Медвежий замок - Дмитрий Светлов

– Вам предстоит решить трудную задачу. На носу зима, жилые дома придется ставить прямо на снег.

– Будьте уверены, я справлюсь и оправдаю ваш выбор!

– После ледостава возникнет угроза нападения со стороны шведских отрядов. Поэтому я вам добавлю десяток лучников.

– Спасибо, мой господин! Я разобью всех врагов!

– Не сомневаюсь. В пятидесяти километрах на запад остров и крепость Валаам, где вы сможете получить помощь.

– Я не нуждаюсь в помощи!

– До меня по прямой около сотни километров, через лес получится все полторы.

– И это все ваши земли?

– Да, но местные племена не очень-то доброжелательны.

– Нам нужна покорность, а не доброжелательность! – уверенно заявил Николаус фон Кюстров.

Норманн решил не вступать в пустые дискуссии, прибалты восемьсот лет показывали немцам фигу в кармане.

– Ваших раненых я заберу с собой, они вернутся в декабре, когда земля покроется устойчивым снежным покровом.

– И инвалидов вернете?

– Я знаю хороших врачей, они способны вылечить любые раны.

– Хорошо бы, подготовка новых десятников потребует много времени.

– До прибытия на место вы должны придумать свой герб.

– Какие у вас цвета?

– Три горизонтальные полосы: черная, желтая и белая, – не задумываясь, ответил Норманн.

– Красивое сочетание и комбинация многозначительная, добавьте красный щит как символ верности.

– Для меня важен рисунок, для вас надо сделать печатку.

– У меня нет денег, – потупившись, признался барон.

– С деньгами позже разберемся. Вам депеши придется писать и печатку к сургучу прикладывать.

Николаус фон Кюстров густо покраснел, стеснительно шаркнул ногой и тихо произнес:

– Сокол на перчатке. – Затем собрался с духом и признался: – Я с детства мечтал о своем соколе.

– Крылья расправлены или сложены?

– На крепкой руке сокол сидит спокойно, крылья сложены.

Разговор с сотником подтолкнул к мысли сделать перстни для всех своих дворян. Самый необычный оказался у литовского лучника: три рыбины на зеленом поле. Франц фон Марев пожелал двух вздыбленных коней. А Дитрих фон Гренинг – простую амфору. Вот и остров Котлин. Встали к берегу и за день переместили людей и грузы, а Нерль получил особое поручение:

– Первым делом беги к итальянцам, предупреди о студенте из Болоньи.

– Не волнуйся, боярин, о шпионе уже все знают, предупредим.

– Передай мой приказ: отправить раненых на другой берег Онеги, сразу, пока льда еще нет.

– К волхвам отправишь? – насторожился Нерль.

– Травницы там, итальянцы их знают. В оплату пусть возьмут бочку соли.

– Антанаса травами не вылечить.

– Женщины сами разберутся – не смогут, сразу скажут. Да предупреди, я сам наведаюсь, как лед окрепнет.

– Будь уверен, боярин, все в точности исполню.

– С Шушуном поговори, он в Шамокше купцов и плотников знает. Дома для немцев купить да собрать надо.

– Понял, боярин, Шушун уже дал мне письмо и задаток, так что ждать тебя будут.

Драккары и карфи легко развернулись, подняли паруса и через час скрылись в вечерней мгле. С кораблями получилось сложнее, темнота наступила раньше, чем стянулись на якорях на приглубое место. Развернулись да подняли паруса уже во мраке поздней осени. Оставалось только удивляться уверенности корабелов, которые правили к входу в Малую Неву без единого ориентира.

Пасмурный рассвет с неприятным дождем застал флот на подходе к Васильевскому острову. Разговор Шушуна со старостой прошел «в дружеской и деловой обстановке», от деревни потянулись десятивесельные баркасы, приняли с кораблей буксиры, и гребцы навалились на весла. Так и дошли до крепости Орешек, сделав по пути шесть остановок для смены людей на гребных буксирах. При выходе в море Норманн даже не догадывался об истинной сути раскинувшихся вдоль Невы поселений. Кстати, неплохой бизнес!

– Шушун, а чьи здесь земли?

– Вдоль Невы? Вроде бы московские. Князь Андрей Александрович свеев согнал, да Москва забыла крепость восстановить.

– Прибрать бы к рукам. С каждого корабля за буксировку деньги собирай, и никаких забот.

– И не думай! Так тебе московские и дадут здесь развернуться. Сразу и подати насчитают, и крепость поставить велят.

– Ты прав, проще дождаться шведов или самому построить крепость.

– Сначала послов засылай да оговори межевую границу, чтоб обид не возникло. Иначе посадский боярин дружину пришлет.

Ладога порадовала свежим попутным ветром. Шушун увел к Подпорожью пять кораблей, которые после выгрузки должны вернуться с домами и плотниками. Норманн повел остальной флот к месту предстоящей зимовки. Острова Салми встретили тонким прибрежным ледком, хорошо не шуга, та к корпусу липнет, пришлось бы идти в обход. Приметный мысок вызвал у немцев бурю восторгов, пятидесятиметровая скала поросла тоненькими сосенками, что говорило о незначительной толщине почвы. Выбивающийся из скалы родник серебряным каскадом водопадов бежал в маленькое озерцо. Это оказалось сюрпризом, Норманн полагал скалу совершенно плоской, зато обрадованные немцы устроили настоящую пляску.

– Мой господин! – со слезами на глазах кричал фон Кюстров. – Вы подарили мне готовый замок!

– Какой же он готовый? Где вы будете жить?

– На противоположной стороне этого чудесного озера, там ровная площадка, можно построить трехэтажный дворец!

– Нет, Николаус, – вмешался Франц фон Марев, – третий этаж будет возвышаться над природными стенами.

Хинрих Пап аккуратно срезал веточку рябины и начал рисовать на засыпанном сосновыми иголками песке план будущего замка. Казалось бы, крошечный пятачок двести на сто метров, да еще с озерцом посередине, а на чертеже нашлось место даже для конюшен. Копейщики без разглагольствований приступили к службе. Один десяток ушел с рыбаками к речушке, где решило осесть большинство рыбаков. Другой десяток отправился к проливу, вторая часть поселенцев облюбовала там место для еще одной деревни. Третий десяток получил приказ разведать окрестности, что же, благоразумная предосторожность. Остальные приступили к вырубке деревьев и расчистке под строительство временного жилья. На обустройство походного лагеря назначили выздоравливающих. После сытного ужина спальный мешок на медвежьем меху показался не просто уютным, а по-царски шикарным гнездышком. Ночью приснился сон, где Норманн стоял на краю высокой скалы, а под ногами бесновались огромные черные волны. К утру выпал снег, в заливе появилась шуга – начало ноября, успеть бы добраться до Петрозаводска, который итальянцы упорно называли Петрокрепость.

Первый корабль пришел через пять дней. Вопреки ожиданиям бароны приказали отвезти пронумерованные бревна к рыбакам. Что же, они на самом деле заслужили право приоритета, свежая и даже копченая рыба в изобилии доставлялась к столу. В этот день привезли даже лося, и Норманн решил посмотреть, как обустраиваются переселенцы на новом месте. От приглубого каменистого берега шла наезженная телегами дорога, которая вывела к нужному месту на реке. Дома ставили на фундамент из крупных валунов, но его в первую очередь интересовали признаки, по которым люди выбрали именно это место. На сборке домов работали приехавшие плотники, они позаботились даже о мхе, который прокладывали между бревен во избежание появления щелей. Приятно такое видеть, не халтурщики, настоящие профессионалы, для них важен отзыв заказчика. Дома привезли хоть и в разобранном состоянии, но в полном комплекте, от ручки для входной двери до квадратиков слюды в оконные рамы и связок теса на кровлю. К берегу приткнулась лодка с крупным валуном килограмм на триста, не меньше. Рыбаки при помощи лаг перевернули свою лодку, камень оказался на приготовленной волокуше. Завидев Норманна, сняли шапки и низко поклонились.