Невидимый заговор против человечества - Н. Сенченко

Бросается в глаза факт, что евреи в течение долгого времени почти монополизировали торговлю предметами роскоши. А между тем, в аристократические XVII и XVIII ст. эта торговля была самой важной. Из предметов роскоши евреи торговали, главным образом, ювелирными изделиями, драгоценными камнями, жемчугом, шелком и шелковыми изделиями.

Золотые и серебряные ювелирные изделия находились в их руках, потому что евреи уже с незапамятных времен завладели рынками благородных металлов; драгоценные камни и жемчуг, потому что они первые завладели копями (главным образом в Бразилии); шелк и шелковые изделия, потому что у них издавна были сношения с торговыми центрами Востока.

С другой стороны, мы везде встречаем евреев или исключительно завладевших рынком, или пользующихся огромным влиянием в тех отраслях торговли, где дело идет о сбыте массовых продуктов. Можно утверждать, что они первыми доставляли на рынок в течение XVII и XVIII вв. наряду с некоторыми земледельческими продуктами, как, например, рожь, шерсть, кожа, а позже и спирт, новые, колониальные товары, такие как чай и табак.

В XIX в. западный экономический империализм вмешался в замкнутый китайский мир. Ситец и опиум, изделия из отходов Европы хлынули в Китай, нарушив, прежде всего равновесие китайской жизни портовых городов с тем, чтобы потом проникнуть все дальше, в глубь страны. Подавленные техническим величием, даже образованные китайцы “украшали” свои квартиры залежавшимся товаром крупных торговых домов европейского Запада и посылали своих сыновей в Европу и Америку, чтобы они научились там “новой мудрости”.

Эта ситуация очень напоминает сегодняшний день, когда масса западных учителей нахлынула в нашу страну учить нас “уму–разуму”. Но что принесли с собой в Китай миссионеры и всякие темные авантюристы? Европейцы проникли в Китай для пользы еврейскоторгашеской страсти к наживе. Они обесчестили себя, разрушив целый культурный мир, и принесли в эту страну проклятие наркотиков, а точнее опиума. Китайское правительство очень скоро осознало вред этого продукта, и уже к 1729 г. запретило потребление опия и его разведение. Эти запреты в дальнейшем все более ужесточались, однако эти действия китайского правительства натолкнулись на сопротивление английской компании “Восточная Индия” (Ост Индия). А за деловыми господами из этой компании встало, логично как всегда, в качестве политической силы английское государство. Для защиты контрабанды опиума пришлось использовать английские пушки. И разразилась первая опиумная война. Китай был побежден, а заключенный в Нанкине в 1842 г. договор установил, что Англии передается “на вечные времена” Гонконг, а ряд крупных городов Китая должны были быть открыты для британской торговли. Кроме того, Китай был вынужден заплатить 21 миллион долларов на возмещение военных убытков. Англия при этом продала кораблям китайских контрабандистов право на плавание под британским флагом!

Это привело ко второй опиумной войне, которая разразилась в 1856 г. при участии Франции. Последующий за ней позорный для Китая договор, заключенный в Тьен Цзяне, полностью “оправдал” торговлю опиумом. Это, длившееся десятилетиями связывание Китая в интересах капиталистической системы, разрушающей народ, должно было, безусловно, каждый раз порождать напряжения, которые привели страну к величайшим потрясениям.

Однако даже для знатоков всех обстоятельств нелегко точно оценить и вычислить те силы, которые так упорно защищали английское и французское государства. Это уже типичный пример использования государственной мощи для защиты интересов частной компании. Попробуем установить, кому же принадлежала компания “Восточная Индия”?

Обратимся к свидетельствам Вернера Зомбарта. “У нас имеются данные, указывающие на то, что крупная часть акционерного капитала Голландско–Ост–индской компании находилась в руках евреев, — пишет он. — Мы также знаем, что генерал–губернатор

Голландско–Ост–индской компании, который, “если и не является основателем нидерландского могущества на Яве, то, во всяком случае, больше всех способствовал ее упрочению”, назывался Коном (Коеном). Просматривая портреты губернаторов Голландско–Ост- индской компании, мы можем легко убедиться в том, что Кон не был единственным еврейским губернатором в этих владениях. Мы встречаем евреев также в должности директоров Ост–индской компании, словом, во всех касающихся колоний, делах и предприятиях”[299].

Ост–индская и Вест–индская компании давно принадлежали евреям, и об их участии в обеих компаниях свидетельствует доклад Манассэ бен Израиля Кромвелю[300], в котором автор замечает, “что евреи пользовались крупной частью (Голландской) Ост–индской и Вест–индской компаний”. Манассэ бен Израиль финансировал многие рискованные операции Кромвеля по уничтожению королевской власти в Англии и поэтому его доклад представляет важное доказательство того, чьи интересы защищало английское правительство.

Еще до Первой мировой войны еврейская финансовая аристократия объявила о совпадении своей политики с политикой Великобритании. Англия завоевала для еврейских торговцев бриллиантами когда‑то Южную Африку (Левис, Бейт, Левизон и т. д.). Она передала крупным еврейским банкам во владение все финансовые трансакции (Ротшильд, Монтегю, Кассель, Лацардс и т. д.). Она позволила также торговле опиумом все больше переходить в еврейские руки: еврей лорд Ридинг (Исаакс) организовал важные переговоры по вопросам кредита с Северной Америкой, пока, наконец, Англия в результате Бэлфуровской декларации не взяла на себя охрану еврейских интересов во всех государствах.

Ну а как же быть с Францией? Почему французское правительство принимало участие во второй опиумной войне с Китаем? Дело в том, что уже давно финансовая еврейская аристократия господствовала во Франции. Чтобы учесть значение евреев как финансовых деятелей во Франции, достаточно указать на то влиятельное положение, которое занимал Самуил Бернар в конце царствования Людовика XIV и в царствование Людовика XV. Но руководящее значение на денежном рынке Франции евреи как крупные капиталисты приобретают лишь в начале XIX в., когда Ротшильды, Фульды, Серфберы, Дюпоны, Гушо, Дальмберы, Перейры начинают свои операции. Очень возможно, что, кроме названных семей, еще многие другие еврейские финансисты действовали во Франции в XVII и XVIII вв. Поэтому и неудивительно, что Франция участвовала в войне с Китаем.

Сегодня достоверно известно, что евреи в средних веках были носителями денежных связей, что, живя в различных местах Европы, они постоянно поддерживали сношения друг с другом. Они являются изобретателями многих финансовых операций, которые позволяли им мгновенно обогащаться.

Закладная, как и ипотечный банк, возникли в XVIII в. в Голландии. Отцами их, по всей вероятности, были голландские евреи. До нас дошли сведения, что приблизительно со средины XVIII в. голландские банкиры доставляли деньги плантаторам в колониях посредством выдачи процентных облигаций на предъявителя, принимая в заклад недвижимое имущество плантаторов. Эти облигации циркулировали на бирже как “общественные облигации”. Купцы (банкиры), занимавшиеся этим делом, по–видимому, были частными банкирами, которые функционировали вроде наших современных ипотечных банков.

Однако спекуляции ценными бумагами начали приносить огромные прибыли с появлением бирж. История бирж распадается на два больших периода. Первый период начинается со времени ее зарождения в XVI в. и приблизительно до начала XIX в. Это был период внутреннего роста, в течение которого созревают все составляющие структуры биржи, между тем как сама биржа не составляет еще органического элемента хозяйственной жизни. Второй период от начала XIX века до наших дней, т. е. период, в течение которого все части народного хозяйства мало–помалу проникаются сущностью биржи.

Не подлежит сомнению, что происхождение современной фондовой биржи следует искать в вексельной торговле, или точнее — в объединении торговцев векселями. Все те пункты, где в XVI, а затем и в XVII в. возникли наиболее значительные биржи, были раньше центрами оживленного вексельного обмена.

Но мы можем совершенно точно проследить, что в то время когда биржи начали процветать, вексельный рынок находился почти исключительно в руках евреев. Вексельное дело в XVI и XVII вв., отчасти и позже, считается во многих местах достоянием евреев.

Если евреи как господа вексельной торговли являются основателями современной фондовой биржи, то им обязано своим развитием и то еще более важное обстоятельство, что именно они придали бирже и биржевой торговле присущий этим учреждениям своеобразный отпечаток. Это объясняется тем, что они, по–видимому, были “отцами срочных сделок”, творцами техники биржевой торговли и, если угодно, родоначальниками биржевой спекуляции.