Черчилль и древняя тайна «Заговора рептилий» - Ольга Грейгъ

В конце 20-х гг. супруга Уинстона Клемми, в свою очередь, также отозвалась об итальянском диктаторе Муссолини как о человеке, «достойном, внушительном, очень простом и естественном». В другой раз Черчилль назвал дуче «воплощением римского гения», «величайшим законодателем из ныне здравствующих».

В 1937 году Черчилль все еще не изменил своего отношения к диктатору, наделенному «удивительным мужеством, умом, хладнокровием и упорством».

А теперь припомним, какими трогательными эпитетами награждала большевистских деятелей, от прямых указаний которых гибли миллионы (!) русских и людей других национальностей, проживавших на 1/6 территории земли, двоюродная сестрица Черчилля Клэр Шеридан. Как говорят: яблочко от яблони…

У. Черчилль об Адольфе Гитлере:

– Личные невзгоды не привели его в ряды коммунистов. В этом отношении его реакция представляла собой некую благородную аномалию: он еще больше проникся непомерным чувством верности своей расе, пылким и мистическим преклонением перед Германией и германским народом…

Ремарка. Британский премьер-министр Великобритании при королеве Виктории Бенджамин Дизраэли – о расе.

– Никто не может с легкостью отмахнуться от вопроса о расах, – это ключ к разгадке мировой истории. Всякая раса, беззаботно перемешивающая свою кровь с чужой, обречена погибнуть.

– Единственное, что создает расу, – кровь!

Уточним еще раз. Б. Дизраэли – английский еврей, однако историки за подобные высказывания не называют его ни расистом, ни фашистом, а, наоборот, символом Британской империи. Без сомнения, он многое сделал для величия и обогащения британской короны. Однако тех, кто пытался поставить вопрос о защите своей расы ребром перед всем человечеством, историки занесли в черный список врагов…

И еще среди всего важного и значимого, что сказал этот великий политик, можно отметить следующее признание:

– Миром управляют совсем не те, кого считают правителями люди, не знающие, что творится за кулисами.

У. Черчилль о Гитлере:

– Я восхищаюсь людьми, которые встают на защиту своей потерпевшей поражение родины, даже если сам нахожусь на другой стороне. Он имел полное право быть германским патриотом, если он желал этого.

В 1936 году, рассуждая о принципах внешней политики Великобритании, Уинстон Черчилль заявляет: «На протяжении 400 лет внешняя политика Англии состояла в том, чтобы противостоять сильнейшей, самой агрессивной, самой влиятельной державе на континенте… Мы всегда… объединялись с менее сильными державами, создавали с ними коалицию и таким образом наносили поражение и срывали планы континентального военного тирана, кем бы он ни был, во главе какой бы страны ни стоял. …Политика Англии совершенно не считается с тем, какая именно страна стремится к господству в Европе. Дело не в том, Испания ли это, французская монархия, французская империя, германская империя или гитлеровский режим. Ей безразлично, о каких правителях или странах идет речь… Поэтому нам не следует бояться, что нас могут обвинить в профранцузской или антигерманской позиции. Если бы обстоятельства изменились, мы в такой же мере могли бы занимать прогерманскую или антифранцузскую позицию». В этом противостоянии сильной державе Британия проводила изощренную политику подкупа, сталкивания лбами других политиков и государств. Подобные действия в интересах своей страны считались благом во имя процветания короны.

В октябре 1937 года, после отставки Стэнли Болдуина, к власти пришел авторитетный политик Невилл Чемберлен, который был убежден в необходимости активного поиска компромисса с фашистскими диктаторами. Вместе с тем островное государство усиленными темпами вооружалось, разрабатывая и внедряя новейшую технику. К примеру, с 1935 г. началось производство новых истребителей класса «Харрикейн» и «Спитфайр» и установка радиолокационных установок для защиты воздушного пространства.

В 1938 г. Германия захватила Австрию и начала угрожать Чехословакии под предлогом защиты судетских немцев, проживавших в западной части Чехословакии. Но Чемберлен на переговорах в Мюнхене в сентябре того же года заключил соглашение с Гитлером, которое на деле означало одно: британский премьер-министр одобрил планы Гитлера аннексировать Судеты без военного вмешательства Великобритании и Франции. Чемберлен вернулся с этих переговоров как триумфатор и заявил, что он привез гарантию мира в годы его правления.

Английские и французские верхи с чувством удовлетворения пошли на мюнхенские договоренности с правителем Третьего рейха и в качестве «отступного» безоговорочно сдали Чехословакию. Четвертое по экономической и военной мощи государство Европы было отдано Гитлеру.

Обратимся к мнению человека компетентного. Российский военный и общественный деятель, специалист в области геополитики и международных отношений генерал-полковник Леонид Ивашов в статье «Вторую мировую войну развязали адепты «Drang nach Osten» пишет:

«Прилетев из Мюнхена в Лондон, Н. Чемберлен, обращаясь к соотечественникам, торжественно заявил: «Я привез вам мир». За этим пафосом скрывались два важнейших для Лондона соображения:

1) гитлеровскую военную машину удалось направить на восток, к границам Советского Союза;

2) с Гитлером была подписана декларация, в которой подчеркивалось желание немецкого и английского народов «никогда более не воевать друг с другом».

6 декабря 1938 г. министры иностранных дел Франции и Германии Ж. Боне и И. Риббентроп подписали аналогичную франко-германскую декларацию.

Подобное развитие событий не могло не беспокоить советское руководство. Происходящее прямо выглядело как сговор не только против Чехословакии, но и против СССР. Тем более что Чемберлен уже сделал заявление: ««Германия и Англия являются двумя столпами европейского мира и главными опорами против коммунизма, и поэтому необходимо мирным путем преодолеть наши нынешние трудности… Наверное, можно будет найти решение, приемлемое для всех, кроме России». Что это, как не поощрение Гитлера к походу на восток и не торговля безопасностью СССР?

Встает естественный вопрос: были ли возможности предотвратить Вторую мировую войну? Убежден: были, и не единожды.

Первый раз, когда Гитлер совершил аншлюс (присоединение) Австрии. Даже Муссолини возражал Гитлеру, но англосаксы и французы дружно промолчали. Фюрер, естественно, расценил это как слабость и поощрение его политики нового мирового порядка.

Второй раз – когда Европа катилась к мюнхенской сделке. Правительство Чемберлена пошло даже на усиление Гитлера за счет ресурсов чешской армии и военной промышленности, лишь бы направить германскую экспансию на восток. Лондон отказался воздействовать на своего союзника Польшу, чтобы та разрешила Красной Армии пройти через ее территорию на помощь Чехословакии.