Ленин в судьбах России - Абдурахман Авторханов

Ленинская утопия социализма основывалась на его ложном пророчестве: "Капитализм может быть окончательно побежден и будет окончательно побежден тем, что социализм создает новую, гораздо более высокую производительность труда" (ПСС, т.39, стр.21). Что же получилось на деле? На восьмом десятилетии социализма Кремль призывает страну идти на выучку к капиталистам как в поднятии производительности труда, так и в повышении стандарта жизни. Вот признание самого высокого авторитета Кремля в проблемах социализма: "Современный капитализм изменился и довольно радикально, он уже не тот, каким мы его представляли раньше. Ленин говорил, что производительность труда — решающий критерий социализма. Но сегодня мы видим, что как раз в этом плане больше преуспел Запад… Если мы применим реальный курс доллара к рублю — по потребительской корзине, — средний заработок американского рабочего будет адекватен, примерно, 100 тысячам рублей в год, то есть 8–9 тысячам рублей ежемесячного заработка. Огромное различие" (Интервью директора Института мировой социалистической системы АН СССР, народного депутата СССР, академика О.Т.Богомолова, "Комсомольская правда", 3.10.1989).

Разве нужно более убийственное доказательство обреченности социализма, чем эти разительные, прямо-таки убийственные цифры? 46 миллионов советских граждан живут, по признании Кремля, на уровне нищеты. Прославленные "ветераны социализма", получают по новому закону только 70 рублей пенсии в месяц.

Теперь вспомним и главное "открытие" в политэкономии Ленина. В книге "Империализм как высшая стадия капитализма" Ленин утверждал, что капитализм начала XX века — это высшая, последняя, загнивающая и умирающая стадия капитализма, канун мировой социалистической революции. Ленин пророчил: "Империализм есть 1) — монополитический капитализм; 2) — паразитический или загнивающий капитализм; 3) — умирающий капитализм". Отсюда Ленин сделал вывод, что с момента Первой мировой войны начался "общий кризис капитализма", который кончится гибелью капитализма и торжеством социализма во всем мире. Это утверждение Ленина на протяжении семидесяти лет присутствует во всех программных документах Кремля, хотя мировой капитализм живет и процветает, тогда как мировой социализм гниет и разлагается. То, что Ленин пророчил капитализму, случилось с социализмом как раз силу тех обстоятельств, которые Ленин предполагал за капитализмом — из-за господства государственной монополии на средства производства и отсутствия конкуренции со свободным рынком при экономической системе социализма. Западные страны, особенно Америка, рядом законов против роста монополий концернов и трестов, введением прогрессивной налоговой системы на прибыль — ограничили роль монополий, тогда как коммунистические страны напротив, по образцу СССР, ввели тотальную монополию государства и на капитал и на труд. Отсюда прямо по-ленински и началось загнивание социализма: при нем исчез фактор заинтересованности в результативности труда как работодателя, так и рабочего. Ведь это отец политэкономии Адам Смит писал: "Собственная польза и конкуренция, хотя аморальные и нехристианские, есть два мотива, которые делают экономику эффективной и успешной". Проще можно сформулировать эту мысль вопросом: на кого человек работает? При капитализме человек работает только на себя, он кровно заинтересован в максимальной результативности своего труда не только в свою личную пользу, но для пользы предприятия, чтобы оно и дальше обеспечивало ему работу. При социализме наоборот человек работает не на себя, а на государство, которое гарантирует ему прожиточный минимум, но такой, чтобы он никогда не обогащался, но и не умер от голода. Поэтому он хорошо усвоил ту простую истину, что как бы он ни старался, выйти за железные рамки данного минимума ему не удастся. Стимул к труду как источнику благополучия и обогащения, убил сам монополист работодатель — государство, превратив своего работника в узаконенного тунеядца. Ведущим законом "политэкономии социализма" — этого наукообразного экономического шарлатанства — было провозглашено изречение апостола Павла, украденное марксистами: "Кто не работает — тот не ест". Но на деле получилось: "Кто работает _тот не ест". Ест одна многомиллионная партийно-государственная бюрократия, материальное благополучие которой возрастает прямо пропорционально восхождению каждого бюрократа по пирамиде власти, достигая на уровне Кремля уже действительно принципа коммунизма: высшая партийно-государственная бюрократия "работает по способностям — получает по потребностям". Поэтому в советском обществе, прямо по Марксу, начисто исчезло среднее сословие и образовались два класса, место которых в обществе определяется их отношением к органам партийно-государственного аппарата: класс трудящихся, не заинтересованных в результатах своего труда, класс командующей бюрократии, кровно заинтересованной в сохранении именно нынешнего советского социализма. Новые лидеры Кремля, которые поняли гибельность такой ситуации для жизнеспособности советского общества, говорят о "деформации" ленинского социализма при Сталине, не понимая, что не в форме дело, а в субстанции самого социализма Ленина. Сталин деформировал лишь ленинский фасад социализма и тем самым, обнажив его, показал и доказал всю хозяйственную абсурдность концепции ленинского социализма.

Чтобы понять русскую трагедию, чтобы разобраться в глубинной причине, почему русский народ бук-вально выстрадал сам свое же несчастье, надо обращаться не к Сталину, а к Ленину и Октябрю. Все известные нам социально-экономические формации, в том числе и капиталистическая, родились не по плану и выдумке философов и политиков, а из развития жизненной стихии. Но только "научный социализм" родился за письменным столом лжепророков, а потому и оказался нежизнеспособным. Социалистическая утопия не учла, что человек — высочайшая тварь из всех созданий Всевышнего, всеми поступками которого движет не стадность животных и не добродетель моралистов, а врожденный эгоизм индивидуалиста. Ленин это понял после пяти лет нахождения у власти, дав нэп, ликвидированный потом Сталиным. Наследники Сталина вновь вернулись к Ленину, дав тот же нэп, но под названием "перестройки". Однако и для Ленина и для перестройщиков нэп только пауза, "передышка" на путях того же социализма. Ведь Ленин полагал, что социализм в России он построит теми же методами, при помощи каких он устроил свою революцию: путем насилия. Но самое трагическое — Ленин думал построить социализм в России в течение нескольких месяцев! Советский читатель возмутится и заподозрит меня в выдумках из-за того, что все, что свидетельствует об ошибках, просчетах, ложных пророчествах Ленина — плотно закрыто в железных сейфах Института марксизма-ленинизма.

Что Ленин думал и говорил о сроках строительства социализма в России зафиксировано в работах Троцкого, которые были опубликованы еще при жизни Ленина, а потом вышли в 1924 году целиком в книге Троцкого "О Ленине". Вот, что говорит там Троцкий:

"В ленинских тезисах о мире, написанных в начале января 1918 г., говорится о необходимости "для успеха социализма в России известного промежуточного срока, не менее нескольких месяцев". Сейчас эти слова кажутся совсем непонятными: "не описка ли?" "Нет, — продолжает Троцкий, — не описка. Я очень хорошо помню, как в первый период в Смольном на заседании Совнаркома Ленин неизменно повторял, что через полгода у нас будет социализм". (стр.112).

Троцкий комментирует:

"Он верил в то, что говорил… И этот фантастический полугодовалый срок для социализма представляет собой такую же функцию ленинского духа, как и его реалистический подход к задачам сегодняшнего дня", (стр.112–113).

Этим и только этим может быть объяснена жуткая полоса духовных и физических репрессий в стране, которая началась на второй же день после победы революции — надо было очистить почву для победы социализма в стране в "фантастически короткий срок" — в шесть месяцев! Прежде всего Ленин, как предпосылку к уничтожению "врагов народа" (это расхожее при Сталине выражение Ленин позаимствовал у Робеспьера), создал два важнейших механизма диктатуры: цензуру для уничтожения свободы слова и политическую полицию с чрезвычайными правами для уничтожения "врагов народа" без суда и следствия.

Чека или, как ее иначе называли, "чрезвычайка" родилась из Военно-революционного комитета и официальный титул этого органа таков: "Всероссийская Чрезвычайная Комиссия (ВЧК) по борьбе с контрреволюцией, саботажем и спекуляцией". Она была создана, когда не было ни "белого террора", ни гражданской войны — через месяц и двенадцать дней после захвата власти, а именно 7 (20) декабря 1917 года. На первый взгляд трудно увидеть резонность сосредоточения этих трех функций в одном учреждении: борьба с контрреволюцией, которой нет, борьба с саботажем, которого тоже нет, борьба со спекуляцией, которая всегда была и будет, если экономическая система не способна удовлетворить потребности человека на свободном рынке. Борьба со "спекуляцией" — это повод для ликвидации свободной экономики. В декрете Ленина от 10 ноября 1917 г., еще до создания ВЧК, говорилось: "Спекулянты расстреливаются на месте преступления" ("История ВЧК. Сборник документов", Москва, 1956).