СЕТ ИЗ ХАДА - Генрих Мамоев

- Толковых много, - с трудом приходя в себя, ответил Сет, - честных мало.

- А когда было иначе? - Сайтан удивленно поднял кустистую бровь, - Всегда так было.

- Тебе виднее, - усталость наваливалась на Сета с невероятной силой. Так, словно ему пришлось использовать самые тяжкие заклинания.

- Это точно, - Сайтан посмотрел на место, где от огромного ледыша осталось, в прямом смысле, мокрое место и, усмехнувшись, сказал, - всего-то четвертый порядок, но как точно! Учился где?

- Где придется, - Сет уже стоял на ногах, - свою историю могу рассказать потом, если еще будет интересно, а сейчас нам нужно отправляться в Хад. И ты должен рассказать мне все, что знаешь. Всю правду, - Сет сделал паузу, - и я помогу тебе.

Сайтан снова прищурился, разглядывая Сета так, словно впервые увидел его.

- "...Когда черное станет белым, а ночь обратится днем...", - негромко продекларировал Сайтан.

- Что? - Сет удивленно посмотрел на Сайтана, напрягшись от мысли, что за века одиночества Сайтан мог вполне повредиться в уме.

- "...Воин придет умелый, и властен он над огнем!" - Как ни в чем не бывало, закончил Сайтан, торжественно глядя на Сета.

Сет был озадачен. Решительно, сегодня все хотят говорить стихами, причем, не просто стихами, а какими-то пророчествами. Впрочем, в данном случае могло иметь место обычное помешательство, что, в общем-то, было бы не очень удивительно, но никак не входило в расчеты Сета. Стараясь не выдать своих мыслей, Сет спросил:

- Ты стал поэтом?

- Это не мой стих. Так написано в Сердце Суккуб.

- В Сердце? - Переспросил Сет, хотя прекрасно расслышал его ответ.

- Да.

- А как же насчет черного, которое должно стать белым?

- Здесь уже вторую ночь светло, как днем.

- Вот как? - Спросил Сет, непроизвольно поднимая глаза к небу - бледное, с еле заметным розовым оттенком, оно казалось непривычным и чужим.

- Да. И там же есть другие пророчества, часть которых уже сбылась, но еще большая часть сбудется совсем уже скоро! - Сайтан выглядел по-прежнему слишком уж торжественно в своей странной одежде, и в окружении огромных валунов.

- Ты сам читал их?

- Я видел Сердце очень давно, - спокойно ответил Сайтан, - в юности. Тогда я не знал, что значат эти линии. Но запомнил и, оказавшись здесь, я нашел копию, правда, не в натуральную величину, и попробовал расшифровать. У меня получилось...

- Постой, - до Сета только начало доходить, о чем говорит Сайтан, - ты о "Книге Суккуба"?

- Которая и есть "Сердце Суккуб", - кивнул Сайтан.

- То есть? Почему Суккуб?! - Сет уже не пытался скрыть своего удивления, - Ты хочешь сказать, что Суккуб был... женщиной?!

- Вот и тогда мне никто не поверил, - вздохнул Сайтан, - а ведь это ее имя - Суккуб. Она прародительница Денница и всего, что есть в нашем мире. Но в отличие от Денница и его сына Эосфора никогда не требовала, чтобы ее почитали за высшее существо. И ушла, когда поняла, что этот мир совсем не тот, в котором ей хочется жить.

- Постой, постой, - Сет даже махнул рукой, чтобы остановить разогнавшегося Сайтана, - все знают, что первым появился Суккуб...

- Не появился, а пришла! - перебил Сайтан, - Она пришла из другого мира, того, о котором ты так здорово пел только что.

- Эта песня...

- Да! - Вновь с жаром перебил его Сайтан, - Эта ее песня!

- Но..., откуда такие сведения?

Сайтан какое-то время смотрел на Сета, а затем, словно решив для себя важную задачу, указал рукой на вход в Лабиринт, и негромко произнес:

- Там есть все! И факты, и доказательства. Если интересно, я мог бы показать тебе кое-что весьма любопытное.

В другое время Сет не раздумывая согласился бы на подобное предложение, но тревога, родившаяся после покушения на герцогиню Агварес никуда не делась. Напротив, она только усиливалась. Сет покачал головой:

- Я сделаю это с удовольствием, но потом - сейчас у нас нет на это времени...

- Завтра его не будет уже ни у кого, - как-то обреченно возразил Сайтан, и Сет почувствовал, как завибрировав, усилилась тревога.

- Ты об этом луче... из Дахат?

- Откуда тебе известно?! - Удивленно ответил вопросом на вопрос отшельник с многовековым стажем.

- Так, слышал кое-что, - ответил Сет, - ты веришь в это?

- А как можно не верить тому, что неизбежно случится?

- Но ведь еще не случилось? А если и вовсе не случится?

- Ты не понимаешь, - после паузы сказал Сайтан, - Луч обязательно придет. Это закон мироздания - луч приходит каждые 26 000 лет, уничтожая порядок и гармонию родившихся за это время миров, оставляя после себя Хаос, в котором Свет и Тьма всего лишь его элементы.

- И спасти нас..., - начал Сет, но Сайтан перебил его:

- ...Может только избранный, тот, кто оживит Сердце Суккуб.

- Оживить... книгу? - С сомнением спросил Сет.

- Это ее сердце, - негромко, но уверенно ответил Сайтан.

- И о нем никто не знает?

- Нет.

- И кто же тот избранный?

- Тот, в ком течет кровь Светлых и Темных.

- Лишь один мог похвастать таким смешением, - усмехнулся Сет.

- Мой отец, Эосфор! - гордо произнес Сайтан.

Сета вспомнил свой недавний разговор с Ксафаном, но ничего не ответил. По-своему истолковавший его молчание Сайтан быстро добавил:

- Но есть и второе условие, - Сайтан замолчал, задумчиво глядя себе под ноги, - это...

- ...Диадема Суккуб, - медленно произнес Сет, и посмотрел на Сайтана.

Демон медленно поднимал голову, и во взгляде его было столько удивления, что Сет не выдержав, улыбнулся:

- Я знаю, у кого она.

Удивление Сайтана возросло, но это было ничто в сравнении с тем, что случилось с его лицом, когда он увидел вынутый Сетом золотой обруч. Глаза старого демона обрели почти идеально круглые формы, выдавая крайнюю степень удивления.

- Откуда?! Откуда она у тебя?!

- От маменьки досталась, - Сету удалось даже беззаботно пожать плечами, - вот, храню.

Сет не заметил, как на ладони Сайтана появилась золотая семиугольная пластина, с изображенной на ней семилучевой звездой.

- Вставь! - Хриплым от волнения голосом прошептал Сайтан, не сводя глаз с обруча.

Осторожно взяв пластину, Сет вставил ее между не сомкнутыми концами диадемы - пластина легла, как влитая. Ничего не произошло, но Сет чувствовал себя так, словно нашел то, что бессознательно искал всю свою жизнь. Глядя на Сайтана, можно было с уверенностью сказать, что и он испытывает похожие чувства. Осторожно дотронувшись до ставшего цельным обруча, он поднял на Сета глаза.

- Кольцо Суккуб!

- Кольцо? Нет, это диадема!

- Это кольцо, - тихо, но уверенно возразил Сайтан, - она носила его на пальце.

- На пальце?! - Пришла очередь Сета округлять глаза.