Аннулет. Книга 6 – Паладин II - Константин Вайт

Дорога не заняла много времени. Пару раз на нас пытались напасть крысы, но для Ивана это были не соперники. Мне даже не пришлось обнажать саблю.

Дверь подвала была затянута паутиной. Тимур коснулся её кончиком своей шпаги. Тут же откуда-то выполз паук размером с небольшую собаку. С ним пришлось повозиться. Он обладал магией холода и был удивительно быстр.

Первым в бой вступил Тимур, но из-за давления энергии прорыва все его движения были натужными и замедленными. Магию он не мог применять, а от шпаги паук легко уворачивался. В коридоре было тесно, и толком развернуться не получалось. Иван, схватив за плечо, оттащил Тимура за угол. Посмотрел на мою обнажённую саблю и покачал головой:

— Ты ею нормально не размахнёшься. Попробуй призвать стихию воды, — он снова включил наставника. Снял со своего пояса фляжку и начал медленно выливать её содержимое на пол.

Я, конечно, попытался ухватить воду на весу, но прорыв действовал и на меня. Только сейчас я понял, почему тренировки в подобных местах должны быть весьма действенными. И не только для стихийников, но и для простых магов. В этом месте ты ощущаешь себя слабым и неумелым. Мне пришлось сильно напрячься, очистить мысли, войти в некое медитативное состояние. Я перестал чувствовать тяжесть и усталость.

— Виталий! — напомнил о себе Иван. — Обратись к стихии!

Мне впервые удалось впасть в подобное состояние, и это было необычно. Я даже забыл, где нахожусь и для чего. Окрик Ивана привёл меня в норму.

— Делаю! — отозвался я и, вытянув руки, призвал стихию. На этот раз я ею повелевал. Мы должны уничтожить врага, и я не потерплю непослушания!

— Ты крут! — раздался в моей голове голос Афродиты. — Давно бы так!

— Отвлекаешь! — огрызнулся я.

Мне удалось создать две водяные плети, используя часть жидкости из фляжки, и к ним притянулась вода из окружающего пространства. Коридор был достаточно влажным.

Шагнув вперёд, я вступил в бой с неудобным для меня противником. Паук был очень быстр и плевался паутиной, которая замораживала всё, на что попадала. Мои водные плети стали тяжелеть и замерзать. Во мне вскипела злость, и лёд, который пытался сковать моё оружие, мгновенно растаял.

— Сделай на плетях кромки тонкими и заточенными! — одобрительно кивнул Иван, наблюдая за боем, готовый в любой момент вмешаться. Но я справлялся.

До этого момента от попадания плетями по пауку было мало толку. Совет Ивана прозвучал очень своевременно. Мои плети обрели остро заточенную кромку, но при этом остались гибкими и послушными. Первым же ударом я срезал пауку пару лап. Он злобно заверещал и попытался сбежать, но я уже вошёл во вкус. Разрубая паутину, я добрался до своей цели и одним ударом располовинил врага!

— Молодец, — хлопнул меня по плечу Иван, отпихивая ногой остатки паука с нашего пути, — тренировки в боевых условиях для тебя, смотрю, гораздо полезней, — он широко улыбнулся. Чувствую, мне теперь не избежать подобных забав. Но я не против становиться сильнее, пусть и с риском для жизни. Оно того стоит!

По пути в подвал нас атаковали мелкие пауки, но не смогли толком оказать сопротивления. И вот, наконец, мы оказались у центра прорыва.

Портал выглядел жалко. Тусклый шар размером с футбольный мяч висел прямо над разрушенным алтарём, от которого остались лишь мелкие камешки.

Портал слегка пульсировал, то затягивая энергию из этого мира внутрь себя, то с тяжёлым выдохом выпуская её обратно.

Сергей, на лице которого застыло благоговение, подошёл и, протянув руку, коснулся шара. Так он простоял целую минуту, после чего попятился.

— Уничтожайте! — кивнул с сильно задумчивым видом.

Слова Сергея меня удивили. Полчаса назад он с пеной у рта доказывал, что нельзя закрывать прорыв, теперь же вдруг изменил свою точку зрения. Я с подозрением посмотрел на него.

— Чего смотришь! Делай свою работу! — огрызнулся тот и отошёл в сторону.

— Думаю, Тимур, сейчас твой выход, — Иван повернулся к Сутинину. Тот из последних сил, слегка покачиваясь, подошёл к порталу и ткнул в него шпагой.

Как я и ожидал, ничего не произошло. Афродита со снисходительной улыбкой наблюдала за потугами парня. Тимур ещё несколько раз махнул шпагой, но она просто проходила сквозь ядро прорыва.

— Как его убить? — Он злобно зыркнул на девушку, потом повернулся ко мне.

— Напитай шпагу энергией паладина, — ответил я, искоса глядя на Ивана. Он меня обучал примерно так же — ничего не объясняя. Конечно, не слишком красиво с моей стороны идти по этому пути, но и учитель из меня так себе. Я сам не знаю, как у меня получается использовать энергию паладина. Да и, по словам Афродиты, я вообще в этом деле полный неуч.

— Он не сможет, — категорично заявила Афродита, — у него сейчас слишком мало энергии. Слабак!

Ладони девушки засветились, и она резко хлопнула ими с двух сторон по разрыву. Он мгновенно взорвался, исчезая, и мы все ощутили, как по округе прокатилась волна энергии. Стало гораздо легче дышать.

Афродита постояла, зажмурившись от удовольствия. Затем взмахнула руками, как будто отряхивая их.

— Вот и нет прорыва! — радостно улыбнулась она и уверенно пошла на выход.

— Какая удивительная девушка, — покачал головой, задумчиво глядя ей вслед, Грищенко.

Мы вышли на улицу и остановились во дворе, вопросительно уставившись на хмурого Сергея.

— Что? — Тот исподлобья посмотрел на Ивана, но, не выдержав взгляда моего наставника, отвёл глаза. — Вы всё равно все скоро умрёте. И я тоже. Мой мир не прощает предателей.

— Это мы ещё посмотрим, — по лицу Ивана расплылась улыбка, он весь собрался, будто предвкушая хороший бой. Точно, отмороженный на всю голову.

— Найты созывают всех и планируют завоевать этот мир в ближайшее время. В сердце прорыва была только эта информация. Она идёт во все миры, захваченные нами. К вам придут тысячи моих сородичей. Вы не устоите! — В голосе Сергея появились истерические нотки.

— Нас на земле несколько миллиардов, — удивлённо ответил Тимур. Он пока не понимал сути угрозы. Подумаешь — несколько тысяч тварей. Его мысли мне были понятны. Сам таким был, пока не столкнулся в настоящем бою с тварями, которым наши маги оказались на один зуб. А ведь несколько миллиардов жителей земли — это, в большинстве