"Фантастика 2025-162". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Greko

Реестр Мёртвой Руки в натуре хранился в базе данных инфоцентра, в глубине двойной звезды. Копун смог привезти на Землю только его электронную копию. В данный момент она находилась в подземном бункере, по слухам, принадлежавшем одному из российских олигархов двадцать первого века.

Пользуясь допуском высшего уровня как полковник Коскора, Голубев проник в святая святых бункера и был допущен к терминалу системы, обслуживающей компьютер по имени Искандер и все периферийные линии.

В небольшом зале терминала, где работали десять операторов, занимавших свои информационные гнёзда с дугами мыслесъёмов на головах, гостю предложили отдельную консоль, и молодой начальник смены Гоша Метельский, носивший модную причёску (волосы на голове были выбриты полосками, образуя иероглифы), ввёл Виктора в курс дела.

– Материал почти полностью зашифрован, – сказал он тихим интеллигентным голоском. – Нам приходится искать способы восстановления утраченных файлов и способы обработки контента, удаляя шумы. Кое-что удалось сделать, но материал раскрыт не более чем на пять процентов. Что вас интересует?

– Меня интересует, не упомянуты ли в материале боевые роботы?

– Джинны? – улыбнулся Метельский.

– Вы знаете?

– Конечно, о них трубят все земные СМИ. Зачем это контрразведчикам?

– Секрет, – строго сказал Голубев.

– Обычно каждый день мы по вечерам сводим результаты в единую базу данных. Сегодня ничего особо интересного не было, а вот вчера… – Метельский запнулся.

– Продолжайте.

– Но эти сведения тоже секретны, – смутился начальник смены.

– Не для меня. – Виктор показал красно-золотое удостоверение кода доступа. – Не волнуйтесь, я имею право.

Дежурный с облегчением вздохнул.

– Вчера смена Беркута обнаружила необычное звёздное образование за Великой Стеной. Это загалактическое образование…

– Я знаю, что такое Великая Стена.

– Да, конечно, – смешался Метельский. – Близко от Млечного Пути обнаружена система из тесно связанных красных карликов. До неё всего три миллиона парсеков. Так вот в Реестре есть специальное указание, что эту область надо обходить стороной.

– Там есть база?

– Прямых подтверждений нет, только предупреждение и смогли расшифровать, с указанием координат звёзд. Но если она отмечена в Реестре, то там вполне могут находиться объекты Древних.

– Разрешите посмотреть.

– Я перекину вам видео.

Метельский вернулся к своему терминалу, нацепил наушники, снял, подбежал к посетителю:

– Смотрите.

Виом за консолью информационного комплекса развернулся метровым пузырём и воспроизвёл грандиозное звёздное полотно, перечёркнутое из конца в конец шлейфом галактик Великой Стены. Красная окружность накрыла небольшую веточку шлейфа и скачком увеличилась в размерах. Большинство звёзд ушло за пределы очерченного пространства, а в центре окружности зажглось ожерелье из тусклых багровых огоньков. Всего их насчитывалось тринадцать, и располагались они так близко друг к другу, что почти сливались в одну звезду.

– Десять миллионов световых лет, – сказал Метельский, оставаясь на месте. – По вектору Ланиакеи. Хорошо бы туда заглянуть.

– Неплохо бы, – согласился Голубев задумчиво. – Что ещё известно об этих карликах?

– Они все сделаны как под копирку. Масса каждого не превышает трёх масс Юпитера, возраст – около десяти миллиардов лет. То есть они очень старые. Расстояние между соседями – не больше трети астрономической единицы.

– Пятьдесят миллионов километров.

– Что-то в этом роде. Самое интересное, что среди них есть тёмный объект той же массы. Либо остывающий коричневый карлик низкой светимости, либо большая планета.

– Это Реестр вам подсказал? Я имею в виду параметры кольца.

– В Реестре о характеристиках звёзд ни слова. Мы сообщили о находке астрономам, Большой лунный телескоп кинул взгляд в том направлении, а компьютер вычислил параметры. Поскольку кучка звёзд находится в созвездии Стрельца, астрономы дали ей название S-vetus…

– Старый Стрелец.

– Точно, – рассмеялся собеседник. – А тёмный объект они назвали Старый Стрелец-1.

– Скиньте мне всю инфу по этим звёздам.

– На почту?

– На флешку.

Виктор ещё с минуту любовался ожерельем тусклых огоньков, дождался передачи флешки и, поблагодарив Метельского, покинул территорию Национального центра обороны. Мысль посетить систему карликовых звёзд, где по Реестру находился опасный объект, тем более что сворачивать с траектории полёта к Ланиакее не пришлось бы, окончательно укрепилась. Интуиция подсказывала, что неожиданное открытие опасной зоны в пределах доступности земных космопроходцев может сказаться на всём процессе знакомства с древней Мёртвой Рукой. Хотя и недавняя идея заиметь джинна была неплохой. Игра стоила свеч, как утверждала старинная русская пословица.

Однако встречу с Дианой и Копуном пришлось отложить.

Внезапный звонок Иеронима Бахченжиева, одного из психоаналитиков медцентра Министерства надзора за здоровьем, который курировал инфоргов, людей, подвергшихся «совершенствованию», заставил Голубева изменить планы. Конечно, он знал о наблюдении за своей персоной с детства, принимая это как должное. С возрастом он научился прятать свои мысли под выращенным на срезе эндокрана[76] клеточным слоем, не пользуясь чип-защитниками, и придирок к нему со стороны медико-надзорных органов не должно было быть.

– В чём дело? – осведомился полковник, прибывший с Урала в Плесецк, где у него было своё рабочее место. – Я занят.

– Вам лучше прибыть в нашу обитель, – проговорил Бахченжиев, сморщив и без того тёмное морщинистое лицо аборигена степей; родился он в Туркменистане.

– Зачем?

– К сожалению, у вас вырисовывается неблагоприятная динамика…

– Динамика чего? – озадачился Голубев.

– Лучше я вам покажу.

В душу вкралось подозрение.

– Мне некогда заниматься посторонними делами.

– Они касаются вашего здоровья, это очень важно. Приходите в наш центр на Волхонке.

– Кто работал с моим контентом?

– Никто, вернее, я.

– Очень хорошо. Давайте сделаем так: чтобы не отвлекать ваших специалистов и вас, да и у меня времени мало, предлагаю встретиться вне центра.

– Но придётся провести КТ-обследование…

– Не придётся, как гражданин свободного мира я имею право отказаться от медицинских обследований. Я и так уступаю вашей просьбе. Встретимся на пять минут, вы покажете результаты ваших наблюдений, мы побеседуем, и вы будете довольны, и я.

– Так не делается, – огорчённо качнул плешивой головой медик. – Данные контроля не должны передаваться посторонним.

– Какой же я посторонний? – усмехнулся Виктор. – Речь идёт обо мне, а не о постороннем человеке. Я не собираюсь передавать данные анализа кому бы то ни было. Сделайте одолжение, согласитесь с моим предложением. Где встретимся?

Бахченжиев пожевал губами, пребывая в растерянности, но в конце концов уступил:

– Хорошо, через час я буду дома. Записывайте координаты.

– Я запомню.

Старик продиктовал свой адрес, жил он на окраине Ашхабада, и разговор закончился.

Настроение Голубева упало. Нельзя было сказать, что он забыл, что находится под наблюдением, но это его не тревожило, так как раз в год он проходил профилактическое тестирование. Но звонок психоаналитика вызвал беспокойство, переросшее в тревогу. Здравнадзор не напоминает о себе без причины, и это наверняка несло дополнительные угрозы.

Он всё же завернул в свою контору в Плесецке. Узнал последние новости в космической сфере (фрегат «Великолепный» прислал сообщение о встрече с космолётом, принадлежащим частной археологической компании «Сириана», чёрт их туда занёс!), подстраховался на всякий случай, укрепив под волосами на голове пси-защитника, и отправился в Ашхабад.

Как оказалось, Бахченжиев, несмотря на возраст (восемьдесят лет) и статус специалиста высокого уровня (пятьдесят пять лет стажа), жил не в коттедже, разрешённом статусом, а в обыкновенном многоквартирном доме чуть ли не столетней постройки. Располагался дом достаточно далеко от центра города и был окружён такими же безликими домами, сконструированными и построенными машинами без участия людей. Предназначались они для временного проживания самых бедных слоёв населения, живущих только на пособия. Прошли годы и десятилетия, а количество обедневших туркмен не уменьшилось, и такие островки «урбанистической нищеты» так и остались доживать свой век на фоне дворцов, возведённых кланами высших чиновников и бизнес-бандитов.