Ноттинг-Хелл - Рейчел Джонсон

Христиане были в плащах с лозунгами, которые мы зачитали друг другу вслух.

— «Мой Спаситель спасет и тебя», — сказал Кас.

— «Я люблю Евангелие», — произнесла Мирабель.

Мы заметили, что никто не берет протянутые листовки.

— Мне хочется позвонить Кону и Гретхен, сказать, чтобы они оторвали задницы и ехали сюда, они упускают прекрасную миссионерскую возможность, — вероломно воскликнула я, быстро добавив, — дети, я просто шучу!

Кас и Мирабель обожают своих набожных дядю, тетю и кузенов, поэтому они одарили меня недовольными взглядами.

— Они из Кента? — спросил Патрик, скривив губы.

— Боюсь, что так, — подтвердила я.

Кас и Мирабель, хихикая, пытались придумать альтернативные слоганы, которые бы понравились толпе.

— «Как бы, черт возьми, поступил Иисус?» — предложил Патрик. — Упс, я сказал это при детях, Мими?

— Не волнуйся, мама сама часто ругается, — дипломатично успокоил его Кас, и я мысленно предсказала ему долгую и успешную карьеру в министерстве иностранных дел.

— Как насчет «Бог тебя создал — может и разрушить»? — произнес Кас.

— «Иисус умер за твою жирную задницу», — добавила Мирабель, глядя, как мимо проезжает карнавальная лодка полиции, украшенная большим баннером «Мы все разные, и это здорово».

Да, я чувствовала себя прекрасно, стоя здесь с банкой пива в руке, но даже думать не хотела о том, чтобы прийти сюда завтра.

В понедельник официальный выходной. Завтра здесь соберется еще больше народа. И люди придут с ножами и пистолетами, так что над головами весь день будут кружить вертолеты, и все, кроме самых преданных поклонников карнавала, обрадуются, когда все закончится, чтобы повториться в последние выходные августа следующего года.

— Эй, у меня есть новости о гараже Эйвери, — сказал Патрик, когда мы пошли к выходу. Дети вяло игрались с пустыми банками из-под колы, пока мы стояли в пустом коридоре.

Во всей обстановке чувствовалась рука холостяка, на ковре валялись рекламные листовки, в воздухе пахло пылью.

— Боже, все лето я о нем даже и не думала.

— Надеюсь, новости тебе понравятся, — заверил меня Патрик.

— Единственная хорошая новость, которую я могу себе представить, — это то, что совет по планированию вынес постановление снести гараж и признать, что они допустили ошибку, — ответила я, проверяя, хорошо ли застегнута моя сумка, прежде чем выйти в толчею. — Я хочу сказать, не могу поверить, что они проявили такую халатность и выдали разрешение на гараж, не обратив внимания на то, что это дом. Эйвери ни разу, даже чтобы соблюсти приличия, не поставили туда машину.

— У нас будет сетка, — перебил меня Патрик. Он не мог больше сдерживаться.

— Сетка?

— Да, общественным комитетом было решено отгородить гараж сеткой. — Патрик раздувался от гордости. — Эйвери, разумеется, в курсе. Салли и Боб даже приходили на собрания. На самом деле они высказали полное понимание. В любом случае сетка отгородит гараж, так что его не будет видно из сада, и что еще более важно, она загородит новые окна и они не будут оказывать световое загрязнение на бесценный оазис зелени Лонсдейл-гарденс.

— О, — сказала я с одобрением, хотя и не совсем уловила ход его мыслей. Я даже не была уверена, знаю ли я о новых окнах или нет или просто о них забыла. — Звучит неплохо.

— Потом Стивен посадит клематисы, глицинии и другие вьющиеся растения — Клэр посоветует какие, — чтобы спрятать саму сетку. Вопрос выносился на общее собрание, и все согласны. Как сказала Клэр, по словам Гидеона, ну ты меня понимаешь, есть какое-то постановление о постройках выше чем шесть футов. На них требуется разрешение, но так как Эйвери не возражали, не вижу, почему отдел планирования должен быть против. Я хочу сказать, что новый огромный дом с большими окнами на сад не вызывает возражений, так кто будет возражать против незначительной сетки? — спросил он, повышая голос в триумфе.

— Блестяще! — воскликнула я. — Теперь у нас будет сетка. Патрик, отлично сработано.

Пока я, болтая, выходила из квартиры с детьми, я поняла, что мне нравится идея с сеткой, и не только потому, что она обещает наконец-то подвести черту под всеми разногласиями по поводу гаража. Я также поняла: я рада, что вернулась.

Мне нравится эпизод в фильме «Случайная встреча», где Фред говорит Лоре, когда они сидят однажды вечером после ужина, читают в гостиной, а на улице льет дождь: «Тебя долго не было». И она отвечает: «Да». А потом муж говорит: «Спасибо, что вернулась ко мне».

Эта нежная немногословность берет за душу больше, чем если бы Фред и Лора вынесли на свет свои семейные проблемы и обсуждали их с психологом.

Да, я уезжала, но я вернулась. Я этому рада. Рада больше, чем ожидала. Все хорошо.

И Патрик тоже вернулся после своего изгнания. Это тоже хорошо. Возможно, все гораздо печальнее для девушки, которую он здесь трахал. Если только она не смогла сделать то, что все мы безуспешно пытаемся сделать. Закрыть за собой дверь и жить дальше.

Клэр

Мне нравится, когда в сентябре начинается новый сезон. Мне нравится, как начало и конец сезона создают свой ритм как альтернативу ритмам сменяющихся времен года.

Все мои клиенты возвращаются домой после шестинедельного отсутствия, снова ведут детей в школу, и мой телефон начинает разрываться. Я должна была бы испытывать измождение — я работаю по четыре часа в сутки, — но обнаружила, что полна идей и энергии.

Позвонила Мими, пожаловалась, что она вернулась во время карнавала, когда еще никого не было, и сказала, какое счастье, что дети снова пошли в школу.

— Мне повезло, что все трое учатся в Понсонби и мне не надо пытаться успеть в три места одновременно, — заявила она. Казалось, что подруга мается бездельем. Когда я положила трубку, то поняла, что она позвонила просто так. Она не предложила встретиться за обедом или за чашечкой кофе, не спросила, когда будет следующее занятие йогой, и только после того, как она повесила трубку, я осознала, что в первый раз в жизни Мими позвонила, не стремясь что-то получить. На самом деле это я кое-что от нее получила.

Я чуть было не позвонила ей сама и не пригласила на кофе… но что-то меня сдержало.

Как бы то ни было, услышав ее щебетание о школьных буднях, я задумалась.

Совершенно очевидно, что с образованием не шутят и в приличные школы сложно попасть — по словам Мими, они недосягаемы. Я должна иметь это в виду.

Возьмем, к примеру, школу Понсонби, о которой мне удалось завести речь во время нашего недолгого разговора.