'Фантастика 2025-140'. Компиляция. Книги 1-30 - Алекса Корр

class="p1">Сам Броснан за неимением прачки взялся за глажку белья — даже Марине артефактный утюг не доверил. Но она и сама себя неплохо заняла, решив провести ревизию имеющихся вещей и заодно перенести в покои Ксавьера его вещи: ей-то они уж точно были без надобности.

Теперь она знала, где живет ее муж: он расположился в собственном кабинете, как она прежде — в лаборантской. Там у него имелась какая-то странная кожаная кушетка с изголовьем. Она была узковата и коротковата, чтобы полностью заменить кровать. Однако и бортиков не имела, только валик-подголовье с одной стороны.

Марина зрительно прикинула рост Ксавьера и поняла, что мужчина помещался впритык. Но, с другой стороны, мягкая кожаная кушетка была все же лучше плоских древних матрасов в старом корпусе.

Сам Ксавьер обнаружился тут же: он стоял у зеркала и критически себя оглядывал. На нем был строгий ультрамариново-синий пиджак, рубашка с воротником-стойкой, какое-то подобие то ли галстука, то ли шнура с брошкой и строгие брючки, которые сидели на нем особенно хорошо, прекрасно обрисовывая форму бедер.

— Вам очень идет, — не смогла сдержать комментарий Марина. — Выглядите представительно.

— Да, но, кажется, эти вещи мне больше не подходят, — с сомнением в голосе ответил мужчина, продолжая критически оглядывать себя со всех сторон.

— Почему? — искренне удивилась Марина. С ее точки зрения все сидело просто идеально: подходило и по цвету, и по фасону, и по стилю, да и вообще сразу демонстрировало его благородное происхождение. Но Ксавьер отчего-то был недоволен. Чувствовал себя не в своей тарелке, что ли?

— Этот пиджак на мне больше не застегивается, — признался он. — Точнее, застегивается, но тянет, и я не могу поднять руки: думаю, он просто лопнет по швам. Похоже, за эти пять лет я все-таки действительно изменился. Физически, по крайней мере.

Марина улыбнулась:

— Что, прямо всё мало? — спросила она, перекладывая на стол очередную партию отглаженных Броснаном рубашек.

— Нет, некоторые вещи еще в пору, — сказал Ксавьер. — Но всё, что было сшито точно по фигуре, теперь жмет: пять лет назад было модно носить костюмы в облипку. Видимо, придется продать.

— Или отдать ребятам, — предложила Марина. — На Леаме рубашки местами застираны до дыр. Да и Модька будет рад пощеголять в дорогой одежде. Хотя пиджаки на его бицуху не налезут, конечно.

Она фыркнула, представив рогатого красавчика в пиджаке со зверски оторванными рукавами.

— Пожалуй, Вы правы, — подумав, признал Ксавьер. — Я оставлю себе несколько костюмов, а остальное раздайте, пожалуйста, ребятам. Вон те, что на секретере, мне точно малы: даже надеть не смог.

— Пойду обрадую их, — улыбнулась Марина, забирая эту стопку.

…

Как и ожидалось, оставленные без присмотра магики занимались вовсе не делом. Точнее, они, похоже, опять взялись за старое и поцапались.

— Что, без драк никак? — укорила их Марина, глядя, как у Уильяма стремительно распухает зона вокруг левого глаза, а Леам, морщась, прижимает к себе отшибленную руку. — Словами не пробовали разобраться?

— А он за слова и получил, — хмыкнул Модька.

Судья по расположению ребят в пространстве, парочка алхимиков действительно продолжительное время собачилась, собрав вокруг себя целую толпу зрителей, а кульминация в виде удара в глаз стала апофеозом этого представления. Интересно, что такого умудрился ляпнуть Уилл, что даже спокойный и уравновешенный Леам не сдержался и перешел на мордобой?

— Ну, рассказывать будете? — Марина уперла руки в боки.

— Нет, — отчего-то хором сказали оба и неприязненно переглянулись.

— Почему? — удивилась девушка.

— Мы уже разобрались, — мрачно пояснил Уильям, ощупывая подбитый глаз. — Претензий друг к другу не имеем.

Из «зала» долетела пара смешков, однако мрачный Леам согласно кивнул, подтверждая, что конфликт исчерпан.

Марина прищурилась. Это было что-то новенькое. Даже не так важна была суть очередной ссоры, как то, что та самостоятельно завершилась, и побитый не имел претензий, не удалился с проклятьями, хлопнув дверью, и даже не отошел от соперника с брезгливой миной.

— Ну… ладно, как хотите, — осторожно сказала она, боясь спугнуть это зыбкое перемирие. — А я тут вам одежду принесла. Сейчас Ксавьер перемеряет остальное, и еще принесу. Распределите как-нибудь. Ну там, кому нужнее, или просто поровну.

— Ух ты! — радостно подскочил к ней Крис. — Благородные шмотки. Живем!

И ребята с интересом подошли посмотреть. Работа была забыта, метлы одиноко остались лежать во дворе, а вся компания утянулась в дом: принаряжаться.

Марина не стала их корить: ребята все-таки и правда сегодня устали. Однако обновки будто подзарядили их энергией. Ксавьер отдавал все новые и новые вещи, и те сразу шли по рукам. Причем вещи были добротные и явно дорогие. Вовремя почищенные и правильно свернутые либо развешенные, они прекрасно сохранились за пять лет, а некоторые так и вовсе выглядели, как новые.

— Эх, жаль, что у Ксавьера любовницы не было, — неожиданно услышала Марина голос Кристел. — Глядишь, и нам бы что-нибудь перепало.

— Не нам, — негромко ответила ей Бристел и покосилась на Марину в растянутой старой водолазке и пыльной «православной» юбке.

Марина сделала вид, что не услышала. Вот еще — за чьими-то любовницами платья донашивать!

Пока они решали, что из вещей отдать Леаму — самому щуплому из парней — не запертые ворота открыл какой-то пожилой мужчина, и на недоубранный двор неспешно въехал экипаж, груженый какими-то коробками.

Марина торопливо принялась развязывать передник: гостей встречать явно полагалось хозяйке дома, а не «экономке». Затем она вышла во двор, где уже стемнело, и поприветствовала незнакомцев. Один был чем-то похож на Броснана, только еще более представительный и пожилой, а второй напротив, оказался молодым парнем, которого, похоже, взяли с собой просто как возницу и грузчика.

— Приятно познакомиться, леди Брефеда, — с достоинством поклонился девушке старик. — Я — Алазан Брегель, дворецкий семьи Брефеда.

Марина не сразу сообразила, что имеются в виду родители Ксавьера. По всей видимости, этот мужчина некогда работал в ныне разоренном поместье.

— Чем могу служить? — вежливо улыбнулась Марина.

— Это я был бы рад снова служить роду Брефеда, — усмехнулся господин Брегель ее оплошности. — Но увы, я слишком стар, так что оставлю это молодому поколению.

На взгляд Марины Броснана тоже было сложно назвать молодым, однако в сравнении с этим стариком тот действительно казался бодрым и полным сил: лет на десять,