. Тэнкальт сразу разглядела пылающую макушку и узнала в парне того самого нового «друга» из кучки студентов, к которым пыталась втиснуться Калеса. Она уже хотела было развернуться и уйти, но заметив короткие всполохи огня, притаилась за деревом и продолжила наблюдать.

Флатэс сидел без кофты, в одной футболке. Она присмотрелась и поняла, что на его руках нет привычных митенок, покрывающих их чуть ли не по самые плечи. Академец сидел, держа в руках что-то совсем небольшое, от чего, как подозревала Лаура, раздавались звуки чирканья и мелькали огненные всполохи. Лаура раглядела металлическую зажигалку, но не могла понять, что он пытался с ней сделать. Вопрос не заставил долго ждать ответа. Академец снова чиркнул и из зажигалки вырвалось пламя. Он осторожно поднёс ладонь сбоку и задвигал пальцами. От огня отделился небольшой шарик, которому академец постарался придать форму, пока тот вдруг не взорвался прямо у него в руке.

Он выронил зажигалку и отшатнулся, вскинув руки. Лаура ужаснулась, едва только заметила ожоги, покрывающие его конечности. Кожу сплошь и рядом усеивали ожоговые рубцы, что создавали узоры, очень безобразные узоры. Но даже если Тэнкальт считала шрамы мерзкими, по какой-то причине не могла отвести взгляда. Все эти противные завитушки напомнили Лауре о собственной способности, она видела её точно так же, точнее свою изувеченную память. На сердце стало гадко. Она перевела взгляд на академца и узрела поникший и в тоже время серьёзный профиль.

— Флатэс, вот ты где! — Тэнкальт прижалась к дереву, заметив, что незнакомец спешно натянул тёмные митенки, а после и пурпурную толстовку с гербом академии.

К нему приблизились парень и девушка, которых Лаура так же узнала. Они славились, как неразлучная парочка — брат и сестра, которые невероятно отличались не только характерами, но и мировоззрением.

— Тебя днём с огнём не сыщешь. — улыбнулся Эльтен, подбегая к поднявшемуся с травы Флатэсу. — С ног сбились, пока искали. Пора наказание отбывать.

— Ой, будешь ещё врать. Десять минут походили всего, — заговорила в ответ Люксальта. — И хватит уже этими глупыми фразами раскидываться. Знаешь, Флатэс, я тебя побью, если ещё какой-нибудь новой гадости его научишь, уж это я тебе обещаю.

Лаура заметила, как Флатэс запрятал что-то в карман и лучезарно улыбнулся, будто всего мгновение назад не сидел с печальным и тревожным видом.

«Лжец», — подумала Тэнкальт, наблюдая за тем, как он в один момент изменился.

— Да ладно тебе, пусть ребёнок развивается. — Хохотнул Игнэйр.

— Сам ты ребёнок!

Парни принялись дурачиться, столкнувшись в шуточном бою.

— Ладно, успокойся, а то ещё сломаешь себе свою культяпку, а мне потом влетит от Люкс. — Вновь хохотнул Флатэс, выпуская младшего Контрайна.

Эльтен задорно пихнул друга бедром, преисполнившись смехом, под смягчившимся взглядом сестры.

— Ты подготовился к экзамену по флофу? — спросил Эльтен, разглядывая парня с лазурными глазами.

— Конечно! Я в себе уверен на восемьдесят процентов! — Усмехнулся Флатэс.

Люксальта оценила его скептичным взглядом и ехидно улыбнувшись, упёрла руку в бок и спросила:

— Корни какой всесезонной травы сплетаются между собой и образуют узел?

Игнэйр сморщился, устремив взгляд куда-то вверх и покачнулся на месте, прежде чем криво улыбнуться.

— Ладно на семьдесят пять. И вообще импровизацию никто не отменял, — шутя ответил он. — Волноваться надо не мне, а этой Амкапир, ей то в себе надо быть уверенной на все сто.

— Сомневаюсь, что она успеет хоть что-то выучить, раз уж пролетела с ответами. — Люксальта махнула рукой и закатила глаза.

Эльтен хохотнул и положил ладонь на плечо Флатэса, после чего его взгляд стал заговорщическим.

— Вот уж кому точно волноваться надо. Зато втянула Малера в такую передрягу со всеми этими тенадасерами. А в итоге оно того и не стоило. Жалко её.

Ребята развернулись и зашагали в сторону общежитий. Журчание реки заглушало из без того затихающие голоса, слышно уже почти ничего не было.

— Ну ничего, пусть учится пользоваться своими мозгами, — кинул кто-то из парней. — Может после наказания позаниматься сходим, за одно и свиток ещё раз осмотрим?

Троица удалилась, а Лаура продолжила стоять за деревом, пока перед глазами по-прежнему стояла въевшаяся в голову картина обожжённых рук академца. Она с подозрением посмотрела им вслед, проводя подушечками пальцев по шершавому грубому стволу.

— Передрягу с тенадасерами? — тише повторила Лаура, гоняя сомнения от одного угла мозга к другому.

Подозрения одно за другим закрадывались