Итерация II (СИ) - "Корольков"

— Присаживайтесь, Всеволод Николаевич, — Мехлис кивнул в сторону комнаты для совещаний, — Доклад подготовлен, но могу обрисовать обстановку устно.

— Начнём с документа, если что-то не пойму — поясните. — предложил расстегнувший шинель Меркулов.

— Верхнюю одежду можно повесить на гвоздик. — предложил Мехлис, пристраивая куртку на один из изображавших вешалку гвоздей.

Комиссар ГБ кивнул и скинув с плеч шинель, повесил её на соседний гвоздь.

— Значит доклад… — произнёс роящийся в портфеле Мехлис, — Документ писал сам, машинистке не доверил.

— Экземпляр один или есть копии? — вчитываясь в строчки уточнил Меркулов.

— Оригинал и копия.

Комиссар ГБ, ни на секунду не отрывавший взгляда от строчек, промолчал. Закончив чтение, он несколько секунд смотрел в потолок и вернулся к первому листу. Второй раз Меркулов читал медленнее, время от времени возвращаясь к началу, с чем-то регулярно сверяя написанное, тихонько шевелил губами, проговаривая прочитанное про себя. Закончив чтение, Всеволод Николаевич пристально посмотрел на Мехлиса и сказал:

— Красивая легенда. Для разведки — самое то. Надо только с деталями помудрить.

— О чём Вы? Какая легенда? — непонимающе уточнил Мехлис.

— Вот эта. — Меркулов постучал пальцем по листам, — Лев Захарович, а вы не пытались проанализировать рассказ этих, хм, «попаданцев»?

— Зачем? — пожал плечами начальник ГлавПУра, — Я плотно общался с людьми, да и происходило всё на моих глазах…

— Понятно. — со вздохом ответил НКВДэшник. Начнём с того, что Вы видеть никак не могли. Итак, как эти люди оказались у нас?

— Случайно. Готовилось открытие ТЦ, неожиданно отключился свет, а когда появился вновь — здание с людьми уже перенеслось к нам. — волнуясь от того, что никак не может уловить нить беседы, ответил начальник ГлавПУра.

— В докладе изложены следующие версии: короткое замыкание, научный эксперимент и метеорит. Сказки про рыбку и колдунью, не выдерживают никакой критики. Уж извините. — развел руками Меркулов. — Лев Захарович, Вас когда-нибудь током било?

— Было дело. Полез в розетку отверткой, тряхануло так, что искры из глаз ну и из розетки конечно. Хорошо, что дальше не загорелось, провода задымились, но пробки спасли. Электрика пришлось вызывать, света-то не стало. Он мне всё и разъяснил по рабоче-крестьянски с оборотами.

— Но, ни в прошлое, ни в будущее Вы не перенеслись. — уточнил Комиссар ГБ, — Значит электричество отпадает. Теперь метеорит. Штука неприятная, давно известная, но очень маловероятная. Даже если бы это было нечто похожее на Тунгусский метеорит, здание с людьми просто сгорело бы, и всё. Остаются учёные. Версия непроверяемая, если только в ближайшее время не появится кто-то или что-то, контролирующее результат испытаний.

— А если эксперимент прошёл неудачно? Планировалось одно, вышло — совсем другое. — заинтересованно уточнил Лев Захарович.

— Может быть. Но, согласитесь, тогда подобных историй будет множество. Прежде чем перемещать целое здание с людьми, учёные отправили бы в прошлое десятки человек. «Попаданцы» появлялись бы в разных временах и эпохах, действуя как в одиночку, так и группами.

— Может так оно и есть? — не сдавался Мехлис. — Появившиеся в прошлом посланцы будущего двигали науку, культуру, совершали великие открытия…

— Этот из разряда сказок про колдунью или золотую рыбку. — усмехнулся Меркулов, — Должно быть материальное доказательство. Пока же картина вырисовывается следующая: крупная группировка вооружённых и подготовленных людей, незаконно проникает в нашу страну. Осев в глубинке и подготовив себе базу снабжения, она принимает внедряется в доверие к высокопоставленному руководителю Наркомата обороны…

— Подождите! Откуда они знали, что в нужный момент я буду совсем рядом. Лётчики могли выбрать и другой маршрут, полететь раньше или позднее. — возразил шокированный Мехлис.

— Во время внедрения, эти ваши «попаданцы» изрядно обросли связями. Дальше — просто. Дожидаются большого начальника, не обязательно Вас, но вхожего в высшие круги страны. Нужный им человек прилетает в Тюмень, его опаивают…

— Я спиртного в рот не беру! — возразил Мехлис.

— Это не спиртное. Скорее всего использовался специальный состав, вызывающий устойчивые видения. Пролетая мимо Сургута, Вам привиделось чудесное здание, на самом деле представляющее собой обычный большой сарай или нечто подобное. Вы приказываете лётчикам сделать посадку, а дальше — только вопрос времени. Непонятно, почему они рискнули связаться с НКВД…

— Извините, Всеволод Николаевич, но в Вашем рассказе много допущений и нестыковок. Если видения были только у меня, то как получилось, что сверкающее здание видели и лётчики, и мои попутчики. Их тоже опоили? А если бы не подействовало? Или экипаж увидел бы нечто другое и вместо мягкой посадки, самолёт бы разбился.

— Значит они участники заговора. — спокойно махнул рукой Меркулов.

— Не складывается. — упорствовал Мехлис, — И экипаж, и сотрудники ГлавПУра живут в Москве. Здесь оказались случайно. Участвовать в заговоре физически не могли. Также в Вашу концепцию не вписывается стрелковый полк…

— Очень даже вписывается. — не сдавался Меркулов, — Силовая составляющая, только и всего.

— Допустим, зелье действовало на меня в первые часы. Но, потом бы я увидел иную картину. Вместо дворца — барак, взамен техники — мусор…

— Вам регулярно подливали новые порции отравы…

— Почему же сейчас я вижу тоже, что и Вы? — вспылил Мехлис.

— Перед вылетов Вам дали противоядие. — не сдавался Меркулов.

— Хорошо. А загруженные в самолёт подарки… — Лев Захарович бросил на стол очередной козырь.

— Взрывчатка и боеприпасы. У группы цель — уничтожение руководства Партией и Правительством. Вы же загруженные ящики с коробками не проверяли?

— Нет. — замотал головой Мехлис.

— Значит изначально Вам показали одно, а загрузили — совсем иное.

— Но ведь можно и проверить. — предложил Лев Захарович.

— Конечно проверим. — согласился с предложением Меркулов.

— Ещё минуту. — вспомнил Мехлис, доставая из портфеля распечатку.

— Это что? — поинтересовался Меркулов.

— Ваша биография. — Мехлис положил листы перед Комиссаром ГБ.

— Так. — нахмурился Меркулов, — Писатель, автор пьес, м-м-м-м-м, понятно. Расстрелян в пятьдесят третьем… Бред. Фальшивка.

— Возможно. — Мехлис попытался забрать листы, но Меркулов ловко выхватил распечатку и тут же убрал её в портфель.

— Что же, Лев Захарович, Вам удалось меня заинтриговать. Но, груз осмотреть придётся. Не хмурьтесь, это выборочная проверка. Оружие и боеприпасы у пришельцев есть?

— И я знаю где они лежат, в ящиках, опечатанных моей печатью, — не дожидаясь уточняющего вопроса сказал Мехлис.

— С них и начнём. — вставая и снимая с гвоздя шинель предложил Меркулов.

Но, Мехлис не спешил. Он ненадолго задумался, что-то про себя прикинул и в его внешности произошли удивительные метаморфозы: распрямив плечи он словно стал выше, взгляд приобрёл остроту кинжалов, а голос налился сталью.

— Не суетись, Всеволод, сядь, — приказал Мехлис.

От неожиданности Меркулов хлопнулся на табуретку. С ним давно не разговаривали в таком тоне.

— Всеволод, тебя сюда зачем послали? — продолжил резко изменившийся Мехлис, враз превратившийся из доброго дядюшки в грозного начальника.

— Принять у Вас дела, организовать правительственную связь, изучить обстановку и… В общем всё. — перечислил поручения Комиссар ГБ.

— И следствия тебе не поручали. — резюмировал Мехлис.

— Я обязан рассмотреть все версии.

— Ну да, ну да. А теперь слушай меня: с твоей нелёгкой руки, люди, неизвестно чьей волей попавшие в Советский Союз, стали бандитами и убийцами, руководство Тюменской области, военные Тюмени, экипаж самолёта, комиссары — заговорщиками, начальник ГлавПУра Армейский комиссар 1-го ранга — безвольной куклой, болванчиком и игрушкой в чужих руках. Так? Мехлис навис громадой над собеседником.