Ник-5 - Анджей Ясинский

Предусмотрительность чародея уже не первый раз оправдывала себя — несколько раз их останавливал патруль городской стражи, исправно несшей свою службу в этой части города. Задав свои стандартные вопросы «Кто? Куда?», проверив бляху и наличие искусных печатей на мечах охраны, сопровождающей торговца, они продолжали свой обход. Каждый раз Слурин напрягался, в особенности при проверке печатей на оружии. Его раздражали местные городские правила — всем въезжающим в город вооруженным гостям необходимо обязательно ставить искусные печати на мечи и луки. Слурин считал, что это лишь дополнительный доход в городскую казну, хотя может так еще делают для наиболее быстрого решения иногда возникающих конфликтов между приезжими и местными: как только запечатанный меч доставался из ножен или распаковывался лук, печать ломалась, оставляя на окружающих предметах множественные искусные метки, одновременно с этим подавая сигнал страже. И даже если нарушителю печати удасться скрыться, по этим меткам, зарегистрированным за гостем города, легко будет узнать кто это, что существенно упростит его поиск. А напрягался Слурин из-за того, что у всех их воинов такие печати были фальшивыми. Вернее настоящими, но «обезличенными», что стоило просто огромную сумму денег. Все эти фальшивые печати имели смысл лишь потому, что у уличных патрулей отсутствовали довольно дорогие амулеты идентификации, а имелись несложные, определяющие лишь наличие неразрушенной искусной печати.

Если и сегодня не удастся найти девчонку, придется бросить поиски и отправиться за город на встречу с основной группой, которая вместе с освобожденным узником ожидала оставшуюся в городе поисковую тройку — чародея с двумя воинами. Дальше испытывать судьбу становилось слишком опасным — после разрушения официальной резиденции коменданта города неизвестным чародеем (сам Слурин весьма скептически относился к официальной версии, скорее всего активировали по ошибке какой-нибудь искусный амулет, а свалить все решили на оробосцев), стало слишком «жарко» от снующих повсюду сыщиков, филеров и прочей служивой нечисти.

— Стой! — шепотом скомандовал Слурин. Охрана мгновенно остановилась и перекрыла своим вниманием возможные направления нападения на группу. Чародей же хмурился. Один из исследовательских конструктов передал странную информацию. Нет, следы беглянки, на которые конструкты были настроены, не нашлись. И это не был очередной прохожий, а что-то странное. А странное в их положении может как открыть что-то интересное, так и привести к неприятностям. Немного посомневавшись, чародей все-таки решил не пропускать мимо внимания то, что нашли его конструкты.

Проинструктировав охранников, Слурин взмахом руки отправил их в глухой переулок, который его так заинтересовал. Там, в разросшихся кустах какого-то растения, вылезшего через ограду дома, и находилась найденная аномалия. Первый охранник, обнажив меч и надев на голову повязку с темным стеклом, закрывающим глаза, отправился вперед. За ним, на расстоянии в двадцать шагов — второй, и замыкал шествие чародей. Про себя Слурин благосклонно помянул добрым словом их командира, озаботившегося такими полезными искусными штучками как амулеты «ночного глаза». Как и где их достали заказчики их экспедиции, ему было интересно, но вопросов он не задавал — и так было понятно, что никто ничего ему не скажет. Зато эти и другие искусные амулеты, выданные им заказчиками, практически не отслеживались искусниками и позволяли не тратить чародею свои силы — многое в их походе ложилось на эти сложные амулеты. По сути из-за них и вероятность успешного выполнения задания изначально оценивалась как достаточно высокая. Да и вообще, это задание хоть и было сложным по исполнению, но предварительная подготовка, проведенная самими заказчиками, оказалась выше всех похвал — только приди и возьми. И то, что один из спасаемых пропал, было неприятно, но не смертельно — их вина в этом отсутствовала: просто кто-то успел его перехватить.

Римин, шедший первым, приблизился к кустам. Амулет окрашивал окружающее в непривычные зеленовато-красные тона. Расслабленно сжимая рукоятку меча правой рукой, левой он бесшумно отодвинул в сторону ветку. Куст был не настолько густой, чтобы там могли спрятаться хотя бы три человека, но пока никого не видно… Меч тут явно был бесполезным и Римин вложил его в ножны, взамен достав длинный нож. Затем, стараясь не производить лишнего шума, он «ввинтился» внутрь растительности и остановился. Ничего не видно… Ветви, листья… Что же тут почудилось чародею? Внимание воина привлекло какое-то движение. Неожиданно несколько «ветвей» своим движением выделились на фоне неподвижных кустов и с некоторым испугом Римин понял, что буквально на расстоянии вытянутой руки видит человека. Или пародию на человека… Или… Он пригляделся… Скелет? Вот скелет сделал движение в его сторону… От возбуждения инстинкты выбили из головы все мысли, и Римин стал действовать, как его учили — сначала бей, потом думай. Удар ножом под ребра — лезвие лишь скользнуло по кости, не встретив плоти. Удар по шее лезвием клинка — сталь безрезультатно проскрежетала по позвоночнику скелета. А ведь этим ножом он на спор рубил железные прутья!

Римин выскочил из кустов и подбежал к чародею.

— Живой скелет!

— Кто? — Слурин внимательно поглядел на него.

— Живой скелет! — уже взяв себя в руки, спокойно повторил Римин. — И его не берет сталь.

— Ладно. — Не стал пускаться в бессмысленные разговоры чародей. — Тупик глухой, судя по всему сюда не заглядывают, даже стража. Но мало ли… Контролируйте вход, а здесь я сам справлюсь.

Проводив взглядом отошедших воинов, Слурин задумчиво пробормотал:

— Значит, живой скелет… Чудеса! — затем внимательно оглядел кусты и присмотрелся к ограде рядом. Для начала он создал защитные конструкты, стайкой закружившиеся вокруг него, как бы заключая чародея в замкнутый шар. Пара таких конструктов у него всегда была наготове, но тут Слурин решил перестраховаться и выпустил из специальных ловушек, расположенных в поясе торговца, их обычное боевое количество. Живых скелетов он не только не видел, но и не слышал о таких. Кованную оградку, к которой прислонился чародей, конструкты не замечали и спокойно проникали сквозь нее и даже сквозь каменные столбы ограды. Однако, стоит появиться какой-либо угрозе чародею, конструкты тут же начнут действовать: одни вцепятся в летящую стрелу, камень, разламывая их. Другие, влетев в тело напавшего врага, станут выжигать ему внутренности, а если у напавшего есть искусная защита, то работать начнут третьи «конструкты», проедая ее. Против же чародейской защиты, такой, как у Слурина, нужны более сложные конструкты, но сейчас он не стал их создавать, резонно предположив, что в данный момент это будет лишним.