Болтливые куклы - Елена Кочешкова

Но мне удалось сдержаться и не напугать соседей.

На следующий день я сурово запретила себе ждать звонка и нервничать. Раз Стефан сказал, что позвонит, значит, и беспокоиться тут не о чем. Тем более, что дел всегда хватает, и лучше заняться ими, чем тратить время и нервы на ожидание.

Может быть именно поэтому, а может, просто так совпало, но на сей раз Стефан позвонил действительно с утра. Сразу признался, что еще совсем ничего не закончил, и скорее всего работа займет несколько дней. А потому предложил обязательно встретиться сегодня… Потому что соскучился.

Как я могла ему отказать?

Да никак.

Мы встретились в уютном кафе недалеко от метро. Сама я туда никогда не заходила, только заглядывала в окна, проходя мимо — очень уж уютными казались мне интерьеры. А вот цены отпугивали. Но Стефан настоял… а я не стала противиться. В конце концов, это его дело, как убивать свой бюджет. К тому же меня сто лет никто не приглашал на настоящее свидание. И вообще… должны ведь мечты наконец-то сбываться?

Стефан, похоже, решил сделать все по правилам — явился к метро с букетом… и под широким зонтом. Ну, просто герой из фильма. А в кафе чинно снимал с меня пальто, отодвигал стул и заказывал какие-то совершенно незнакомые мне блюда.

Честно говоря, я даже занервничала — не привыкла к такому обращению. И мой глупый ум сразу начал искать в происходящем какой-нибудь подвох. При том догадки городил — одна другой нелепей. К счастью, Стефан быстро увидел, что со мной что-то не так и просто взял мои ладони в свои, унял в них дрожь одним только своим теплом. И сразу стало спокойней, и глупые мысли отступили, сгинули прочь. А обед оказался замечательным, равно, как и наша беседа. Потому что — конечно же — Стефан вовсе ничего от меня не ждал, просто хотел провести пару часов вдвоем…

И напоследок взял с меня клятвенное обещание никуда не исчезать.

Которое я нарушила уже на следующий день.

Наверное, моя нежная психика не выдержала такого количества позитива за последние два дня, и к вечеру у меня жутко разболелась голова. А с утра я проснулась с высоченной температурой и поняла, что в ближайшие несколько дней точно не увижу ни Стефана, ни своих кукол, ни даже новых заданий из офиса.

Два дня я провела как в коматозе — только спала, ела таблетки и пила литрами воду. Хорошо хоть, в аптечке нашлось все необходимое. Я не пыталась выяснить, что именно за сбой случился с моей бренной тушкой — подобные казусы уже происходили неоднократно. Это всегда выглядело как жуткий грипп, который проходил у меня дня за три-четыре. Но на это время оставалось только смириться с состоянием дверного коврика, который по ошибке попал в микроволновку…

Стефан несколько раз порывался приехать ко мне, привезти что-нибудь из еды, питья или лекарств, но я под страхом смерти запретила ему появляться на пороге моей квартиры. Вот еще не хватало — показаться любимому мужчине в таком жутком виде! Да я сама на себя в зеркало старалась не смотреть. Тем более, что ни на какое общение у меня сил не было: я бы даже самую простую беседу не смогла поддержать. Поэтому просто лежала на своей кровати ровной тряпочкой и изредка сползала с нее, чтобы удовлетворить основные потребности.

На третий день туман стал рассеиваться — к вечеру я без особого удивления (но с отчетливой радостью) поняла, что уже вполне похожа на человека. Мне захотелось хорошо поесть и узнать, наконец, как там дела с узорами для Зара.

Стефан приехал спустя час после моего звонка.

Привез гору каких-то вкусностей из магазина и… настоящий домашний борщ в банке! Сам разогрел эту пищу богов в моей микроволновке и, кажется, был готов отнести меня на кухню на руках. Но я сочла это совершенно излишним — хватит уже помирать, пора и подвигаться немного. Небось, ножки не отнялись!

Суп оказался просто замечательный! Я и сама не заметила, как уплела всю тарелку, да еще и остаток хлебом подобрала. Воспиталка из моего далекого детства могла бы хлопать в ладоши от радости. Но Стефан этого делать не стал — только сидел и улыбался. Да потихоньку подсовывал мне то кусочек сыра, то куриный рулет, то чашку с развесным магазинным оливье. В итоге из-за стола я не вышла, а выкатилась. И, все еще чувствуя слабость, предпочла переместиться сразу на диван в гостиной. А Стефан без лишнего стеснения устроился рядом. И это было так хорошо, так правильно… Погасив верхний свет и оставив гореть только мою настольную лампу, мы лежали рядышком, не думая ни о каких эротических подтекстах, а просто наслаждаясь теплом друг друга. Я положила голову на его плечо и чувствовала, как бьется где-то под кожей упругая жилка.

А потом он начал рассказывать.

За те три дня, что я была в ауте, он успел сделать все задуманное. Перенес узоры на бумагу, нашел где-то у друзей лупу с большим увеличением, начертил загадочные символы на ногах Зара — для начала карандашом. А потом долго думал, какую краску использовать для создания реалистичной татуировки на коже. И в конце концов додумался до варианта, который нормальному человеку в голову бы не пришел. Стефан прокол себе палец и попробовал расписывать щиколотки беловолосого Дракона кровью. Как оказалось, очень твердая с виду поверхность кукольного тела идеально впитывает такую 'краску'…

Проведя за рабочим столом несколько долгих и трудных часов, он полностью воссоздал 'оковы' Хекки для Зара. А на его собственном теле остались почти незаметные, но ощутимые порезы. Я нашла эти странные творческие отметины и, не удержавшись, накрыла их губами.

Когда-то очень-очень давно бабушка так 'лечила' мои ушибы и ссадины…

В эту ночь Стефан остался у меня.

И позволил мне убедиться в том, что никакое лекарство так не укрепляет организм, как близость с любимым человеком.

Возможно, мне стоило догадаться об этом чуть раньше.

На следующее утро я решила, что еще один день проведу в статусе больничного. Благо, мне эти больничные контора давно уже оплачивает в полном размере — в качестве компенсации за нещадные труды во все остальное время.

А по факту мы со Стефаном до полудня безуспешно пытались выбраться из постели, но всякий раз проигрывали это сражение и в итоге даже завтрак наш состоялся среди подушек и одеял. Хорошо, что запас продуктов со вчерашнего вечера позволил не задумываться о меню этого кроватного пиршества.

Вообще-то я никогда особо себе не позволяла таких декадентских фокусов, но в это утро все сошлось — и сырная нарезка, и виноград, и мои любимые ржаные сухарики. А что крошки от них по всей простыне, так это пустяки. Дело-то житейское. Все равно я собиралась поменять это белье после своих температурных ночей.