Проклятие шаманки. Том 1. - Astrollet

— Оля, не боись, у меня все получится — только и сказал той я.

А куда деваться и я попросил опять Ямалнею о помощи. И здесь мы не ударили в грязь лицом. Даже мой партнер по танцам был в полном обалдении. Мы с ним даже станцевали кубинскую румбу и пасадобль. Какое я получил наслаждение, когда наконец увидел на роже этой администраторши, как у той отваливается в изумлении челюсть. Вот так и мы не лыком шиты!

Глава 24. Сеул — Дели

А зал восторженно свистел и рукоплескал всем участникам конкурса. И меня все-таки судейская коллегия сочла возможным включить в основной состав команды, так как узнали что я не простой зритель, а один из работников переводческих агентств. Ну, да после моего выступления меня просто не могли, не взять в Сеул.

— Ты, Женька и в Сеуле будешь первой — восторженно говорила мне Надежда — с таким голосом, пластикой и красотой затмишь там всех.

— А Николай от тебя без ума — вторила ей другая моя подруга, о своем партнере по бальным танцам — так классно станцевать без тренировки и подстроиться под его ритм, это надо быть мастером экстра-класса, так Коля утверждает. Давай раскалывайся подруга, где так научилась танцевать?

— Меня мама с пяти лет записала в музыкалку и школу бальных танцев — вдохновенно врал я — можно сказать всю свою сознательную жизнь занималась этим, вот вам и результат!

После конкурса было торжественное вручение наград и премий и зачитывали окончательный список, утвержденный совместной судейской коллегией, кто из конкурсанток поедет на фестиваль в Южную Корею, в Сеул.

Обе мои *подруги* Надя Буркова и Оля Соломатина попали в основную команду переводчиков, в том числе и я. Еще с нами за счет фирмы летел, в качестве нашего руководителя, Олег Краснов и два его телохранителя.

— В качестве вашей охраны — как утверждал Краснов.

А мне кажется в другом качестве, *халява-плиз*, фирма платит.

Впрочем не мое это дело. Мне вообще-то не хотелось никуда ехать, предчувствия у меня на этот счет были какие-то нехорошие.

— Женька! Ты чего? — сделали страшные глаза, две мои подруги — Только с тобой у нас есть шанс завоевать хоть какое-то место! А без тебя нам там делать нечего! И потом слышала какой будет приз за занятое первое место? Сто тысяч американских долларов! Неплохо, да? Собирайся подруга и даже не думай улизнуть от нас — безапелляционно заявили те.

Делать нечего пришлось собираться в Сеул на конкурс. После конкурса был торжественный ужин и ко мне подходили все с поздравлениями, особенно радовалась за меня чета Казанцевых, Алексей Фомич подошел уже чуть попозже и застал все мои выступления, а у Андрейки был такой восхищенный вид, что я даже покраснел от удовольствия, когда тот обнял меня и беспрерывно целовал меня в щечку, поздравляя, подрос он хорошо, почти был со мной одного роста. Но, когда со мной захотели пообниматься и поцеловаться совсем незнакомые парни, то я в корне сразу пресек их действия.

Меня могут целовать и обнимать только мои хорошие знакомые или друзья. С некоторых пор, я стал подозрительно относится к незнакомым людям, моя паранойя рулит вовсю.

После ужина были танцы и в качестве солистов выступали участницы конкурса. Особенно бурно и с восторгом встречали меня, когда я выходил петь на поддиум. От *женихов* не было отбоя. Они как-будто соревновались между собой, кто первый пригласит меня на танец. И почти каждый из них выспрашивал номер моего мобильника, утомили они меня что-то.

Домой ехали с Казанцевыми в одной машине. У Андрюхи, пока мы ехали рот не закрывался, настолько ему понравился конкурс. А Алла Леонидовна, обняв нас обоих, сидела на заднем сиденье совершенно счастливая, улыбалась и слушала восторженный рассказ сына. Алексей Фомич, сидя рядом с водителем, иногда поглядывал в стекло заднего вида и многозначительно хмыкал, тоже радуясь удачно проведенному вечеру и глядя на свою *будущую* названную дочь удивлялся ее многогранным талантам.

В делегации, по культурному обмену, кроме нас шестерых из фирмы *Владивосток* ехали еще тридцать пять человек, причем непосредственных участников конкурса было всего десять человек, остальные не пришей, ни пристегни. Вообщем все *работники* по обмену культурным опытом между двумя странами, а я их называл чиновничьи *шопники* от государства, ехали на *халяву* затариваться в Сеул.

Мне все это было, как бы до одного места, если бы не один из помощников главы делегации, толстый визгливый чиновник из министерства культуры, решивший что золотоволосая красивая девушка должна ему ответить взаимностью на его неуклюжие ухаживания и все время пытающийся навязаться в мое общество. Тот был достаточно тучным и постоянно потел, отчего от него всегда несло кислым застарелым запахом пота и фамилия у него была соответствующая Потейкин или Потницкий Алексей.

Сначала я его все время вежливо отшивал, на его постоянные навязчивые ухаживания. А он все время мне намекал, что с ним надо дружить и что у него находиться с собой общая касса делегации и он мне мог бы выделить некоторые средства для предстоящего шопинга в Южной Корее, если я буду к нему *внимательна*. Вы можете представить все мое презрение к этому мелкому воришке от государства, пытающему обворовать участников делегации, средства которые были выделены государством на костюмы и питание всем участникам фестиваля, чтобы не выглядеть бедными родственниками перед корейцами.

И когда тот вновь попытался ко мне подкатить со своими гнусными предложениями, то я его отшил при всех и в своем презрении опустил того ниже плинтуса. Вот, теперь у меня среди своей делегации появился мой личный враг, который до самого нашего прибытия во Владивосток по мелкому или по крысиному, исподтишка мне все время мстил. Тебе найти врагов, только один раз чихнуть, как сказала Оля Соломатина, качая головой.

— Женька, ты слишком красива и талантлива! — задумчиво глядя на меня, сказала она — ты, как та яркая жемчужина, которой хотят обладать все и поэтому должна кому-то принадлежать. Самой по себе существовать тебе противопоказано, у тебя всегда будут проблемы.

— Ну, спасибо! Успокоила! — проворчал в ответ той.

Середина июня, в Сеуле, когда мы приземлились в аэропорту Инчхон, жара стояла неимоверная и если бы не кондиционеры во встречающих нас аэробусах, то мы северяне наверное задохнулись от такой погоды. По приезде в гостиницу, я напялил на себя короткие шортики и обтягивающий маленький топик, закрывающий только мои огромные шары.

Все встретившиеся меня мужики только косили на меня глазами, хотя в Корее не принято так непосредственно пялиться на девушек, но видно я составлял для них какое-то исключение и буквально все провожали меня удивленными взглядами. Плевать, пусть смотрят, зато мне не очень жарко, хотя когда вышел на улицы Сеула, то с удивлением обнаружил, что я одет почти как все корейские девушки и чего мужики пялятся на меня?