Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

имели красочную, яркую сбрую, вызвавшую в уме Блейка картины из средневековья с его рыцарскими турнирами.

Своеобразное одеяние негров, конская сбруя, сплошная стена с бойницами и дозор на дороге казались настолько нереальными, что Блейк даже не удивился, когда дверь караулки открылась, и оттуда вышел красивый белый юноша, одетый в кольчугу, поверх которой легла пурпурная туника. Голову юноши покрывал глухой шлем с кованым подшлемником. Он был вооружён тяжёлым мечом и кинжалом. Прислоненные к стене длинное копьё и щит с красным крестом, возле которых остановился вышедший, также, видимо, принадлежали ему.

— Невероятно! — воскликнул юноша, глядя на Блейка. — Кого ты привёл, дозорный?

— Пленника, с твоего позволения, благородный господин, — учтиво ответил Пол Бодкин.

— Сарацина, разумеется? — спросил юноша.

— Осмелюсь не согласиться, сэр Ричард, — возразил Пол. — Я своими глазами видел, как он крестился перед Крестом.

— Подведи его ближе!

Бодкин ткнул Блейка копьём в спину, на что американец не обратил никакого внимания, ибо в тот же миг его осенила внезапная догадка, которая все проясняла. И они решили, что смогут его провести?

Впрочем, это им почти удалось.

Блейк быстро направился к юноше и остановился перед ним, иронически улыбаясь. Воин окинул его надменным взглядом.

— Ты откуда? — спросил юноша. — Что привело тебя в Долину Могил?

Улыбка сползла с лица американца. Это уже слишком!

— Кончай придуриваться, парень, — сказал Блейк, чеканя каждое слово. — Где режиссёр?

— Режиссер? Не понимаю.

— Естественно, не понимаешь, — язвительно произнёс Блейк. — Только не говори, что не срубишь сейчас на мне семь с половиной тысяч долларов.

— Ради всего святого! Твои слова непонятны, но я возмущён твоим тоном. Это слишком оскорбительно для ушей Ричарда Монморенси!

— Опять ты за своё! — рассердился Блейк. — Если режиссёр отлучился, позови помощника или оператора. А то пошли за сценаристом. Может, хоть у него найдётся здравый смысл, раз у тебя его нет.

— Опять? Да кто, по-твоему, я такой, если не Ричард Монморенси, благородный рыцарь Ниммра?

Блейк обреченно покачал головой, затем повернулся к воинам, которые собрались вокруг, слушая разговор. Он надеялся увидеть понимающие улыбки, свидетельствующие о розыгрыше, но лица людей оставались непроницаемо-серьёзными.

— Послушай, — обратился он к Полу Бодкину. — Может, кто-нибудь всё-таки знает, где режиссёр?

— Режиссер? — недоумённо повторил Бодкин и покачал головой. — Ни в Ниммре ни даже во всей Долине Могил нет никого с таким именем.

— Очень жаль, — сказал Блейк. — Если нет режиссёра, может, есть хотя бы сторож? Могу я его видеть?

— А, страж! — воскликнул Бодкин с прояснившимся выражением лица. — Сэр Ричард страж и есть.

— О, Боже! — простонал Блейк, поворачиваясь к юноше. — Прошу прощения, ты, вероятно, один из здешних пациентов?

— Каких ещё пациентов? Ты и в самом деле изъясняешься странно, хоть и по-английски, — с достоинством ответил юноша. — Но дозорный говорит правду, как раз сегодня я — страж ворот.

Блейку стало казаться, что он сошел с ума, или же, по крайней мере, потерял способность мыслить логически. Ни белый юноша, ни негры не казались умалишенными. Американец пытливо взглянул на стража ворот.

— Прошу прощения, — сказал Блейк, улыбаясь своей обезоруживающей улыбкой. — Я вёл себя некорректно. Это все из-за нервного напряжения, а также оттого, что я долго скитался по джунглям и почти ничего не ел. Мне показалось, что вы надо мной смеетесь, и не нашёл ничего лучшего, как подыграть вам. Скажите, куда я попал? Как называется эта местность?

— Это город Ниммр, — ответил юноша.

— У вас сегодня национальный праздник или ещё какое событие? — поинтересовался Блейк.

— Не понимаю, — произнёс юноша.

— Ну хорошо, может, вы из массовки? Ставите историческую пьесу?

— Что за тарабарщина! Пьеса?

— Ну да. Все эти костюмы…

— Что особенного в нашей одежде? Она, правда, немного поношена, но гораздо лучше твоей. Во всяком случае, она удобна на каждый день для верховой езды.

— Ты хочешь сказать, что носишь её в будни? — недоверчиво воскликнул Блейк.

— Почему бы нет? Однако довольно. Продолжим разговор в другом месте. Отведите его внутрь. А ты, Бодкин, отправляйся назад!

Юноша повернулся и вошёл в помещение. Двое воинов бесцеремонно схватили Блейка и толкнули следом.

Блейк очутился в комнате с высоким потолком, на котором виднелись массивные балки, грубо отёсанные вручную и потемневшие от времени. На каменном полу стоял стол, за который уселся юноша. Стражники подвели к нему Блейка и остались стоять рядом.

— Имя? — спросил юноша.

— Блейк.

— Блейк и все?

— Джеймс Хантер Блейк.

— Твой титул?

— У меня нет титула.

— А! Выходит, ты не дворянин?

— Выходит.

— Из какой ты страны?

— Из Америки.

— Америка? Нет такой страны.

— Почему?

— Потому что я ни разу о ней не слышал. Что ты делал в Долине Могил? Разве ты не знал, что туда нельзя?

— Говорю же, что заблудился и понятия не имел, где нахожусь. Мне нужно вернуться к отряду, а потом на побережье.

— Исключено. Мы окружены сарацинами. Вот уже семьсот тридцать пять лет они держат нас в осаде. Как тебе вообще удалось проскочить через вражеский лагерь? Как прошёл в расположение их войск? — Нет там никаких войск.

— Ты лжешь Ричарду Монморенси. Если ты благородной крови, то обязан сообщить о том, что видел. Но я считаю, что ты презренный лазутчик, засланный султаном сарацинов. Лучше сознавайся по-хорошему,