Дарк - Екатерина Орлова

тайны должны оставаться запертыми, – ответил ей словами Сильвии. – Иначе, когда мы их распечатаем, то уже никогда не будем прежними.

– Такая глубокая мысль, – хихикнула Айви.

– Это все пагубное влияние Винса.

Айви ничего не ответила, лишь сильнее прижалась ко мне. А я баюкал ее на своих руках, впервые за много лет улыбаясь так широко, что сводило челюсти.

Эпилог

– Я с ужасом думаю о том, как будет вести себя Одри, когда забеременеет, – произносит Келлан, делая глоток пива. – Она же мне весь мозг высосет через ухо. Клянусь, эта женщина постоянно пытается установить свое господство в нашем доме.

– Поэтому у вас была свадьба в зеленых тонах? – спросил Винс, ухмыляясь.

– Да! – выпалил Кел, и едва не подскочил со своего шезлонга, расплескав пиво. – Она лишила меня секса на две недели, пока я не согласился надеть гребаный зеленый фрак. Сука, зеленый!

– Ты как будто не знал, куда идти за сексом, – хмыкает Винс.

– Мне еще дороги мои яйца, мужик. Я без них как бы… не совсем полноценный.

Я смотрю на то, как девочки нежатся в бассейне и ухмыляюсь.

– Я вот все думаю, Кей, как так получилось, что из сурового Доминанта ты перевоплотился вот в это? – Я перевожу взгляд на приятеля и указываю рукой на него. – Скоро будешь водить минивэн.

Винс начинает ржать не сдерживаясь, и к его хохоту присоединяется Лиам, подоспевший со свежим пивом к разговору. Келлан зависает и смотрит сначала на меня, а потом переводит взгляд на Одри, которая медленно выходит из воды. Ее муж снова бросает на меня быстрый взгляд, его глаза темнеют, и я понимаю, что он на взводе. В хорошем смысле этого слова. Келлан медленно отставляет бутылку на столик возле шезлонга, встает и походкой хищника направляется к жене. Ничего не подозревающая Одри стоит спиной к нему и отжимает волосы. А потом он подхватывает ее и забрасывает на плечо под пронзительный визг.

– Только дернись, Одри Абрамс, и ты получишь на пять ударов больше по своей соблазнительной попке, – негромко произносит он, шлепая ее по мокрой ягодице. Одри мгновенно замолкает и покорно повисает на его плече, а я удовлетворенно откидываюсь на шезлонге, попивая свое пиво.

Такой стала наша жизнь. Келлан женился на Одри. Их свадьба была такой, что мы не можем перестать подкалывать друга по поводу пятидесяти оттенков зеленого, а он каждый раз злится. Но это помогает ему вспомнить, кто в их семье должен стоять на коленях и у чьих ног.

Винс в процессе борьбы за свою идеальную женщину. Лиам даже не думает остепениться. А я через пару дней стану законным владельцем сладкой попки Айви. Моя девочка согласилась выйти за меня только после того, как вынудила меня признаться ей в любви. Я ради нее каждый день совершал какие-то поступки, доказывая свои чувства, но ей этого было недостаточно. Моя чувствительная девушка хотела слышать эти слова. Казалось бы, что может быть проще, чем озвучить то, что чувствуешь? Но не в моем случае. Во мне как будто был некий барьер, который поднимался с грохотом, как только я хотел произнести это вслух.

Я пытался отделаться вариациями: я тебя обожаю; я тебя боготворю; я тебя готов съесть… Но все было не то. Переломным моментом стала моя поездка в Вегас. Не знаю, зачем, но я разыскал Сильвию. Превратившись в шлюху, она опустилась на самое дно порока, и я думал, что там она и останется. Когда она изменила мне с двумя взрослыми мужиками, я действительно был готов положить ее там вместе с ними. Но в последний момент, когда я уже держал пушку у ее виска, остановился. Лиам тогда говорил мне, что я идиот, потому что оставил живого свидетеля. Но я знал, что она ничего никому не скажет. Я это чувствовал. Я до сих пор не сожалею о своем поступке. Эти мудаки были наркодиллерами, которые поставляли дурь в школы. Так что я повел себя, как санитар леса – грохнул тех, кто его загрязнял.

Как же я был удивлен, узнав, что Сильвия вернулась в веру и стала достойной своего отца дочерью и примерной католичкой. Когда мне принесли фотографии, я не сразу ее узнал. Скромная одежда, застенчивая улыбка и добрый взгляд. Когда я последний раз ее видел, она смотрела так, как будто знает твои страшные секреты, как будто прошла через строй мужиков и готова к следующему заходу. Теперь Сильвия совсем другая. Она замужем за священником и у них трое детей.

Мы встретились в кафе. Нам практически не о чем было говорить. Мы только попросили прощения друг у друга, пожелали удачи и разошлись. Но именно в тот день я поверил в то, что каждый заслуживает прощения и шанса на нормальную жизнь. Моим прощением и шансом стала Айви. Она – мой лучик света, которая одной своей улыбкой разгоняет тьму вокруг.

В день встречи со своей первой любовью я пришел в клуб, завел Айви в свой кабинет, усадил в свое кресло и присел на корточки напротив нее. Потом, глядя в глаза, полные вопросов, я опустился на одно колено, достал коробочку и открыл ее перед ней.

– Я люблю тебя, Айви и прошу стать моей женой.

Слова вышли хриплым шепотом, как будто даже мое горло сопротивлялось тому, чтобы я произносил их. Но я был твердо намерен сказать это, потому что больше не мыслил и дня без сладкой девочки Айви, которая стала смыслом моего существования. Тогда она кивнула и ничего не сказала. Просто позволила надеть кольцо на свой палец и зарылась лицом мне в шею, крепко сжимая в своих цепких объятиях. А теперь она заставляет меня каждый день повторять это.

В момент моих размышлений мокрая Айви падает на меня сверху, и я вздрагиваю. Она широко улыбается в паре сантиметров от моего лица.

– Скажи, что любишь, – шепчет она. Вот как она это делает. Нападает в самый неожиданный момент, смотрит на меня полными любви и нежности глазами, выпячивает свои нежные розовые губки и просит прямо. – Ну скажи, Мэтью.

– Я люблю тебя, – мягко произношу я, и глажу ее влажные после