Обратный отсчет: Распад - Токацин

В наступившей тишине зашевелился Ренгер. Он поднялся из-за стола и прошёл по комнате, остановившись рядом с Иджесом. Тот разбирал дрон и не сразу заметил биолога — а заметив, озадаченно хмыкнул.

— Скегги, ты ещё не сказал? — спросил Ренгер, оглядываясь на кого-то из ликвидаторов. — Йигис, тебя предупредили? Нет? Странно.

— Да, верно, — Скегги с досадливым прищуром поднялся на ноги. — Утром надо было сказать. Но ничего, сейчас все в сборе. Йигис уходит мониторить дюны — там очень нужен дельный дронщик. Взамен в дежурные переходит Иджес. Через месяц, если себя хорошо покажет, выйдет в одиночники.

Штаб загудел. Гедимин, оторвавшись от недоделанной цацки, удивлённо мигнул. Иджес расплылся в улыбке и спихнул Вепуата со стола, грохнув на свободное место остатки дрона.

— Ну вот, атомщик. Теперь мы работаем вместе, как и собирались. А ты, — он смерил Вепуата презрительным взглядом, — иди, учись сидеть на стуле!

Вепуат насмешливо фыркнул.

— Это ненадолго. Отряду нужен дронщик, а не гонщик. Раз-другой запорешь сканирование — и полетишь обратно на расчистки. И убери от ремонтника свой металлолом — на эту дрянь же смотреть тошно!

— Тихо, вы оба! — Ренгер с грохотом опустил бронированные ладони на два наплечника, и Вепуат и Иджес шарахнулись в стороны. — Йигис, иди передавать дроны. Освободим для них стол в соседней комнате…

Вепуат, глядя вслед мрачному Иджесу, довольно ухмыльнулся и уселся на край стола. Гедимин, придвинув к себе остатки дрона, машинально потянулся к аккумулятору, но вспомнил, что Иджес со своей техникой возится сам, и отдёрнул руку.

— Чем, мать их колба, можно заменить сверхчистый германий⁈

— А пёс их знает, — отозвался Вепуат, глядя на Гедимина с неожиданным сочувствием. — Если в тех краях всё такое странное… Какой-нибудь роговицей местных крыс. Или толчёными ракушками.

Гедимин криво ухмыльнулся. «А он понял, о чём речь. Откуда знает? Видно, я опять наболтал лишнего. Ладно, обратно уже не засунешь…»

— Ракушки… Там даже сканеры дохнут. Как мы узнаем, из чего состоят эти грёбаные ракушки⁈

Вепуат в задумчивости включил наручный сканер. Дрон, лежащий на стойке, медленно поднялся в воздух и провернулся вокруг своей оси. Вепуат хмыкнул.

— Если ирренций везде один и тот же, то и его лучи одни и те же. С теми же свойствами. Ничего они не дохнут. Надо только ввести обозначения для того, что они видят. И расписать по ним данные. И спокойно сканируй.

— Спокойно разработай периодическую систему для чужой Метагалактики, — пробормотал Гедимин, безнадёжно качая головой. — Макаки со своей возились тысячи лет. А кучка сарматов сделает за год. Мы же прирождённые учёные, ah— sa— has— sulesh…

Вепуат сочувственно хмыкнул.

— В науке я не силён. Но мой сканер, если что, в твоём распоряжении. И дроны тоже.

10 сентября 16 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

Матрас под распластанным сарматом ощутимо качнулся. Гедимин сам не заметил, как оказался на ногах — но сфалт уже был в заплечных креплениях, а генератор защитного поля слабо светился и был готов выпустить пузырь. Вокруг недовольно ворчали, кто-то уже вышел в коридор и теперь растерянно оглядывался.

— Ты тоже слышал? — спросил у Гедимина озадаченный сармат-шахтёр. — Что это? Взрыв?

Гедимин качнул головой. Подземный толчок он ощутил сквозь сон и теперь прислушивался к странной тишине и ждал воя сирен — но чем дольше вспоминал те ощущения, тем сильнее был уверен, что в городе ничего не взрывалось.

Комендант Аккуш тоже не спал — когда Гедимин вышел в вестибюль, он закрывал двери.

— Ты? — Аккуш подозрительно сощурился на него. — Не твои штучки, надеюсь? Если это ты разнёс полбарака…

— Ты бы заметил, — вяло отмахнулся Гедимин. — Это под землёй. Тектонический сдвиг… Тут вообще бывают землетрясения?

Аккуш фыркнул.

— Ты вроде как этот город строил, а? Не бывает тут ничего такого. До тебя, по крайней мере, не было!

Гедимин, пропустив глупую подколку мимо ушей, развернулся к двери. Земля больше не дрожала, как он ни прислушивался, пытаясь уловить эхо затихающих толчков. Барак неожиданное сотрясение выдержал — лёгкие конструкции качнулись синхронно, балки не треснули, даже свет не мигнул. «Три ночи,» — сармат покосился на часы и ускорил шаг. «Пока не вызывают, пойду спать. Надеюсь, без аварий обошлось.»

…Небо к утру очистилось, по мокрым улицам ползали роботы-уборщики, сметая неизвестно откуда взявшуюся органику и песок, со стрельбища доносился треск разрядов, над полосой препятствий кружил неровный клин из трёх дронов. Гедимин покосился на них и сдержанно усмехнулся — похоже, Иджеса снова выгнали сдавать зачёт по сканированию, и в очередной раз что-то не задалось.

— Слышал ночную встряску? — с порога спросил Вепуат, слезая со стола — это у него заменяло приветственный жест. — Наших вызывали в цех гальваники — там трубу сорвало.

— Заделали? — спросил Гедимин. Вепуат кивнул, возвращаясь на привычное место.

— А что встряхнуло, знаешь? — спросил ремонтник, устраиваясь за столом. Заняться было особо нечем — повозиться с чертежами, дособирать цацку, успокоить Иджеса, когда он, злой, вернётся со стрельбища…

— А вот это неясно, — вместо Вепуата ответил Скегги, выглядящий слегка озадаченным. — Землетрясениям тут взяться неоткуда. Я бы заподозрил подземный взрыв. Ирренций в шахте или протечка метана.

— После такого взрыва подняли бы всех ликвидаторов Ураниума, — качнул головой Ренгер, тоже ничем не занятый этим утром. — Много чего могло взорваться — но всё цело, и это странно.

— Не взрыв, — пробормотал Гедимин, вспоминая ощущения от «ночной встряски». — Не из тех, что я знаю. И на огромной глубине. Может, и вправду, тектоника…

Вепуат задумчиво хмыкнул.

— Камнезмей, — предположил он. — Ренгер, что скажешь? Они едят пирофор, а этого добра у нас с избытком. Мог сюда заползти камнезмей?

Ренгер пожал плечами.

— Обычно они держатся южнее… Будем ждать. Крупный хищник себя