Антология мировой фантастики. Том 4. С бластером против всех - Алекс Орлов

– Тогда почему ты закрыла ему глаза?

– Ему нельзя смотреть на Высокородную Даму.

– Даже если он с Вотекса? - засмеялась Сэмия.

Валона молчала.

– Только флоринианам нельзя смотреть на Высокородных Дам. Так что ты призналась, что вы с Флорины.

Валона вспыхнула.

– Он - нет!

– А ты?

– Я - да. Но он - нет. Не делайте ему ничего! Он вправду не флоринианин. Его только нашли однажды на Флорине. Я не знаю, откуда он, но он не флоринианин.

Сэмия удивленно взглянула на нее.

– Хорошо, я поговорю с ним. Как тебя зовут, юноша?

– Рик. Кажется, Рик.

– Ты флоринианин?

– Нет. Я был на корабле. Я прибыл сюда откуда-то из других мест. Рик не мог оторвать взгляда от Сэмии, но словно видел вместе с нею корабль. Маленький, очень уютный корабль. - На корабле я прибыл на Флорину, а раньше жил на планете.

– На какой планете?

Воспоминание с болью пробивалось по каналам, слишком тесным для него. И наконец Рик закричал, радуясь звуку, произнесенному его голосом:

– Земля! Я прибыл с Земли!

Рик повернулся к Валоне, схватил ее за локоть, вцепился в рукав.

– Лона, скажи им, что я прибыл с Земли! Это так! Это так!

Глаза у Валоны расширились от тревоги.

– Мы нашли его однажды, госпожа, и у него вовсе не было разума. Он не мог ни одеваться, ни говорить, ни ходить. Не умел ничего. С тех пор он вспоминает, мало-помалу. - Она кинула испуганный взгляд на лицо капитана.

– Он действительно мог прибыть с Земли?

– В этом есть что-то странное, - сказала Сэмия, по-женски настраиваясь на романтический лад. - Я уверена в этом… Почему он был так беспомощен, девушка, когда его нашли? Он был ранен?

– Доктор сказал, что Рик психозондирован.

– Психозондирован! - Сэмия ощутила волну легкого отвращения. Значит, он был психопатом? - Она встала и неуверенно поглядела на Рика.

Рик вскочил.

– Погодите!

– Прошу вас, госпожа. Думаю, вам все стало ясно, - произнес капитан, открывая перед нею дверь. - Мои люди успокоят их.

– Госпожа! Госпожа! - вскричал Рик. - Я могу доказать это! Я с Земли!

Сэмия нерешительно остановилась.

– Послушаем, что он может сказать.

Рик весь горел. От усилия вспомнить губы у него растянулись в гримасу вроде улыбки.

– Я помню Землю. Она была радиоактивна. Я помню Запретные Зоны и голубое сияние на горизонте по ночам. Почва светилась, и ничто на ней не росло. Было лишь немного мест, где люди могли жить. Вот почему я был космоаналитиком. Вот почему я хотел оставаться в пространстве. Моя планета была мертвой.

– Идемте, капитан. Он попросту бредит, - сказала Сэмия.

Но на этот раз капитан Рэйсти остановился, приоткрыв рот.

– Радиоактивная планета? - пробормотал он. - Но где он узнал об этом?

– Каким образом планета может быть радиоактивной и обитаемой? недоумевала Сэмия.

– Но такая планета есть. Это Земля.

– Это Земля! - произнес Рик гордо и уверенно. - Древнейшая планета в Галактике. Это планета, с которой произошло все человечество.

– Так и есть! - тихо прошептал капитан. Внезапно решившись, он подошел к Рику.

– Что еще ты помнишь?

– Больше всего корабль, - сказал Рик, - и космический анализ.

– Значит, все это правда? - недоумевала Сэмия. - Но как же могло случиться, что его психозондировали?

– Эй ты, туземец, или инопланетный, или кто ты там еще! - сказал капитан Рэйсти. - Как случилось, что тебя психозондировали?

Рик казался смущенным.

– Вы все говорите это. Даже Лона. Но я не знаю, что значит это слово… Я был на корабле… Там была опасность. Я уверен в этом. Большая опасность для Флорины, но подробностей я не помню.

– Опасность для планеты? - Сэмия бросила быстрый взгляд на капитана.

– Да. В течениях.

– В каких течениях? - спросил капитан.

– В космических.

Капитан развел руками, потом уронил их.

– Это безумие!

– Нет, нет! Пусть он продолжает! - Губы у Сэмии приоткрылись, темные глаза блестели. - Что такое космические течения?

– Различные элементы, - неопределенно ответил Рик. Он объяснял это раньше. Ему не хотелось повторяться. Он продолжал, быстро, почти бессвязно, высказывая мысли по мере того, как они приходили, подгоняемый ими: - Я послал сообщение местной базе на Сарке. Это я помню очень хорошо. На Флорину надвигалась опасность. Да. И даже больше, чем на Флорину. На всю Галактику. Нужна была большая осторожность.

Почему-то, - продолжал он, задыхаясь, - мое сообщение было перехвачено каким-то служащим на Сарке. Это было ошибкой. Я не знаю, как это случилось… Я уверен, что послал сообщение местному Бюро на его собственной длине волны. Как вы думаете, можно ли перехватить субрадио? Он даже не удивился тому, что слово "субрадио" вспомнилось ему так легко. - Во всяком случае, когда я высадился на Сарке, меня ожидали.

Снова пауза, на этот раз длинная и вдумчивая. Капитан не сделал ничего, чтобы прервать ее.

– Кто тебя ждал? Кто? - не вытерпела Сэмия.

– Не… не знаю. Не могу вспомнить. Это было не в Бюро. Это было где-то на Сарке. Я помню, что говорил с ним. Он знал об опасности. Он говорил о ней. Я уверен, что говорил. Мы сидели за столом вместе. Я помню стол. Он сидел напротив меня. Это ясно, как Космос. Мы разговаривали. Кажется, я не спешил давать подробности. Я уверен в этом. Я хотел говорить сначала в Бюро. А тогда он…

– Да? - поторопила его Сэмия.

– Он сделал что-то. Он… Нет, я больше ничего не помню. Ничего не вспомню!

Он прокричал эти слова, и наступило молчание, прерванное жужжанием коммуникатора на руке капитана.

– Сообщение с Сарка для капитана. Крайне секретно. Личный прием.

Из коммуникатора поползла тонкая прозрачная фольга с красными строчками. Сэмия склонилась к руке капитана.

"Двое флориниан тайком, незаконно пробрались на ваш корабль. Схватите их немедленно. Один из них будет называть себя космоаналитиком, нефлоринианским туземцем. Не делайте по этому поводу ничего. Вы строго отвечаете за сохранность этих людей. Задержите их для передачи охране безопасности. Крайне секретно. Крайне спешно".

СЫЩИК

Четверо Великих Сквайров глядели на Сквайра Файфа каждый по-своему: Борт - гневно, Руне - с улыбкой, Балле - с досадой, Стин - испуганно.

Руне заговорил первым:

– Государственная измена? Не пытаетесь ли вы испугать нас фразой? Что это значит? Измена - кому? Борту? Мне самому? Кто изменяет и как? И ради всего Сарка, Файф, эти совещания нарушают нормальные часы моего сна!

– Последствия, - возразил Файф, - помешают многим часам сна. Я не говорю об измене кому-нибудь из нас, Руне. Я говорю об измене Сарку.

– Сарку? - повторил Борт. - Но что это такое, если не мы сами?