Осколки разбитых иллюзий (СИ) - Турана М.

— Мой любимый жанр, — улыбаюсь в ответ на его предупреждение и, встав с места, нагло пересаживаюсь к нему.

Адэм немного отодвигается в сторону, позволяя мне расположиться рядом. Листает список фильмов, и когда я вижу, что он выбирает, выкрикиваю:

— О, «Доспехи Бога», обожаю Джеки Чана, — широкая улыбка расползается по моему лицу от того, что оставшуюся часть полета буду наслаждаться Джеки и Адэмом.

— Знаю, — покосившись на меня отвечает Адэм. — Демир рассказывал, как его сестра после просмотра фильмов с Джеки Чаном старалась повторить те же приемы.

Я заливаюсь краской и не сдерживаю смех, вспоминая, как в детстве тренировалась на Демире, пытаясь изобразить драку Джеки Чана.

Время за просмотром фильма летит неуловимо быстро. Как только заканчивается первая часть, Адэм включают вторую. Я смотрела этот фильм, знаю всё, что произойдёт наперкд и сейчас наслаждаюсь не просмотром, а тем, что нахожусь настолько близко к Адэму.

Меня ведёт от того, что я вновь ощущаю аромат его парфюма. Хочется прильнуть к нему, положить голову на плечи, но я сдерживаюсь и не нарушаю границы, которые он воздвигнул между нами.

«Границы воздвигнула ты, он лишь придерживается их» — обвиняет внутренний голос.

Наши случайные тактильные прикосновения будоражат мой разум. Я понимаю, что не смогу долго сдерживаться. Я устала гасить в себе порывы. Морально истощена. И если Адэм собирается и дальше не подпускать меня к себе, то я просто сойду с ума, сорвусь ко всем чертям.

Одержимость им граничит с психологическим расстройством.

Его холодное отношение и безразличие причиняют боль на физическом уровне.

Глава 14

Как только мы с Адэмом покидаем здание аэропорта и оказываемся на улице, синхронно натягиваем солнечные очки, пряча глаза от палящего солнца.

У меня с собой нет багажа, только сумочка. Я планирую устроить масштабный шопинг, обновить гардероб и нахожусь в приятном предвкушении.

У Адэма же в руках небольшая сумка. Мы бок о бок двигаемся вперёд к проезжей части и останавливаемся у обочины.

Я оглядываюсь в поисках нашего трансфера, но натыкаюсь взглядом на идущих прямо на нас парней.

Задерживаю на них взгляд, удивляюсь, от того, что эти троя смотрят на Адэма и улыбаются так, словно узнают.

Настораживаюсь, вполне возможно, что мне кажется, народу много, все снуют туда-сюда, туристы закрывают мне обзор и я отвлекаюсь.

— Адээм, — слышу как кто-то произносит имя моего спутника.

«Значит мне не показалось» — пронзает мысль.

Адэм резко поворачивает голову в сторону. Его лицо меняется, широкая улыбка узнавания расползается на его губах. Он выпускает из рук дорожную сумку и бросается на встречу парню.

Они начинают шумно смеяться, обнимают друг друга, похлопывая по спине. Двое других настигают их и присоединяются. Мужчины шумно приветствуют друг друга. Я наблюдаю за ними в недоумении. Не понимаю, что происходит? Кто эти парни?

— Как вы узнали? — спрашивает Адэм, всё ещё улыбаясь и рассматривая их.

Я зависаю от того, как он преобразился. Последние несколько недель Адэм больше напоминал робота, не помню, когда я видела такую радостную улыбку на его лице, и видела ли вообще? Он всегда так сдержан в проявлении своих чувств. Самые яркие эмоции, что он демонстрировал мне — это злость, гнев, ненависть…

— Тетя Мелисса сдала тебя с потрохами, — отвечает самый высокий из парней, — Она сообщила Айбике, что вы прилетаете в Дубай на конференцию.

— Никогда больше не сообщу этой женщине о своих поездках, — цедит Адэм, но его лицо при этом по прежнему светится от радости встречи.

Они продолжают расспрашивать друг друга о разном. Не обращают на меня внимания, пользуясь этим я бегло изучаю парней. Отмечаю, что они довольно высокие, загорелые, хорошо сложены. Нахожу в их лицах знакомые черты лица Адэма, из чего делаю вывод, что они приходятся ему родственниками.

— Дэдэ тоже знает?— спрашивает Адэм, его голос и интонация меняется, возвращая моё внимание к беседе.

— Знаю! — тут же раздаётся стеклянный трясущийся голос.

Парни расступаются в сторону и из-за их спины появляется худощавый старичок. Опираясь на расписную металлом трость, проходит вперёд. Его лицо суровое, седые лохматые брови опасно сдвинуты. Мужчина не сводит взгляда с Адэма. По возрасту он годится ему в дедушки или даже прадедушки.

Мужчина следует вперёд, останавливается прямо перед Адэмом. Берк стягивает солнечные очки с глаз. Я следую его примеру и повторяю то же самое действие со своими очками.

— Удосужился приехать наконец-то! — обвиняющим тоном произносит он, — Вижу, что и яблоко раздора с собой привёз…

Он переводит взгляд за спину Адэма. Смотрит прямо на меня. Оценивает. Морщится, кажется я не прихожусь ему по душе.

«Яблоко раздора?» — повторяю про себя.

Он что это про меня? Хотя с чего бы? Впервые вижу этих людей. Даже не знала об их существовании, разве могу я быть «яблоком раздора»?

Чувствую пристальное внимание мужчин. Адэм разворачивается и так же устремляет на меня взгляд, словно только вспоминает обо мне.

— Твоя жена? — голос пожилого мужчины звучит прерывисто, но в то же время непоколебимо твёрдо.

— Да! — короткий ответ Адэма звучит объёмно и безапелляционно, — Камилла Берк, моя жена!

Он подходит ко мне и бесцеремонно хватает меня за руку. Сцепляет наши пальцы. Я чувствую как он напряжён и меня это начинает пугать.

Мысли о том, что происходит, кто эти люди, почему Адэм так агрессивно отвечает на вопрос старика обо мне, кромсают мозг. Мы летели в Дубай по работе, и то, чем всё обернулось не поддается объяснению.

Мне становится неуютно под пристальными взглядами. Благо от парней не исходит неприязни, как от мужчины старше. Воздух вокруг нас становится плотнее.

Адэм продолжает сдавливать мою ладонь в своей. Мне становится больно, он смотрит на мужчину предупреждающим взглядом, не контролирует силу своего захвата. Я начинаю поглаживать его кожу подушечками пальцев, стараюсь как-то успокоить. Передвигаюсь ближе к нему.

Он отрывается от мужчины, обращает на меня своё внимание, разжимает руку, расслабив захват. Выражает взглядом сожаление.

— Что ж , — раздаётся вновь голос седовласого старика, — Тогда нужно представить её семье!

— Мы приехали не за этим, дедушка, — возражает Адэм, — Мы тут по рабочим вопросам, поедем в отель.

Мужчина поджимает губы, щурит глаза, точно так же как Адэм. Он громко ударяет тростью по земле, железный наконечник издает противный скрип.

— Не возражать! Щенок! Совсем от рук отбился! Все ждут вашего приезда! Хватит, ты и так долго заставил нас ждать! Поехали!

Он разворачивается, прихрамывая, подходит к обочине, куда тут же подъезжает серебристый мерседес минивэн. Мужчина усаживается в салон и гордо приподняв вверх подбородок, смотрит перед собой. Кажется, он не сомневается в том, что его приказ будет выполнен.

— Дэм, там все ждут, — говорит один из парней, почесывая голову и взирая на Адэма.

— Не дури, поехали, — подхватывает с асфальта сумку Адэма второй.

— Дэдэ лично за тобой приехал, такой чести ещё никто не удостаивался. Адэм, он смирился и жаждет примирения, — говорит, похлопывая по плечу Адэма, третий.

Его слова подтверждают мою догадку о том, что Адэм в ссоре с мужчиной.

— Камилла, пойдёмте, — рядом со мной врастает один из ребят, — Я — Рашад, те двое идиотов — Фуад и Фарук. Мы двоюродные братья Адэма.

— Моё имя уже вам известно, — лепечу в ответ.

Встречаюсь с задумчивым взглядом Адэма, прежде чем он одобрительно кивает головой и произносит в слух своё согласие, я читаю это в его глазах.

Мы все движемся в сторону машины. Мужчины пропускают меня вперёд. Я захожу в просторный салон, шесть сидений расположены напротив друг друга. Я сажусь к окну, и подальше от мужчины, вне зоны доступа его взгляда. Следом за мной, на соседнее кресло садится Рашад. Адэм садится напротив дедушки.