Верховная Ведьма - Ольга Громыко

«Запомним», — мстительно подумала я.

— По крайней мере сейчас она еще не спит, — продолжала Келла, утверждая меня в мысли, что с такими друзьями и врагов не надо. — Так что на всякий случай не выходи из комнаты до моего возвращения.

— Хорошо. Возьми пару полотенец и вот эти флаконы, в темном настойка… — Травницы перебросились еще парочкой профессиональных фраз и наскоро распрощались.

Обе двери — входная и внутренняя — хлопнули одновременно.

Я поскорее закрыла глаза и выровняла дыхание. Велька подошла к постели. Наклонилась, разглядывая мою подозрительно умиротворенную физиономию. Я хотела всхрапнуть для достоверности, но подумала, что это будет перебор. Удовлетворенная осмотром, травница устроилась на стуле возле окна, спиной к нему, поставив на подоконник блюдечко с горящей свечой и положив на колени толстенный фолиант.

Я коварно наблюдала за подругой из-под полуприкрытых век. Тень от ресниц давала прекрасную маскировку. Келла вернется не раньше чем через час, а то и на всю ночь застрянет. Посмотрим, насколько Вельки хватит! Помнится, когда мы по ночам вместе к экзаменам готовились, то и дело друг друга в бока пихали — один вид меленько исписанных страниц вызывал неукротимую зевоту.

— Вольха, — негромко позвала девушка, отрываясь от книги и в упор глядя на меня.

Мне понадобилось огромное усилие, чтобы не вздрогнуть. Зато травница, выждав, облегченно вздохнула и расслабилась, закинув ногу за ногу. Повыше приподняла книгу, и я чуть не застонала от злости — в руках у Вельки был любовный эльфийский роман, еще и с гравюрами. Над таким она запросто могла просидеть до рассвета.

Прошло около получаса. Зелье начало действовать, но, как Келла и предполагала, не столь сокрушительно, и я упрямо боролась со сном. Травница тихо рыдала в платок, изредка выныривая из него, чтобы прочесть еще парочку душещипательных строк и начать истекать слезами с новой силой. Учитывая, что все порядочные любовные истории заканчиваются либо свадьбой, либо смертью, дело явно шло ко второму.

Дождь превратился в косой ливень, сердито тарабанящий по крыше. Небо прорезала ветвистая молния, где-то на западе ворчливо отозвался гром. Велька зябко передернула плечами и, не отрывая взгляда от книги, отодвинулась от окна. Не прошло и пяти минут, как из него снова плеснуло холодным белым светом, в котором мелькнула и тут же растворилась во тьме черная, жуткая, выщеренная морда с горящими глазами.

Пожалуй, даже ведро ледяной воды не оказало бы на меня столь бодрящего эффекта. Сонливость как ветром сдуло, я судорожно впилась пальцами в тюфяк. Уходи!!! Хотя бы шагни в сторонку, за угол дома, пока она тебя не заметила!

Свеча затрещала и вильнула огоньком, всколыхнув тени. Травница мельком глянула в окно и, успокоенная, снова погрузилась в чтение.

Так, теперь главное — взять себя в руки и сосредоточиться. Вопрос не в том, сумею ли я это сделать, а удастся ли провернуть задуманное незаметно от Вельки? Хоть она и прекрасно владеет практической магией, такого чутья на нее у травницы нет… и если ме-э-эдленно, осторожно сконцентрировать на крыше вон той сараюшки за огородом разряд достаточной силы…

Сердцевина тучи полыхнула грязно-багровым. В следующее мгновение оттуда стрельнула изломанная, раздвоенная книзу молния, которая разъяренной гадюкой с грохотом и треском впилась в сарай обоими зубьями. Сноп искр взметнулся выше деревьев, горящая солома брызнула во все стороны. Невзирая на дождь, пламя охватило сарай сверху донизу. Внутри истошно замычала корова, заблеяли овцы.

Не будь Велька так ошеломлена, она бы сообразила, что соседка непременно предупредила бы ее о запертой в хлеве скотине. Да и кто станет держать коров в дощатом сарае посреди огорода?! Выронив книгу, травница вскочила и метнулась к двери, потом обратно, растерянно уставившись на меня. Я, не открывая глаз, пробормотала что-то неразборчиво-жалобное и отвернулась к стене, натянув одеяло до самой макушки.

Не успела лязгнуть щеколда, как я уже сидела на кровати, скороговоркой нашептывая заклинание. Одним взмахом скользнувшего в руку меча вспорола и содрала ворох бинтов вместе с лубками, спустила ноги на пол и рванулась к стулу с одеждой.

Зараза!!!

Добавила обезболивающий компонент. Потрогала прикушенную губу, слизнула кровь с пальцев, уцепилась за спинку кровати и кое-как встала. Опухшая, веселенькой синюшной расцветки нога с трудом протиснулась в штанину, наотрез отказавшись ради этого сгибаться. Подковыляв к окну, я распахнула ставни. Науськанный ветром дождь хлестнул по лицу, как мокрый веник. Несмотря на спешку, Велька, скорее всего, зачаровала дверь, а мне некогда разбираться, как именно. Травница очень скоро сообразит, что большая часть пламени — иллюзорная, да и взывающих о помощи буренок в сарае не наблюдается…

Стиснув зубы, я полезла в проем. До середины процесс шел довольно успешно, но потом моя здоровая часть закончилась и началась негнущаяся. Мысль, что побег сорвется только из-за того, что я застряла в окне, придала мне сил все-таки из него выкарабкаться и плюхнуться в какие-то цветы под подоконником, и до меня имевшие весьма пожеванный вид.

— Смолка!!! — надрывным шепотом возопила я.

Только шум дождя по листве и далекий треск затухающего пожара. Я застыла на коленях, чувствуя, как меня с новой силой захлестывает отчаяние. Неужели померещилось? Что еще Келла подмешала в свое снадобье?! И что же мне теперь делать?!

А потом кобыла беззвучно выскользнула из темноты за моей спиной, доверчиво ткнувшись мне в щеку бархатистым храпом. Мокрая, всклокоченная, с выхваченным из гривы клоком, но живая и такая родная, что я чуть не расплакалась.

— Ты уж прости меня, девочка, — пробормотала я, дрожащей рукой нащупывая конскую холку. — Я тоже не в лучшей форме, но мы должны это сделать… Гхыр ёпп курат!!! Смолка, ты не могла бы присесть? Я и с двумя-то ногами еле до твоей спины допрыгивала…

Лошадка шумно вздохнула и, помедлив, согнула колени. Я кое-как вскарабкалась в седло, уцепилась за переднюю луку и легонько ткнула кобылу левой пяткой. Смолка с явным трудом выпрямилась, по-старушечьи закряхтела, но все же тронулась с места. Я нашарила левое стремя и тоскливо посмотрела на правое. Надо было сразу ногу вдеть, в висячем положении она еле шевелилась. Ладно, пусть болтается, все равно я ее почти не чувствую…

Мы уже наполовину выехали из ворот, когда очередная молния на мгновение выбелила округу, очертив в проеме огородной калитки силуэт страшнее упыря, злее василиска и опаснее дракона.

— Вольха!!!

Я вздрогнула и прижалась к седлу, как нашкодившая кошка. Впрочем, в появлении разгневанной травницы были и положительные моменты: от страха я каким-то чудом ухитрилась подтянуть и запихнуть сломанную ногу в стремя. Смолка, сообразив, что вряд ли хозяйка таким оригинальным способом выказывает радость от встречи с этим дивным видением, поспешно ускорилась — вниз по улице, куда легче драпать. Пару раз споткнулась, потом вроде бы оклемалась и пошла тяжелым галопом.