Парадокс Севера - Виктория Юрьевна Побединская

тренер вернулся. Хоть бы что-то забыл, потому что время позднее. Иначе меня до утра здесь никто не найдет.

— Поставьте ее на колени!

А потом кто-то достал телефон, включая камеру.

— Сидеть!

В глаза ударил свет фонаря, освещая полутемный угол, который превратился в жуткий съёмочный павильон.

— А теперь ты расскажешь всем о том, что ты, тварь — никто. И не стоит больше невинно хлопать глазами, строя из себя святошу. На завтра это видео увидит каждый. Как думаешь, Север оценит твой талант?

Блондинка присела напротив на корточки и мягко, наслаждаясь каждым словом, произнесла:

— На колени. И умоляй.

Я лишь крепче стиснула зубы.

— Ты никто, ясно? Повтори! — приказали мне.

Я не стала. Не дождутся, чтобы я перед ними унижалась. А потом кто-то произнес:

— В ее мед карточке написано, что она воды боится! — Мерзкий хохот.

В панике мое сердце заколотилось, как заведенное.

Та самая, что закрыла проход, теперь держала в руках ведро.

— Вот и проверим. — Миг, и она выплеснула его в мою сторону.

Меня окатило ледяной водой с головы до ног, и я вскрикнула. Но только от неожиданности, а потом нагло и дерзко, глядя им прямо в глаза, рассмеялась. Нельзя показывать свои слабости. Да и это лишь жалкая попытка — не то, чем можно напугать.

Кто-то снова с силой дернул меня за волосы.

Я заставила себя поднять голову и процедить сквозь зубы:

— Пошли вы к черту!

Оттолкнула стоящих впереди, снова попытавшись выбраться, но их было слишком много.

— В душ ее тащи! Видимо так это не работает.

Я судорожно пыталась втянуть ртом воздух, отбиваясь, но бесполезно. Меня грубо поставили на ноги и куда-то поволокли. Но явно не в сторону душевых...

А потом перед глазами все поплыло...

— У меня есть идея получше, — произнесла блондинка.

Потому что я поняла, они тащили меня в бассейн.

— Нет! Помогите!

Я вырывалась и кусалась, пока мне силой не заклеили рот. В нос ударил запах хлорки и тяжелой влаги, каплями оседавшей в легких.

Двери захлопнулись. Меня швырнули на холодный кафель у края. Я схватилась за бортик, и вода намочила пальцы. Я оторвала со рта скотч.

— Вы совсем ненормальные? Вас же всех отчислят.

— Вставай! — приказал высокий скрипящий голос. Теперь, поддерживаемый акустикой помещения, он царапал слух еще сильнее.

Я послушалась. Больше всего на свете боясь перед ними разрыдаться. Но слез не было, только выжигающая все изнутри злоба. И страх, поднимающийся с каждым глотком влажного воздуха все выше. Казалось еще немного и я просто задохнусь.

— Туда встань!

Меня толкнули к белому трамплину.

Я сделала шаг. Доска под моими ботинками поскрипывала, совсем немного пружиня.

— Шагай, тварь! К самому краю!

— Ненавижу вас! — прошипела я.

— Посмотрим, как ты теперь запоешь. Марин, включай камеру.

В спину ударил свет фонаря. Ноги дрожали, но я осторожна шла к краю.

А потом обернулась и растянулась в улыбке:

— Он вас уничтожит, — медленно и не без удовольствия произнесла я. Хотя и знала, что не имела права. И никогда не обратилась бы к нему за помощью. Но в этот момент мне было все равно. — Потому что не я, вы — никто.

— Да как ты смеешь…

Одна из девчонок, встав на край трамплина, замахнулась, чтобы вмазать мне пощечину, я увернулась, но поскользнувшись, потеряла равновесие.

— Идиотка, — выкрикнул кто-то. — Она же не умеет плавать!

Всего за несколько секунд перед глазами пронеслась едва ли не целая жизнь.

Раздался панический крик. Девчонки кинулась в рассыпную.

Я же даже не успела вдохнуть, ощущая спиной удар о воду.

Теперь она была везде. Сверху и снизу, и казалось не было ей конца.

Паника захлестнула полностью, заставляя тело бороться. Жить. Я пыталась схватиться хоть за что-то, размахивая руками, чтобы не уйти на дно, но безуспешно. Где-то внутри знала, не выплыву.

В последний раз попыталась позвать на помощь, но крик вырвался изо рта вихрем пузырьков, мелькающих перед глазами.

Значит вот как все кончится? В голове почему-то мелькнула мысль, что бабушка одна останется. И я ни с кем не попрощалась.

А потом вода окончательно сомкнулась над моей головой.

Глава 38. Ревность

Кто-то кричал. Громко.

Сквозь топот ног доносились ругательства, но я не могла разобрать голос.

Вода колыхнулась, закручивая, закладывая уши и снова утягивая ко дну. А потом меня потянули наверх, к свету. Но не тому, что видят люди с этим миром прощаясь, а к самому обыкновенному, белому освещению бассейна. Я вынырнула, кашляя и жадно хватая воздух.

Паника вернулась снова. Как будто кто-то подбросил в ее догорающий костер новые поленья. Глаза щипало. В ушах и носу булькала вода. Цепляясь за все, до чего только могла дотянуться, я попыталась вдохнуть, двумя руками отталкиваясь от оказавшегося рядом, невольно погружая его под воду.

«Пожалуйста, только не уходи! — хотелось закричать во все горло. — Я не специально». Но вырвался лишь жалкий хрип. Сил хватило всего на вдох.

— Попробуй со спины! — крикнул кто-то.

Меня снова накрыло с головой. Намокшие кроссовки тянули ко дну, а белая куртка для фехтования теперь весила тонну. Но что-то снова вытолкало меня на поверхность. Обхватив рукой сзади и прижав спиной к своей груди. Я тяжело дышала, отплёвывая воду.

— Это я, я, тихо, — откашлявшись прошептал Север. — Я тебя держу. Слышишь?

Он зацепился рукой за растяжку, разделяющую дорожки, чтоб как-то стабилизировать нас в воде. Чтоб я не топила нас обоих. Развернувшись, я повисла на нем, крепко обхватив руками и ногами.

— Ты в порядке?

Все еще не разлепляя глаз, я тяжело дышала, уткнувшись ему в шею. Вода все еще щипала в глазах, носу. Резала во рту едким запахом хлора. Я снова закашлялась, жмурясь от боли в горле. А потом не выдержала и разрыдалась.

— Эй, все хорошо. Я