Рыцари комариного писка - Александр Розов

- Вот то-то, - он кивнул, - за наперсток я покажу.

- Нет у меня этой дряни, - жестко сказала Элоиза, - денег сколько хочешь?

- Если деньгами, то полтораста баксов, - сказал Хиларио.

- Полтораста баксов? Недорого же ты друга ценишь.

- А ты дай больше, я не против.

- Я дам, сколько ты попросил. Но покажи сначала.

- Ты половину вперед дай, тогда покажу.

- Ладно. Идем. Получишь сейчас свои семьдесят пять. И скажи: далеко ли идти?

- Минут сорок примерно, - ответил он, - это ж за расположением.

- Ах вот даже как? И что Артуро делает там, за расположением?

- Баба туземная, вчера они познакомились, - прошептал Хиларио. 

- Так… Туземная баба… За расположением… Ну, идем, покажешь.

…

В призрачном лунном свете, слабо помогающем наблюдению с вышки, однако вполне достаточным, чтобы видеть тропинку перед собой, они успешно выбрались за пределы расположения батальона, и пошли вдоль реки. Хиларио – впереди, Элоиза – позади, на дистанции пять шагов. Вскоре они оказались на заболоченных землях Мертвой сельвы. Хиларио повернулся к своей попутчице, и жестами показал, что надо строго держаться тропинки, а то мало ли, какая трясина может быть. Она кивнула. Двинулись дальше.

Еще через четверть часа они вышли к месту ветвления реки Лахорда на мелкие ручьи. Главное русло тут становилось широким и мелким, а слева от него выпирал из земли огромный валун, край которого нависал над водой. Хиларио снова повернулся к своей попутчице, прижал палец к губам (не шуми), и поманил рукой (встань слева от меня). Элоиза, не задумываясь, выполнила эту бессловесную инструкцию, и тогда Хиларио (успевший незаметно извлечь длинный узкий нож из-за пазухи) плавно, но энергично развернулся против часовой стрелки, ударив лезвием вперед и снизу вверх четко под диафрагму. Не останавливая движение, он с силой повернул нож, а затем выдернул.

Короткий хрип. Рефлекторное движение руками в попытке зажать рану.

Падение на бок. Несколько конвульсивных вздрагиваний ног. Вот и все.

- Эй! – негромко позвал Хиларио, - Выходи, это я.

- У, блин… - прошипел Артуро, шагнув из-за валуна, и увидев тело, - …Ты что ее?..

- То самое, - ответил Хиларио, - бери ее за ноги, а я за руки. Оттащим дальше, найдем болотное окно поглубже, набьем карманы глиной и утопим. Хрен ее кто найдет.

- Так начальство же утром хватится ее!

- Пусть! Наплетем, что она, мол, сказала: ищем секретный истребитель с трех сторон, встречаемся через два часа под мостом. Мы пришли – ее нет. Подождали – подумали: наверное, она забыла про нас, и пошла рапортовать кому-то, она ж такая…   

- …Была, - договорил Артуро.

- Но! – уточнил Хиларио, - Мы притворимся, будто не знаем, что она БЫЛА.

…

*56. Подходящее место, чтобы утопить тело…

…Они искали часа полтора. Окно нашлось изрядное: шириной шагов десять, и глубина такая, что срезанный двухметровый прут не достал здесь до дна. Еще час два товарища набивали глиной карманы униформы Элоизы. Для верности, набили глиной ее штаны и пихнули несколько камней под куртку. Затем – плюх.

- Нормально потонула, не всплывет, - констатировал Хиларио, вытирая руки об траву.

- Отмазка наша слабовата, - хмуро заметил Артуро, вытаскивая сигареты.

- Война же, - возразил Хиларио, - кому разбираться-то надо? Батальонному командиру плевать на нее. Ему без этой заразы даже проще. А особисты подумают: что толку тут разбираться? Ясно же, что нет ее. Им важнее новую такую ссучить, чтоб дело шло.   

- Твои слова богу бы в уши, - произнеся это, Артуро чиркнул спичкой. Прикурили.

- И надо, - напомнил Хиларио, - еще придумать, как мы видели вражеский истребитель, вроде бы падающий куда-то за расположением батальона.

- Давай придумывать, - согласился Артуро.

Составление истории про истребитель заняло еще час. Кажется, получалось складно, и проговорив все это еще по разу, чтоб наверняка, два товарища зашагали назад. Но…

…Внезапно услышали негромкое частое «Пом-Пом-Пом…». Эти звуки шли сериями.

…По небу заметались лучи прожекторов, отражаясь на редких облаках.

…Затем послышалось сирена, и резкий треск скорострельного зенитного автомата.

- Вот это мы влипли… - пробормотал Хиларио, остановившись на тропе.

- Да, влипли, - отозвался Артуро, тоже остановившись, - и что нам делать?

- Что-что… Подождем, пока станет понятнее, какая хрень происходит…

…

У этих двух молодых бразильских солдат не было шансов понять, что происходит на «оперативном поле» в поселке Эсперанзита на западном краю Мертвой сельвы (или на западном краю искусственного озера Атланта – как называли это сторонники Канала). Происходило же следующее. На площадь расположения батальона внезапно и плотно начали падать (кажется) авиабомбы малого калибра. Почему авиабомбы? Потому, что артиллерийский выстрел таким снарядом был бы слышен издалека, а тут - лишь свист рассекаемого воздуха, и серии глухих хлопков. Кстати, самолет обычно слышен, а тут какая-то подозрительная бесшумность. Впрочем, рассуждать было некогда. Офицеры объявили воздушную тревогу, операторы прожекторов стали шарить по небу, расчеты недавно привезенных зенитных автоматов открыли огонь (честно говоря - наугад, и на удачу). Еще парадокс: на радарах зениток не были видны вражеские самолеты. Кто-то вспомнил про «невидимки – Stealth», а кто-то - про секретный вражеский истребитель (виденный тут однажды, и вызвавший тогда крайний интерес у особистов). Командир батальона позвонил в штаб Экспедиционного корпуса, и сказал: «у нас тут авиа-налет, возможно, это - вражеские истребители-невидимки». В «большом штабе» произошло возбуждение, и был отдан приказ направить эскадрилью F-16 для перехвата. Но когда эскадрилья добралась до места, то не обнаружила воздушного противника.   

На самом деле, перехватывать было нечего. То, что офицеры бразильского батальона приняли за авиа-налет, было обстрелом из 8-дюймовых 6-ствольных пневматических минометов. Пневматика не обеспечивает большой дистанции заброса мины, зато звук выстрелов почти отсутствует, и отдача относительно несильная, поэтому самоходной платформой такого орудия может быть обычный внедорожник. Мобильная батарея – пятерка машин сделала полтораста выстрелов, и укатилась вглубь Мертвой сельвы. А арьергардная команда начала «беспокоящий обстрел» с дальней дистанции из легкого ручного оружия - с целью не дать офицерам бразильского батальона время спокойно подумать: «какого черта происходит, почему бомбы такие странные?».

Теперь – исторический экскурс. Октябрь 1917 года, Адриатика, долина Изонцо. Армия Германии многократно штурмовала итальянские позиции – без результата. А затем все решилось одним минометным обстрелом. Мины были заряжены фосгеном... Из солдат итальянской армии не выжил никто. Через год австро-германская коалиция проиграла. Первая мировая война завершилась, а фосген, как боевой химикат, пропал из практики более, чем на 100 лет, зато он стал применяться в синтезе поликарбоната (пластмассы, выпускаемой миллионами тонн в год). Фосген - дешевый массовый полуфабрикат. В учебниках по военной химзащите фосген остался, но мало кто предполагал, что такой оружейный раритет (вместе с другим раритетом  - пневматическим минометом) будет применен, как в годы Первой Мировой войны, только по продвинутой технологии.

…

Разумеется, для двух молодых солдат, которые сейчас отсиживались около приметного валуна на главном русле реки Лахорда в начале ее ветвления в Мертвой сельве, вся эта история, химия, и технология было чем-то настолько же незнакомым, как иероглифы Древнего Египта. Они даже не догадывались, что такие вещи могут произойти здесь и сейчас. Их беспокоила более простая штука: что делать сейчас, когда батальон ведет с рассредоточенным противником вялую затяжную перестрелку?

- Теперь что нам делать? – спросил Артуро.   

- Что-что… - Хиларио пожал плечами, - …Отсидеться тут до рассвета.

- Да? А как мы отмажемся после?

- Когда будет «после», тогда и подумаем. А если сейчас дернемся назад, то нас точно пристрелят, или противник, или наши. В ночном бою стреляют раньше, чем думают.

Это был рациональный аргумент, понятный всякому солдату, имеющему хоть какой-то боевой опыт, так что Артуро согласился. Между тем, небо затянуло тучами, свет луны рассеялся, и почти исчез, а еще через пару часов хлынул ливень. Два молодых солдата, чертыхаясь, забрались под нависающий край валуна - неплохой такой козырек, жаль что узкий, но сойдет для полевых условий. Есть, где прикурить, а с сигаретой  и разговоры крутятся легче, и время проходит быстрее… Еще два часа - и звуки вялой перестрелки, ставшие уже привычным фоном, начали прерываться.