Сплошные сложности - Рэйчел Гибсон

Но три дня спустя ее чувства все еще кровоточили, и она словно не могла перестать плакать. Ее жизнь была в руинах, и мысль о том, чтобы жить в одном с Марком штате и, возможно, порой видеть его лицо в толпе, была невыносима. И в то же самое время мысль о том, чтобы уехать из Вашингтона и, возможно, никогда не увидеть лицо Марка в толпе, тоже была невыносима. Челси проживала день за днем, просматривая объявления о поиске ассистентов, питалась в основном фастфудом и смотрела глупые телевизионные программы.

- Джорджина Ковальски занимается кейтерингом, - сказал Джулс за ужином в четверг вечером в спортивном пабе на Двенадцатой улице. Казалось, Джулс, питает слабость к спортивным пабам. Челси была не против, пока он не начинал выплескивать на нее статистические факты. – По крайней мере, занималась несколько лет назад, - добавил он. – Я мог бы позвонить и поинтересоваться, нужна ли ей помощь.

- Сколько она платит? – спросила, обмакнув жареную рыбу в кетчуп, Челси. Она знала, что Бо и Джулс пригласили ее на ужин в попытке развеселить. На самом деле, это не сработало, но, по крайней мере, спортивные программы на бесчисленных телевизорах заполняли неловкую тишину.

- Я точно не знаю, - ответил он, взяв вилку. – Вероятно, больше, чем ты получаешь прямо сейчас.

А сейчас Челси, конечно, получала ноль. Ей нужны были деньги. У нее было достаточно для того, чтобы оплатить первый и последний месяц аренды, плюс залог за квартиру-студию, но ей нужно было больше. Особенно если она решила вернуться в Лос-Анджелес.

- Может, тебе стоит надеть твою тунику от Готье на собеседование, - предложил Джулс. – И причесаться.

- Я думаю, ты будешь выглядеть в ней великолепно, - поддержала Бо. Она взяла гренку из салата Джулса и бросила себе в рот. Эти двое были уже на стадии разделения еды. Челси с Марком никогда не делили еду. Слизывание шампанского с тел друг друга не считается.

- Может быть, я смогла бы заняться кейтерингом.

До тех пор, пока он не имел ничего общего с кейтерингом звезд и спортсменов. И до тех пор, пока она не поняла бы, что будет делать со своей жизнью дальше.

В первый раз, насколько Челси могла вспомнить, у нее не было плана. Даже примерного. Она не чувствовала жгучего желания ни к чему. Чувство оцепенения, которое она так жаждала, накрыло ее, и энергии чувствовать вообще хоть что-то просто не осталось.

На нескольких экранах вспыхнула спортивная реклама, и Челси макнула в кетчуп еще одну рыбешку. Она не собиралась уменьшать грудь. Всегда хотела этого, но теперь ей было все равно. Звонила агент с предложениями роли статиста в местной рекламе, но Челси отказалась. Она просто чувствовала себя... истощенной. Как будто в ее жизни из тысячи живых красок осталось лишь два оттенка серого. Абсурд и еще абсурднее.

На другом краю стола Бо и Джулс смеялись над чем-то, что явно было шуткой только для них двоих. Он прошептал что-то на ухо Бо, а та наклонила голову и улыбнулась. Челси была рада за сестру. Рада, что близняшка казалась такой счастливой и влюбленной, но часть ее желала, чтобы и она сама могла быть такой же. Челси взяла вилку, чувствуя странную смесь пустоты и зависти.

На экране за плечом Джулса вспыхнул выпуск местных новостей. Челси подняла взгляд как раз тогда, когда в телевизоре появилось изображение главного менеджера «Чинуков» Дарби Хоуга, тренера Ларри Найстрома и Марка Бресслера. Казалось, пока она смотрела на экран, все вокруг застыло, исчезло. Звук был выключен, но титры бежали. Челси прочитала заявление о том, что Марк только что согласился на должность ассистента тренера «Сиэтлских Чинуков». Он сидел за столом в темно-сером костюме и черной рубашке, которую купил в «Хьюго Босс» в тот день, когда пригрозил заняться с Челси сексом прямо у стены. Кончики темных волос завивались у краев кепки с логотипом «Чинуков». Карие глаза смотрели из-под темно-синего козырька, и измученная душа Челси впитывала вид этого мужчины как умирающий от жажды холодную воду. Лицо Марка было чуть темнее, чем несколько дней назад. Вероятно, он тренировал Дерека, не надевая кепки.

Бресслер: «Для меня огромная честь получить такую возможность. С большинством из этих людей я работал на протяжении восьми лет и с нетерпением жду, когда займу место за скамейкой, и мы начнем еще одну гонку за Кубком», - гласили титры, пока сам Марк взирал на Челси с дюжины или около того телевизоров.

Ее сердце сжалось, и она положила вилку. Челси разрывали любовь и чувство потери, и казалось, будто ее сердце снова вырывают из груди.

- Что случилось? – спросила Бо, затем обернулась и посмотрела себе за спину. – О.

- Он согласился на работу, - прошептала Челси.

- Да. Этим утром.

На экране Марк протянул руку и поправил микрофон, стоявший на столе перед ним. Негнущийся средний палец торчал вверх, будто Хитмэн посылал весь мир куда подальше. Та же самая большая, изувеченная рука, которая скользила по бедрам Челси, заставляя все тело загораться огнем.

Марк обвинил ее в том, что она занималась с ним сексом ради бонуса. Он бросил ее чувства к нему ей в лицо, как будто она ничего не значила, но сердце Челси все еще откликалось при виде его. А ее тело все еще жаждало прикосновения его рук.

- Ты в порядке? – спросила Бо.

- Конечно.

Единственный человек, который знал ее как свои пять пальцев, не позволил себя одурачить. Бо встала с кресла и подошла к Челси:

– Тебе станет лучше.

Глаза затуманились слезами, и Челси отвела взгляд от Марка и посмотрела на свою сестру.

- Он вырвал мое сердце, Бо. Как мне хоть когда-нибудь может стать лучше?

- Ты справишься с этим.

- Как?

Бо покачала головой:

- Просто справишься. Я обещаю.

Она не была в этом уверена, но сестра так сильно старалась убедить ее, что Челси кивнула:

- Ладно.

- Я могу как-то помочь? – спросил Джулс.

- Можешь пойти и надрать задницу Марку Бресслеру, - ответила Бо.

Челси взглянула на лицо Джулса сквозь слезы и чуть не засмеялась. Он выглядел как олень, пойманный в ловушку.

- Она шутит. – Челси не хотела, чтобы Марку причиняли боль. Даже сейчас. Даже после того, как он так сильно ранил ее, что она едва могла дышать сквозь боль.

Бресслер согласился на тренерскую работу, и, если Челси останется в Сиэтле, ей придется видеть его в новостях. Она вытерла щеки. Ей нужно убираться из Сиэтла. Это единственный способ покончить с Марком.

- Ты можешь завтра позвонить Джорджине Ковальски?– Ей нужна работа, может, даже две. Чем быстрее, тем лучше. Чем быстрее она справится с чувством боли и потери, тем быстрее сможет вернуть жизнь на круги своя. Жизнь, которая не имеет никакого отношения к Марку Бресслеру.