Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

удивлением я обнаружила, что мы стоим в поле из странных белых растений. Они простирались до деревянных досок и даже извивали перила. Я как раз задавалась вопросом, зачем кому-то строить причал в поле, когда поняла, что это были водные растения, торчащие из черной мерцающей реки.

Ноар встал позади меня и наклонился вплотную к моему уху.

– Берегись!

Он бросил что-то в реку, и вдруг все поле начало двигаться. Оно трепетало! Тысяча туманных бабочек поднялась к небу. Одним махом белое поле превратилось в кроваво-красное, потому что теперь можно было видеть звездообразные цветы, которыми питались бабочки. Mo рассмеялся. Прекрасный звонкий смех, которого я никогда не слышала. Он выглядел освобожденным, повернулся вокруг своей оси и побежал ко мне.

– Вот тебе, – сказал он и, подхватив один из красных цветков, сунул его мне под нос. Но через несколько мгновений цветок рассыпался. Золотистая пыль струилась сквозь маленькие пальцы Мо. – Оу… – разочарованно воскликнул он.

– Кровавым звездам нужны их корни, юный принц, – пояснил Ноар, одарив брата такой очаровательной улыбкой, что у меня сжалось сердце. Как кто-то мог быть таким добрым и таким хладнокровным одновременно? Мой младший брат спокойно отнесся к этому и вернулся к туманным мотылькам. Мне бы хотелось продолжать наблюдать за ним, но грудь Ноара скользнула в поле моего зрения:

– Амайя. Он подошел ближе и серьезно посмотрел на меня. – Я не должен был быть таким грубым с тобой сегодня вечером.

Это было извинение? Во всяком случае, это так звучало. Или, по крайней мере, как то, что ближе всего подходило к извинению в империи, где не разрешалось извиняться. Ноар приблизился еще на шаг. Я почувствовала его руку на своем бедре. По мне пробежал жаркий озноб.

– Я всего лишь делал то, что было необходимо, – продолжал он, нежно дергая за один из моих локонов. – Когда-нибудь ты…

– Ой, да брось! – вздохнула я. – Не говори мне сейчас, что я когда-нибудь пойму.

Я могла обойтись без успокаивающих фраз. Если уж на то пошло, то мне были нужны ответы.

Уголки губ Ноара поползли вверх.

– Даже и не думал этого делать.

Его темные глаза загадочно блестели, и на мгновение он показался меланхоличным. Я не знала, почему это пришло мне в голову именно сейчас, но все его травмы всегда заживали, не оставляя следа. Так откуда же взялся узкий шрам на его брови? Мне очень хотелось пройтись по нему пальцами.

Я как раз собиралась спросить об этом, когда Ноар возник сзади и схватил меня. Когда он отдернул руку, в ней оказался один-единственный красный цветок.

Я уставилась на это творение природы в ошеломлении и растерянности. Цветок напоминал лилию, только его кроваво-красные лепестки были пронизаны золотыми прожилками.

– Разве им не нужны их корни?

Уголки губ Ноара растянулись в веселой улыбке, пока он засовывал мне цветок за ухо.

– Он не вянет, потому что я этого не хочу, – прошептал он. Его глаза коснулись моего рта и остановились там на мгновение. Но он не поцеловал меня, просто вздохнул. – Пошли, остальные ждут нас.

Чем ближе мы подходили к Золотой горе, тем более пугающей она становилась. В какой-то момент туманные бабочки покинули нас и полностью освободили обзор на императорскую резиденцию. Статуи, появившиеся вдалеке, оказались настоящими колоссами. На некоторых из них были изображены человеческие образы, на других – существа, которые могли возникнуть в кошмарах. Драконы с орлиными когтями, хищные кошки с широкими крыльями, медведи с рогами или лошади с акульими зубами. В некоторых местах даже из стен торчали огромные шипы из золота. В некоторых местах на стенах торчали огромные золотые шипы. И нигде не было видно сварных швов или болтов – как будто вся конструкция была сделана из одного куска.

Все здесь было предназначено для сдерживания. Размер, фасад и даже декор. У ворот, у которых мы остановились, я поневоле задумалась, были ли они настолько монументальными только из эстетических соображений, или же в Кассардиме действительно были существа, которым требовалось столь огромные пространства.

Ромэ и другие мои братья и сестры ждали нас у маленькой двери, которая была вделана в огромные ворота. Я неизбежно подумала о дверце для кошек и, несмотря на тошноту, не смогла сдержать усмешки.

– Наконец-то вы пришли, – проскулила Дженни. – Мы ждем уже целую вечность.

Я проигнорировала ее укоризненный всхлип и подавила желание закатить глаза, хотя мне чертовски хотелось это сделать. Злиться на нее я не могла. Моей сестре промыли мозги, и она не имела ни малейшего представления о том, что произошло на самом деле.

Потом передо мной возник Ромэ. На этот раз он не соизволил подарить мне ни непринужденной улыбки, ни какого-то изречения. Вместо этого Ромэ скрестил руки и уставился на меня. Меня и цветок, застрявший в моих волосах.

– Возникли трудности? – спросил он у Ноара. Неодобрение, горящее в его соколиных глазах, было так ясно видно, что я нахмурилась. Но Ноар невозмутимо выдержал взгляд своего друга:

– Ничего, что я не смог бы уладить.

У меня не было ни малейшего представления о том, что происходило между этими двумя мужчинами, но это не предвещало ничего хорошего. Не говоря больше ни слова, Ромэ повернулся и постучал кулаком в золотую дверь с мрачным выражением лица. Я вздрогнула, когда сквозь металл пробежал глубокий рев. Потом послышалось, как кто-то открыл замок изнутри. Мо спрятался за мной, и мне не в чем было его винить. Мои руки тоже были мокрыми от пота.

Дверь тихо распахнулась, и за ней показался кое-кто, кого я действительно здесь не ожидала увидеть. Честно говоря, я даже не задумывалась о том, что с ним стало с тех пор, как мы оставили его на автостоянке.

– Рад, что вы успели вовремя, – сказал Лазар, раскинув руки, словно он был здесь хозяином дома. Мужчина был одет в черный сюртук, весь украшенный золотым орнаментом. Со своей подстриженной бородой и серыми висками он выглядел так, будто был одет с иголочки. Однако теперь золотые линии красовались и у него на лбу. Они начинались у его волосяного покрова и вытягивались в перевернутый треугольник почти до корня носа. – Конечно, я ни секунды не сомневался, что наш дорогой Ноар доставит вас целым и невредимым.

Серые глаза Лазара блуждали по нашей маленькой туристической группке. Когда он добрался до меня, они немного сузились, и на его лице появилась очаровательная, но холодная улыбка.

– Ммм, какой красивый цветок, – заметил он. – Кровавая звезда. Единственное растение в Кассардиме, которое не только выживает в хаосе, но и