В топях (СИ) - Кронос Александр

— Орнос? Как?

Голос звучит хрипло, с какими-то царапающими нотками — ничем не напоминает прежний тембр. Но зато понятно, что это она. И судя по всему, с сохранившейся памятью и в какой-то мере целым разумом.

— Воспользовались рецептом Палача и пробили окно в…место, где ты была.

Несколько мгновений она стоит на месте, продолжая крутить головой. Наконец прекращает, уставившись на меня.

— Это…правда ты. И Джойл. Эйкар.

Сглотнув, ошалело машет головой, разглядывая свои руки и ноги.

— Моё тело.

Подняв лицо, внезапно бросается вперёд и спустя секунду, её руки обвиваются вокруг моей шеи. Чувствуя тепло тела, понимаю, что она на самом деле жива. Возможно не совсем такая, как была прежде, но всё-таки вернулась в этот мир.

— Ты не представляешь… Это ужасно. Нельзя. Нам нельзя умирать.

Руки смыкаются железной хваткой, а девушка продолжает шептать, порой срываясь на полностью нечленораздельные фразы. Расцепиться получается только спустя несколько минут уговоров и поглаживания по волосам — не знаю, что она пережила «по ту сторону», но стабильность её состояния сейчас оставляет желать лучшего.

Эйкар, свернув в трубку большой лист бумаги, забирает кристалл разума Байса и мы выдвигаемся в сторону выхода. Виконтессу приходится буквально вести самому — самостоятельно направлять свои заплетающиеся ноги, Айрин оказывается не в состоянии. Выйдя в замковый двор, уже скрытый темнотой, вижу изрешечённый пулями труп мужчины, прямо около входа в помещение, где нас собирался прикончить толстый соратник Айвендо. Осмотревшись, замечаю ещё две кляксы, похожие на валяющиеся вдалеке тела. Микка, которая тоже крутит головой, подтверждает мою догадку.

— Та пара, что была на воротах. Не двигаются, но отсюда не понять, что с ними.

Глянув на Эйкара и Джойла, что застыли истуканами на небольшом отдалении, начинаю отдавать приказы.

— Микка — проверь тех, что лежат вдалеке. Если живы — прикончи. Хьяса — на стену, наблюдай за подходами. Железяка — прикрой нас с другого фланга.

Телохранители отправляются выполнять распоряжения, а я аккуратно усаживаю Айрин на землю, оперев спиной о стоящую здесь бочку с водой. Выпрямившись, поворачиваюсь к ждущим друзьям и дождавшись, пока Эйкар активирует защитный артефакт, начинаю разговор первым.

— Жирный ублюдок сказал правду, я из другого мира. Тот ритуал о котором говорил схор, погибший под Скэррсом — это попытка создания второго Сторна Эйгора, только теперь со мной в главной роли. Когда что-то пошло не так, меня забраковали, сослав в Хёниц, а потом попытались убить. Собственно, вы в курсе практически всей моей истории — до университета был крайне короткий промежуток времени, за который я и сделать ничего толком не успел.

Эйкар молчит, а вот голос Джойла в окружающей нас тишине звучит весьма громко.

— Так ты нам лгал всё это время? И никакой не наследник престола?

Скрипнув зубами, формулирую ответ.

— Если смотреть на физическое тело — я Кирнес Эйгор, который и должен править Норкрумом. Только вот его разум стёрт — его заменил мой.

На момент замолкаю, подбирая слова.

— Но это по-прежнему я — тот самый парень, что отстреливал оживших мертвецов, подавлял мятежи и прошёл с вами через целую груду гхаргового дерьма. Уж извините, но проснувшись в чужом теле и непонятном мире, я решил, что стоит попытаться выжить, а не давать повод пустить себя на опыты.

Слышу, как хмыкает Эйкар и если я не ошибаюсь, тональность звука вполне понимающая. Через секунду, старый маг сам обращается ко мне.

— Откуда ты пришёл? Что это за мир?

Вздохнув, слегка развожу руками.

— В чём-то похож на этот, только континентов куда больше и полностью отсутствует магия. Зато есть куда более современное оружие — вплоть до такого, что способно уничтожить целое государство при его использовании.

Заинтересовавшийся маг придвигается ближе, видимо собираясь задать ещё один вопрос, но его опережает Джойл.

— Скажи — зачем тогда было затевать всю эту войну за престол? Для чего? Тебе так нужна императорская корона?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

От постановки вопроса впадаю в замешательство — звучит на самом деле, довольно обидно. Но тут же вспоминаю о том, что Джойл потерял Сонэру. А только что, на его глазах оживили Айрин, которая пусть пока не слишком адеватна, но всё же состоит из плоти и крови — вон, сидит прижавшись спиной к бочке и обхватив себя руками за плечи.

— Если ты не забыл, то я до последнего старался избежать огласки, чтобы не влипнуть в игру, что затеяли аристократы, маги, древние расы и императорская династия. Мы ввязались во всё это ради выживания — как думаешь, вышло бы у нас остаться в живых без сотен призванных и лояльных солдат?

Парень, чуть качнувшись, смущённо признаёт.

— Наверное нет — убили бы нас, чего тут гадать. Но мы же друзья. Мог бы рассказать всё раньше.

Покосившись на Айрин, которая кажется не слишком воспринимает нашу беседу, пробую объяснить.

— А что ты бы сам сделал, придя в себя после операции и осознав, что находишься в чужом теле, а вокруг абсолютно незнакомый мир? Сомневаюсь, что принялся бы радовать этой новостью всех вокруг.

Продолжить мысль не успеваю — здоровяк меня перебивает.

— Сначала — это понятно. Но что тебе мешало всё нам выложить потом, когда все уже были хорошо знакомы? Не чужие ведь люди.

Судя по тону голосу, парень всерьёз обижен и отчасти зол. Стараюсь подобрать слова ответа так, чтобы объяснить расклад.

— Я боялся, Джойл. Вот так — тупо и банально. Выложи я вам всё — мог потерять единственных людей, за которых мог зацепиться в этом мире. Хочешь верь, хочешь нет — дело твоё. Но это правда.

Уроженец Хельгина замолкает, а вот Эйкар, дождавшись пазуы, задаёт вопрос.

— То оружие, о котором ты говорил — его можно воссоздать здесь?

На момент представляю себе ядерный удар, нанесённый по Схердасу и медленно покачиваю головой.

— Если говорить о том, что способно стирать с лица земли города — скорее нет, чем да. А всё остальное, здесь с лихвой компенсируется магией. Пара идей у меня уже есть — например воздушные механоиды. Только сомневаюсь, что они окажутся эффективнее обычных химер.

Из-за облаков выглядывает Луна и в её свете хорошо видно, как энтузиазм Эйкара постепенно угасает — похоже маг рассчитывал на куда больший результат.

Поняв, что пока вопросов больше не предвидится, машу рукой в сторону ворот.

— Нам надо выбираться отсюда. Только сначала было бы неплохо переписать населённые пункты, в которых нашлись осколки артефакта, раз уж мы реализовали целых два компонента заклинания вместо одного.

Посмотревший в сторону выхода за стены замка Эйкар, цокает языком.

— У Байса была бумажная карта — я уже нанёс все требуемые пометки. Но, чтобы ты понимал — третий компонент тоже был частично задействован. И как мне кажется, он неминуемо повлияет на запад империи. Не говоря уже о том, что члены «Белого Дня» уже мертвы — я чувствовал их смерти и льющуюся силу.

Не удержавшись, на автомате задаю вопрос.

— Как именно повлияет?

Старый маг печально усмехается.

— Выясним, когда найдём первый город, попавший под удар. Возможно нам повезёт и всё обойдётся. Но как по мне — стоит готовиться к худшему варианту.

Странно — Эйкар ведёт себя так, как будто заранее знал, что я окажусь на самом деле не Кирнесом Эйгором. Что наталкивает на мысли не самого позитивного толка. Сам он видимо понимает направление моих размышлений и после короткой паузы, продолжает.

— Я догадывался, что с тобой что-то не так — слишком уж устойчивый айван. Такое встречается очень редко и обычно у тех, кто заполучает сразу несколько струн, у которых один объединённый талант. А в твоём случае всё было не так. И ещё масса мелочей, что накладывались поверх. Правда, если начистоту — я ставил на то, что с тобой проводили какие-то ритуалы, пытаясь вылечить и случайно наделили такими возможностями. Или подселили в тело разум призванного, чтобы повысить уровень регенерации и устойчивости к алхимической отраве. Но вот вариант с призывом из другого мира, хоть и присутствовал в мыслях, но казался не слишком вероятным.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})