Битва за Изнанку - Дмитрий Александрович Билик

компасом прошли. Интернет ловил, а онлайн-приложениями по определению сторон света я пользоваться умел. Чай не лаптем щи хлебаем.

Так и шел, пока лес действительно не встал стеной. По-другому и не скажешь. Словно могучие великаны скрывали от кого-то своего слабого младшего брата. Но, как и было наказано, я обошел их слева, пока действительно не обнаружил тропинку. Уже, конечно, давно заросшую, однако здесь угадывался след почти позабытого пребывания человека. А уж найти царь-дуб было совсем просто.

Во-первых, он виднелся на небольшом пригорке вдали от прочих деревьев. Словно немного зазнался от чувства собственной важности и не хотел общаться с собратьями. А те, в свою очередь, обступили гордеца, но не решались приблизиться, продолжая шушукаться за его спиной. Во-вторых, дуб действительно был огромный. В одиночку и не обхватить. В-третьих, тут разве что таблички не хватало: «Ларь здесь».

По крайней мере, огромное дупло, где без труда мог бы спрятаться человек, а то и парочка, располагалось на высоте полуметра. Я заглянул в черноту дерева и нервно сглотнул, не веря в свою удачу. Небольшой ящик был на месте. Да ладно, так не бывает. В моей жизни точно!

Хотя с ящиком я погорячился. Это был именно ларь. Такой красивый расписной сундучок из серебра, с внушительной крышкой. Украшенной, кстати, какими-то драгоценными камнями. Выковырять парочку, что ли? Еще на крышке виднелось нечто странное – два небольших отверстия, словно под руку.

Что будет делать человек, который найдет могущественный артефакт тире реликвию с подобным отверстием? Понятно, что не станет пихать туда всякие ненужные конечности. Для этого не надо ходить на уроки магического ОБЖ. Достаточно просто включить логику. И что сделал я? Наверное, даже не надо объяснять.

Единственной моей перестраховкой стало то, что я сунул левую руку. Ну а че? Если с ней что случится, это не так страшно, все равно она запасная.

Кожу стал покусывать неприятный холод, будто внутри была своя температура. Явно ниже той, какая бывает в морозильной камере. А потом пальцы коснулись стальной перекладины, расположенной поперек. Только не успел я ее как следует схватить, как меня тут же пробило электрическим разрядом. Следом же случилось нечто невообразимое.

В одном мгновенье я оказался во множестве мест и в то же время оставался здесь. Сознание или душу, не знаю, как правильно, словно выдернули из тела, прицепили к какой-то космической ракете и запустили в путешествие. Перед глазами все менялось молниеносно.

У меня на губах были соленые капли Северного моря, волосы трепал ветер Абра Малаги, кожа трескалась под жестоким мохавским солнцем, ноги утопали в вязкой глине Красного пляжа. Я слышал крики чаек, шелест ковыля, треск скатывающихся камней, бульканье жадной топи. Мой родной мир принял меня. А я стал самой настоящей его частью. Даже не осознавая, что никогда не знал и о половине мест, где только что побывал.

На смену ярким краскам пришла темнота. Но вместе с тем темнота знакомая. Плотно затянутое небо, сухая земля, колючие, будто мертвые деревья, острые опасные скалы. Им аккомпанировал крик диковинных животных, тихий спокойный плеск воды, топот ног, лязг оружия и плывущая сила. Я вдруг увидел всю красоту едва знакомого мне мира. От Колючего терновника на Востоке до Тихих песков на Западе. Где люди, с их вечно воющими Тремя Великим Городами, представали немалой силой. Скугга также открылась мне.

А затем явилось истинное откровение. Меня охватил божественный свет, который уже приходилось видеть. Только на этот раз он не хотел мучить меня. Ныне он из врага превратился в союзника. Более того, свет даровал истинную силу. Обласканный одним из его лучей, я пролетел за короткие мгновения через заснеженные пики Облачных Гор, Долину Льда, Великаньи Пики, Долину Жизни. Однако от меня не укрылось, что изначальный мир болен. Он страдает, как охваченный лихорадкой человек, у которого поднялся жар и отказали ноги. И еще я почувствовал необычайную силу и взгляды спрятавшихся существ, которые провожали меня с небывалой злостью.

Все три мира открылись мне, словно приглашая войти, стоило коснуться железной ручки в выемке ларя. И произошло это за доли секунды. Так быстро, что когда я испуганно отдернул руку, все уже закончилось. Погасли видения, притихли звуки, пропали запахи.

– Что сс… случилось?

Лихо мало того, что забеспокоилась, так она тут же выскочила из артефакта. Признаться, появление здесь «школьной учительницы» с грязными волосами выглядело презабавно. Кстати, надо будет рассказать моей нечисти, что раз уж она решила быть человеком, о личной гигиене. Или подарить на ближайший праздник набор мыльно-рыльных принадлежностей.

– Ничего не случилось, все нормально, – бодро соврал я, потирая пальцы левой руки.

Их покалывало. Но покалывало очень мягко. Словно я долго сидел на ладони, а потом встал. Сначала было неприятно, но со временем, когда кровь прилила к конечности, в этом чувствовался даже определенный кайф. Ну что, меня уже можно записывать в извращенцы?

– Я почувствовала… – Лихо смутилась. – Частичку своего мира.

Надо же, даже не заикнулась. Я уверенно подошел к ларю и вновь засунул левую руку. Сгорел сарай, гори и хата.

Вот только теперь меня постигло разочарование. Никакого откровения не пришло. Ну да, глухим два раза обедню не служат. Тьфу, что это за постоянное цитирование поговорок, словно меня Гриша покусал? Ну, или я нехороший персонаж из фильма «Брат». Будто все детство я только и записывал на подкорку, что говорила бабушка, и вдруг решил это разом вспомнить.

Суть была в том, что руку стало покалывать. Ощущения походили на те, когда ты с глупой головой и мокрыми руками трогаешь автомобильный аккумулятор. То есть, в целом, неприятно, но не сказать чтобы так уж больно. Зато я понял одну банальную вещь – что сунул не ту руку.

Этот стальной стержень был чем-то вроде ручки, за которую нужно ухватиться. Однако ухватиться непременно правой рукой, потому что левая уходила на излом. И таким макаром поднять ларь не представлялось возможным.

Что до дупла, оно действительно оказалось внушительным. Мне даже удалось влезть внутрь и нависнуть над ларем. А затем я сунул вторую руку в другое отверстие. И тут мозг откровенно взорвался. Там оказался точно такой же металлический стержень, но опять под правую руку. И места, чтобы развернуть кисть, попросту не было. Либо лыжи не едут, либо я чего-то не понимаю. Нет, я слышал про людей, у которых обе руки левые. У меня на прошлой работе такой знакомый-официант был. Старательный парень, только за что не возьмется, получится плохо.