Ратник - Олег Валентинович Ковальчук

— Так как же про нечисть не слышать? — хмыкнул Клёст. — Еще как слышал. И прав ты – та нечисть на моего нынешнего дружинника заклятье и наложила.

— И что за нечисть? — полюбопытствовал Замайло.

— Если бы знать?! Поговаривают, ведьма завелась, — вздохнул Клест, удержавшись, чтобы не развести руками и, не задеть соседей по столу.

Осознав, что руками лучше не размахивать, если сидишь за столом, Клест продолжил:

— В общем, слышали мы про нечисть. Ищем. И не только мы, так ее сам хозяин леса разыскивает. Вон, парень у меня ходил, чтобы с хозяином наших лесов потолковать.

— И что, лесной хозяин с твоими людьми говорить стал? — хмыкнул Замайло. — Он же, шутник известный. Что не по нраву – сразу веткой огреет, а то и в топь заведет.

— Так ведь это, как ты с ним себя ведешь, — усмехнулся Клест. — Я тоже думал, что лесной хозяин только шутки с людьми шутить умеет, да баб с девками пугает, если они за грибами да ягодами ходят, а тут, на тебе. И волкудлака помог поймать, и про нечисть рассказал, а еще и подарок сделал.

— Не брешешь? — недоверчиво протянул Замайло. — Первый раз слышу, чтобы лесной хозяин подарки дарил. Вот, от угощения он не отказывается, про то знаю. Но подарки?

— Так мы тебе сейчас этот подарок покажем, — сказал Клест. — И парня я тебе покажу, который с хозяином подружился. Да что там — он лесного хозяина и позвать может. Хочешь?

Но предложение встретиться с лесным хозяином у Замайлы энтузиазма не вызвало и он сказал:

— Хозяин леса пусть у себя в лесу сидит, нам он без надобности. А вот его подарок я бы глянул.

— Яр, покажи-ка нашему гостю подарок, — приказал воевода Ярославу.

Воеводе перечить нельзя, поэтому пришлось сдвигать соседей, чтобы выбраться из-за стола и подойти к начальству.

— Изволь, — кивнул Ярослав, вытаскивая из-за пояса свою не то плеть, не то косу, сплетённую лешим. Не зная, что с ней дальше делать, просто положил ее на стол, прямо перед гостем.

— И что за штука-то такая? — полюбопытствовал Замайло, осматривая травяную плеть. Но мудрый и опытный воевода не стал брать в руки незнакомую вещь. Тем более, что со слов своего соседа, ее подарил лесной хозяин. Взяв ложку, которой он ел кашу, осторожно потыкал ею в плетенку. Хмыкнул: — Ровно коса девичья, только из чего плетена — непонятно. Тут и травы какие-то незнакомые, и цветочки. И что с этим подарком делать?

— Если воевода прикажет — могу показать, — сказал Ярослав, посмотрев на своего начальника.

— Давай, показывай, — махнул рукой Клест.

Подумав – на ком бы опробовать подарок лешего, Ярослав посмотрел на одного из ратников, сопровождавших Замайлу. Сказал тому: — Не пугайся, худого ничего не будет.

Ярослав кинул плеть прямо в лицо ратника, а когда тот инстинктивно вскинул руки, скомандовал плети: «Хватай!».

Плеть, словно змея прошла между сомкнутых ладоней, метнулась к шее ратника, оплела ее, а потом, удлинившись, опутала еще и руки, да так, что ратник не мог и пошевелиться.

Воин, с округлившимися от страха глазами, пытался избавиться от плети, но та, как живая, еще сильнее опутывала ратника.

Опасаясь, как бы плеть не переусердствовала, и не придушила чужого ратника, Ярослав приказал:

— Отпусти!

И коса, тотчас же ослабила зажим, принялась съеживаться, а когда Ярослав поднял руку, то прыгнула в его ладонь.

— Вот такой дар от лесного духа, — произнёс Клёст с гордостью, словно это он сам только что опутал ратника, а не плеть.

— И слушается эта плетка только тебя? — поинтересовался Замайло.

— Не знаю, — честно ответил Соколов. Потом предложил: — Хочешь сам попробовать?

Замайло покачал головой и сказал:

— Нет, парень, с чужими подарками лучше не шутить. Тебе дали, значит, только тебя и будет слушаться. А кто другой возьмет – так неизвестно, что эта плетка выкинет. Так что, убери ее обратно, я уже верю. Но скажите, а что вам лесной хозяин рассказал по поводу нечисти?

Ярослав, чтобы больше не пугать гостей, повязал плеть на пояс.

— Нестер сам её разыскивает, но говорит что проще дождаться когда она сама уйдёт, — с позволения Клёста вставил Ярослав.

— Понятно, — хмуро произнёс воевода.

Замайло, задумчиво переводил взгляд со Клёста на Ярослава:

— Скажи-ка Клёст, а это не тот ли парень, что моего Первака в полон взял?

— Он самый и есть, — кивнул Клёст. — Он, вишь, и сына твоего одолел, он и с хозяином лесным дружбу водит.

— Ясно, — кивнул Замайло. Побарабанив по столу, спросил: — Ну что, воевода? Спасибо за хлеб-за соль, но пора и о деле. О выкупе за моего сына здесь станем говорить или к тебе в покои пойдем?

— А я хотел тебе показать, как мы село отстроили, — пожал плечами Клест, словно бы недовольный переходом на такие скучные вещи, как выкуп. — Ты ведь, у нас лет семь назад был? Перед отцом-то уже не похвастаюсь, так хоть тебе покажу. Чтобы ты видел, что я память отца не посрамил, а его село приукрасил.

— Да видел я твоё село, — буркнул Замайло. — Пока к тебе скакали, успел посмотреть. Вижу, что и приукрасил, и что память отца твоего Клеста-старшего не посрамил. Так что, давай о деле.

— Ну, о деле, так о деле, — не стал спорить Клест. — Но о делах лучше в палатах, чтобы чавканьем никто не мешал.

Воеводы ушли, а вслед за ними пошли и дружинники. Ратники разных воевод расселись наособицу, но за оружие никто не хватался, ссориться не пытался. Да и чего ссориться-то на сытое брюхо? А что там, и как, пусть старшие думают.

Воеводы говорили не меньше часа, порой до ратников доносились повышенные голоса. Верно, спорят о чем-то. Но спор – это не ссора.

Наконец, из дома воеводы вышел Замойло. Старый воин нес нёс с собой узел, из которого торчала рукоять меча.

— Эй, парень, не знаю, как тебя и звать-то? Вроде бы Яр? Или Ярик? — окликнул Замайло Ярослава. — Клёст вернул мне доспехи и меч сына.