Поцелуй железа - Клэр Сейджер

– И будет очень досадно, если мне придется еще раз напомнить тебе о необходимости послушания.

Перед глазами возникла мордочка Фантомы – ее белые усики и персиковый носик. Но было и нечто большее, что-то за границей памяти. Ее неподвижное тело. Темнота ночи. Прохлада влажной земли. Его голос, холодный и беспощадный.

От воспоминаний у меня перехватило дыхание. Я не могу рассердить его. Я должна быть покорной. Даже мое колотящееся сердце напоминало об этом – оно явственно отстукивало «по-ко-рись, по-ко-рись».

Словно заведенный механизм, я кивала и кивала.

Это очень разумно. Я должна быть благодарна. Я должна делать то, что мне говорят.

– Кэт?

Я никогда не была так благодарна, услышав голос Эллы, и на мгновение мне показалось, что у меня от отчаяния разыгралось воображение. Но шаги приближались, и она снова позвала меня. В ее голосе слышалось отчаяние.

Челюсть моего дяди сжалась, но он и не собирался отступать.

– Вот ты где. – Элла оглядела Руфуса и улыбнулась, одновременно нахмурившись. – Эти волосы ни с чем не перепутаешь. – Она обратила всю силу своей улыбки на моего дядю и заморгала, сама невинность. – Боюсь, королева ожидает ее, лорд…?

– Феррерс, – его голос был глухим и холодным, как пронизывающий зимний ветер.

Глаза Эллы удивленно расширились.

– О, отец Кэт или…?

– Ее дядя, – он напустил на себя свою самую очаровательную улыбку и, наклонив голову, добавил: – Кэтрин не говорила мне, что у нее такая хорошенькая подруга.

Мой желудок готов был выйти из тела. Я еще сильнее вжалась в стену, но все, чего мне действительно хотелось, так это схватить Эллу за руку и бежать.

– О, Его Светлость слишком добр, – она произнесла это с едва уловимым пренебрежением. – Кэт? Пойдем, Ее Величество вызывает тебя к себе, – сказав это, Элла вопросительно посмотрела на Руфуса, выдерживая на себе его взгляд. На ее месте многие мужчины вдвое крупнее Эллы уже через секунду опустили бы глаза.

В дяде Руфусе была какая-то пустота. В глубине его глаз скрывался ледяной огонь, из-за которого мало кому удавалось долго удерживать с ним зрительный контакт. Казалось, что Элла собиралась побить рекорд.

Наконец, он отступил в сторону. Не из-за Эллы и уж тем более не из-за меня – даже он не собирался идти против приказов королевы.

Он кивнул, и я отпрянула от стены. Элла поймала меня за руку и попрощалась с ним. Кажется, я тоже что-то сказала, но слова утонули в моей пульсирующей голове.

– Не забудь, о чем мы говорили, дорогая племянница, – крикнул он вслед, выходя в коридор. – Я с нетерпением жду встречи с новыми друзьями.

Мы свернули в несколько коридоров и шли уже несколько минут. Мое сердце успокаивалось, напряжение покидало мышцы.

Хоть Элла и молчала, я прямо чувствовала, как в воздухе повисли немые вопросы. Она понимала людей. Она должна была знать, что именно беспомощный страх заставил меня вжаться в нишу. Она должна было догадаться, что произошло.

Потому что я не хотела вновь переживать это, рассказывая вслух. Я закрыла дверь того ангара вместе с Фантомой в нем.

Наконец я смогла говорить.

– Спасибо, что солгала о королеве. Это единственное, что могло заставить его отпустить меня. – Я сжала ее руку, благодарная за то, что она выпустила ее. Гудение в моей голове утихло, но меня все еще покачивало.

– Я… не солгала.

Я взглянула на нее, и она поморщилась. Это было сообщение, которое я даже не восприняла всерьез, находясь под впечатлением от встречи с дядей.

В это время Ее Величество не собирает своих придворных дам. Сейчас не время обеда или книжного клуба, где мы будем слушать очередную главу из книги мадам Сержан. Это было другое. Она вызывала лично меня.

– Королева ждет тебя в тронном зале немедленно.

Глава 39

Немедленно. Приказы королевы обычно исполняются немедленно, и для этого даже необязательно добавлять это слово. За все месяцы, что я живу при дворе, я ни разу не слышала, чтобы она говорила «немедленно». Удав в моем животе еще сильнее сжал свою жертву.

Проблемы. Небезопасно. Совсем небезопасно.

Кто-то видел, как Бастиан выходил из моих покоев? Стража решила, что я причастна к смерти Лары больше, чем предполагалось изначально?

Холод сковал меня, словно ледяные оковы. Было кое-что пострашнее. Неужели спустя столько лет Опасная Леди будет поймана?

В ушах звенело. Я вступила в коридор, ведущий в тронный зал.

– Кэт? – Элла стиснула мою руку. – Ты…?

– Все в порядке. – Расправив плечи, я сглотнула поднимающуюся панику, сделала глубокий вдох, а затем медленный выдох. Что бы ни случилось, я встречу это с достоинством. Никому не нужно знать, что мой пульс хаотично скачет, а скулы свело.

Стражники распахнули двери тронного зала, и я выпустила руку Эллы. Незачем портить ей репутацию.

Герольд объявил нас, и до абсурда длинное имя Эллы немного развеселило меня.

И все же, когда мы шли по ковру, звон в ушах не прекращался. Мне показалось, что мы прошли несколько миль по затихшему тронному залу. Сегодня никто не высмеивал меня, прикрывшись веером.

Стражи стояли по обеим сторонам у подхода к трону. Охраняют королеву или собираются схватить меня? Сама королева сидела на позолоченном троне, все еще в черном платье по матери и с черной лентой в волосах по Ларе. Рядом с ней стоял Кавендиш, как всегда, с невозмутимым выражением лица. Меня это уже даже не удивляло.

По другую сторону от нее стояли Бастиан и Ашер. Только благодаря неимоверному самоконтролю я не споткнулась при виде их.

Бастиан раскрыл мой секрет? Но ведь… нет. Он не мог. Мы же договорились.

Если только… У нас не было уговора, что он не расскажет Ашеру. Он мог рассказать ему, а тот – королеве.

Да, он, казалось, был не против пойти в моей постели дальше простого флирта, но это еще ничего не значит. Разве мое тело не было оружием против него? Он не так уж и далек от того, чтобы также использовать свое тело против меня, при этом еще и развлекаясь, мучая меня.

Онемение на моем лице перешло в низкий гул. Серые пятна скопились по краям моего зрения.

Это он? Он? Я заставила себя хорошенько взглянуть на него.

Я ничего не могла прочитать на его лице, но его глаза пристально наблюдали за мной с таким же напряжением, с которым его взгляд трахал меня на пикнике.

Или это был взгляд, который не трахает, а убивает? Что бы это ни было, но от