"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Ворон Алексей

Заканчивалось же тайное послание так:

«Государь! Подвластные тебе тысячи чрезмерно превозносят слугу твоего, воеводу Давида. Злонамеренно не желая сражаться с мазовецкими псами под началом боярина Судислава и допустив захват Любомля, эти лентяи будто переродились с появлением Давида. Они же приписывают заслугу победы одному ему, сумевшему одержать верх над врагом не иначе как с помощью скрытого колдовства».

Положим, Данила Романович знал это и без разъяснений Димитрия. Его беспокоило совсем другое. Он прекрасно понимал, что Димитрием движет обычная зависть, но вместе с тем не мог не признать, что теперь Давид может стать слишком популярным. И более влиятельным, чем даже сам король…

А этого быть не должно. Очень плохо, когда слуга могущественнее своего хозяина. Такие слуги имеют обыкновение сами становиться хозяевами.

«Эх, Давид! — угрюмо думал король. — Я благодарен тебе за всё, что ты сделал для моей державы, но, боюсь, нам двоим скоро станет тесно на Руси. Пусть ты этого ещё не понимаешь — зато понимаю я… Что же мне делать, а?»

Ответа не было.

Олег Авраменко

ДОРОГА НА ТИР МИНЕГАН

Алене Косюк, которая помогла Первозданной прийти в этот мир

Глава I

ГОСТЬЯ С СЕВЕРА

Взобравшись по стремянке до середины высокого стеллажа, Эйрин услышала, как во дворе внезапно поднялась суматоха, залязгали металлические запоры, пронзительно заскрежетали петли на воротах, заглушив неразборчивые голоса часовых. А когда все стихло, кто-то выкрикнул: «Эй, разойдись!» — и до ее ушей отчетливо донеслось цоканье подков по брусчатке.

«Что-то рано они вернулись», — удивилась Эйрин. Она поднялась еще на две ступеньки, достала с полки книгу, ради которой явилась в библиотеку, а потом быстро спустилась вниз, подошла к ближайшему окну и выглянула наружу.

Как раз в это время через распахнутые настежь ворота во внутренний двор въехали всадники. Но это были не отец с дядей Рисом и кузеном Логаном, как сначала подумала Эйрин, и даже не пьяный в стельку Делвин со стаей своих друзей-гуляк, а четверо незнакомцев: трое мужчин и молодая женщина. За ними следовала вьючная лошадь, чей длинный повод был привязан к седлу белой кобылы, на которой ехала женщина.

Старая Башня, где находилась библиотека, стояла почти возле самых ворот, и Эйрин ничто не мешало как следует разглядеть гостей. Впрочем, мужчин она удостоила лишь беглым взглядом, мгновенно признав в них обычных охранников. Ее вниманием всецело завладела женщина, а вернее, девушка — на вид ей было лет семнадцать или восемнадцать, всего на два-три года больше, чем самой Эйрин.

Незнакомка была одета в платье из красного шелка, насыщенный цвет которого очень шел к ее длинным темным волосам, выгодно оттенявшим нежную белизну лица с тонкими, безупречно правильными чертами. Ее роскошный наряд не был предназначен для верховой езды: на нижних юбках не было специальных разрезов от колен до подола, и поэтому они немного задрались, открыв взору стройные ноги в полупрозрачных белых чулках и коротких коричневых башмачках. Эйрин предположила, что перед прибытием в Кардугал девушка ненадолго остановилась на одном из местных постоялых дворов — то ли в старом добром «Одноухом коте», то ли в недавно построенном «Золотом венце», — где привела себя в порядок и сменила простую дорожную одежду на более нарядную.

Во дворе гостей встречал управляющий замком, мастер Левеллин аб Фаргал, дородный мужчина средних лет, за спиной которого толпилась любопытная челядь. Грузно поклонившись, он произнес громким басом:

— Добро пожаловать в Кардугал, леди Шайна. Сейчас наш государь Келлах отсутствует, но обещаю вам, что к вечеру он вернется и непременно окажет вам подобающий прием.

Гостья, которую назвали леди Шайной, что-то ответила. Она говорила гораздо тише, чем мастер Левеллин, и ее слов Эйрин не расслышала. Но голос у нее был очень приятным — звонким и мелодичным.

Управляющий торопливо вытер платком вспотевшее от жары лицо и вновь поклонился.

— Ну что вы, любезная госпожа, никаких хлопот! Ваше появление, хоть и нежданное, для нас большая честь. В Кардугале всегда найдется место для вас и ваших спутников.

Леди Шайна, не прибегая ни к чьей помощи, ловко соскочила с седла и быстрыми взмахами рук расправила платье. Конюх немедленно схватил кобылу под уздцы и повел ее за ворота — в конюшни, которые располагались с обратной стороны крепостной стены. Тем временем охранники тоже спешились и сняли с вьючной лошади несколько тяжелых сумок с вещами.

Левеллин аб Фаргал предупредительно предложил леди Шайне руку и, без умолку разглагольствуя о большой чести для Кардугала, повел ее в Башню Иралах, где размещались гостевые покои. Эйрин проводила их заинтригованным взглядом, гадая о том, что же это за гостья их посетила. Безусловно, очень знатная — об этом свидетельствовала и исключительная учтивость мастера Левеллина, и то обстоятельство, что перед леди Шайной распахнули внутренние ворота, а не заставили ее спешиться на внешнем дворе и войти через боковую калитку в стене.

Сначала у Эйрин мелькнула мысль, что ее отец после неудачного сватовства к леди Блодвен вер Фейглим нашел себе другую невесту, но вскоре она отвергла это предположение. Приготовления к свадьбе, даже самой скромной, никак нельзя было сохранить в тайне, а Эйрин об этом ничего не слышала. Кроме того, леди Шайна была слишком молода для ее отца и по возрасту больше подходила Делвину или Логану. Однако у первого уже была жена и маленький сын, а второй обручился с литримской принцессой Рианнон. Да и в любом случае, если бы леди Шайна была чьей-то невестой, ее бы сопровождали не трое охранников, а большая свита со слугами и придворными.

Девушка с сокрушенным вздохом отстранилась от окна. У нее было большое подозрение, что отец уже окончательно отказался от намерения вновь жениться. Поэтому Эйрин и дальше будет оставаться его наследницей, пленницей своего высокого положения, которое ограничивало ее свободу не хуже тюремных решеток. А ведь она так жаждала освободиться!

Прижав к груди книгу, Эйрин вышла из библиотеки, поднялась этажом выше и по галерее, тянущейся вдоль внутренней стены, направилась в Княжескую Башню. Вернее, в Королевскую — Тыр Бренинол. Ее название изменили меньше года тому назад, когда отец Эйрин, князь Келлах, провозгласил себя королем Леннира.

Эйрин до сих пор не могла привыкнуть к новому отцовскому титулу и к новому статусу их маленькой страны, приютившейся между тремя большими государствами, каждая провинция в которых не уступала по размерам всему Ленниру. Да и все остальные южные королевства были значительно больше, их правители жили во дворцах, имели свои столицы — а в Леннире таковая отсутствовала по той простой причине, что здесь не было не единого приличного города, только села и небольшие городки. Ну а замок, даже если это Кардугал с его пятью башнями и двумя кольцами крепостных стен, никак не дотягивал до гордого звания столицы.

Впрочем, Эйрин ни в коей мере не считала это изъяном Кардугала. Она любила замок, где провела все пятнадцать лет своей жизни, и не променяла бы его ни на один город. Вместе с тем девушка страстно мечтала когда-нибудь вырваться отсюда, отправиться в длительное путешествие, побывать во всех уголках Абрада — не только Южного, но и Северного, — посетить разные страны континента и все самые большие острова, а в первую очередь — легендарный Инис Шинан, не менее легендарный Тир Минеган и совсем уж загадочный Инис на н-Драйг, где почти тысячу лет назад умер последний в мире дракон… К сожалению, обо всем этом ей оставалось только мечтать.

Галерея была открытой, полуденное солнце жгло немилосердно, и Эйрин пожалела, что не пошла по коридору на первом этаже. Хотя на ней было лишь легкое платье без нижних юбок, она все равно изнывала от жары. С завистью подумав о том, какой свежий вид был у леди Шайны, словно палящие солнечные лучи и раскаленный воздух совсем не донимали ее в пути, Эйрин ускорила шаг, почти бегом добралась до конца галереи и с наслаждением окунулась в приятную прохладу Королевской Башни. Толстые каменные стены в сочетании с чарами, наложенными на них Иганом аб Кином, придворным колдуном Кардугала, защищали жилые помещения замка от жарких объятий лета, а зимой надежно удерживали внутри тепло, благодаря чему не приходилось слишком сильно топить камины.