Наследие Маозари 3 (СИ) - Евгений Панежин

предпринять, чтобы не пропустить ни одного мертвяка на острове, а они уже довели готовый план действий до остальных. И на следующее утро практически все жители Лорна спустились со своих деревьев, и пошли в сторону крепости, где на берегу моря их уже ожидали жители форта Надежда. А после от края бухты вдоль берега тысячи разумных всех возрастов выстроились в линию, и взявшись за руки, пошли через весь остров… Ненадолго расцепляя руки только для того, чтобы пропустить ствол дерева или какую-нибудь непреодолимую преграду. И если на их пути попадался ползущий мертвяк или какая-нибудь его часть, то они должны были остановиться, и как можно громче оповестить об этом своих соседей, а после дожидаться одну из специальных групп зачистки, которые состояли в основном из бойцов форта и бегунов Лорна.

Спустя две недели, когда нам уже два дня не попадались даже запчасти мертвяков, я объявил этот остров окончательно зачищенным от ходячих мертвецов… После моих слов жители острова не выказали огромную радость от столь эпохального события, так как были полностью вымотаны за эти дни. Они только вяло похлопали в ладоши, и негромко прошипели: «Ура-а-а! Ура-а-а!.. Наконец-то… А когда мы уже домой пойдём?»… А рядом со мной радостная Марка сказала:

— Это же теперь можно без опаски ягоду собирать!

М-да, подумал я, глядя на девушку: не скоро же до них ещё дойдёт, что теперь и на деревьях необязательно жить. Навряд ли они быстро смогут перестроить своё мышление. И скорее всего, только их следующие поколения начнут переселяться вниз, на землю.

Глава 55

После того как мы очистили остров от мертвяков, мы один день отдыхали, второй день праздновали, а на третий день собрали большой совет, в который вошли все командиры и начальники Лорна и форта Надежда. На этом совете мы стали обсуждать будущую жизнь жителей острова, а также наши дальнейшие действия… Было много ругани, криков и споров, некоторые даже успели немного подраться, но мы всё-таки пришли к общему мнению… Тарима назначили мэром всего острова, а Мафа комендантом форта Надежда. Маф, как и весь форт вошли в подчинение Тарима, который в моё отсутствие будет самым главным на острове, но только до тех пор, пока не прибудет кто-нибудь из инициированных потомков рода Флави или какой-нибудь другой аристократ, которого я пришлю.

Разобравшись в иерархии острова, мы приступили к обсуждению сбора трофеев со старого города… И пришли к разумным выводам, что не стоит забирать с него всё, вплоть до ржавого гвоздя, чтобы потом продать это за бесценок в Вордхоле, а жителей острова при этом оставить с пустыми руками… Тогда мы решили, что заберём с собой в плаванье только все найденные деньги и драгоценности, а всё остальное добро: инструмент, оружие, броня, посуда и подобные вещи будут сложены на склад, откуда жители острова смогут получить их при необходимости.

Первым делом, конечно же, мы поочерёдно навестили все особняки рода Флави, забирая с них все деньги, оружие, и предметы роскоши, а самое главное, мы собрали, и бережно упаковали все книги и записи связанные с магией природы. Их я решил пока оставить на сохранение у Тарима, а после обязательно забрать в родовую библиотеку Сидэро, где при надобности я смогу сделать с них копии для своих вассалов, магов природы.

Все жители острова были заинтересованы в тщательном обыске домов старого города, ведь из всего найденного им можно было выбрать себе самые лучшие вещи, а те, что похуже, сдать на склад. Но вот все найденные в домах деньги, любые драгоценности и предметы искусства, они обязаны были нести в наш особняк.

Я, Оркус, Тим, Мика и Аланда со своими офицерами поселились в деревянном четырёхэтажном особняке, который когда-то принадлежал инженеру-кораблестроителю. Мы въехали в него сразу после того, как лорновцы привели дом в порядок, и обеспечили его всем необходимым, а Тарим назначил нам слуг… Этот особняк имел немаленькую прилегающую территорию с различными строениями, когда-то роскошный внешний вид и такое же внутреннее убранство, а по этим критериям в городе уступал только лишь особнякам Флави. По нему было видно, что инженер-кораблестроитель не бедствовал на этом острове, и был всячески обласкан родом Флави… И теперь я, наконец-то, живу в шикарном особняке, как и положено островному графу, а не ючусь со своими ближниками в какой-то жопе.

Я узнал, что по местным меркам я теперь являюсь графом, так как владею островом чьё население превышает двенадцать тысяч разумных.

Сундуки в особняке продолжали пополняться золотыми, серебряными и медными монетами, разными кольцами, цепочками, серьгами и ожерельями. А комнаты особняка заставлялись дорогим антиквариатом, картинами и другим ценным барахлом собранным со всего города.

Мы же в это время пригласили в свой особняк всех тех, кто более-менее разбирался в морском деле… И сложив в роскошном зале особняка на огромный прямоугольный стол все чертежи и всю литературу по кораблестроительству, которые нам только удалось отыскать в этом доме, ломали голову над тем, как, какой и, собственно, где нам строить свой корабль.

А пока мы морщили лбы, пытаясь читать чертежи, рядом с нами Аланда и Тим, крутясь перед ростовым зеркалом, примеряли различные драгоценные украшения из сундуков, и беззаботно болтали о всякой ерунде…

— До сих пор не могу поверить, что мы сделали это… Мы первые разумные в истории этого мира, кто для живых смог вернуть остров, который когда-то был захвачен ходячими мертвецами, — с восхищением произнесла Аланда, разглядывая в зеркале отражение золотого ожерелья с сапфирами на своей изящной шее.

— Мой… То есть наш Лео ещё и не на такое способен, — с гордостью произнёс Тим.

— К примеру? — заинтересовалась Аланда.

Тим наклонился к Аланде, и почти шёпотом произнёс:

— Он смог найти…

— Тим! — рявкнул я с угрозой.

— Всё, всё, я молчу, — посмотрев на меня, проговорил Тим извиняющимся тоном, а повернувшись к Аланде, продолжил: — Видишь ли, Аланда… Ты совсем недавно в нашей компании, и мы пока не можем тебе полностью доверять, — развёл он руками, как будто извиняясь.

— Ой, да больно надо, — обижено буркнула Аланда.

— Вот он!.. Вот этот корабль я хочу! — не удержавшись, воскликнул я от избытка чувств, когда развернул очередной чертёж.

На нём от руки был изображён чертёж корабля, который чем-то отдалённо напоминал трёхмачтовый Земной галеон.

— Я таких и не видел никогда… Это какой-то неправильный корабль, — задумчиво сказал Рома. — И корма у него как будто бы обрубленная… Какая-то прямоугольная, а не закруглённая, как у всех нормальных кораблей… Тут видно много исправлений. Скорее всего, это был какой-то