Сказка для волка - Евгения Барбуца

— Не делай вид, будто не понимаешь меня, — разозлился он.

Не этого он ожидал, ох не этого.

Я бросилась. Он стоял достаточно близко, и длины цепи мне хватило. Целилась в шею.

Он обернулся мгновенно, в процессе разорвав одежду на мелкие клочки. Знал, что я атакую, имел прекрасную возможность добраться до моего горла первым, но вместо этого зажал зубами холку и прижал к земле. До смешного легкая победа, что неудивительно, ведь ходить нормально я так и не научилась.

Рык — не угроза, всего лишь предупреждение. От него по-прежнему не веяло агрессией.

Он сильнее, мое поражение — дело времени. Я слаба, значит, должна подчиниться. Эта мысль мне не нравится настолько, что я предпринимаю еще одну попытку вырваться. Всего-то и нужно, что добраться до его горла и сдавить со всей силы. Но резкая боль в холке останавливает меня, отрезвляя разум. Он впился зубами в нее, играючи удерживая меня в нужном ему положении. Я ему не соперница. Пока.

Почему-то эта мысль развеселила меня, поднимая настроение до игривого. Сама не понимаю мотивов собственных поступков и действий, ведь еще совсем недавно я была готова умереть в драке с монстром.

Нужно подчиниться. На время, до тех пор, пока не окрепну. Противно, но необходимо. А может, весело и интересно? Что со мной? Весело, но из груди рвется злобный рык. Словно страх мне заменил азарт и веселость, а злость и гордость увеличились в разы.

Скулю, давая понять, что смирилась со своей судьбой. Поджимаю хвост и уши, полностью расслабившись в его зубах и пытаясь подставить собственное горло.

Кто бы знал, чего мне стоило смириться и переступить через себя. Одна лишь мысль билась в мозгу — я выжила и уж точно не умру сейчас. Инстинкты подсказывали, что его нужно задобрить, и я даже знала, как это сделать. Чуткий нос уловил запах вожделения — он хочет меня. Это нормально, он сильный, здоровый самец. Всем своим видом я показываю смирение и, заглядывая в глаза, молча приподнимаю зад.

Увидев мое согласие, он пришел в ярость.

Стоило ему обернуться, как я почувствовала внутренний позыв последовать его примеру. Но он был настолько слабый, что не повлек за собой ответной реакции.

— Не смей, — рычал он, сидя на мне сверху.

Вопросительно смотрю на него, не понимая, чем он не доволен на этот раз. Глубоко в душе поднимает голову глухое раздражение.

— Никогда не смей так делать. Ты моя равная — Хорса, ты никогда и ни перед кем не будешь унижаться. Мне казалось, я доступно объяснил все в прошлый раз.

Прошлый раз? Ах да, помню. Бряцание цепи, терпкий запах, пустой взгляд и горячая кровь, струящаяся по жилам.

Я помню, он наказывал, но не помню за что, все смешалось в моей голове. Так значит, это был воспитательный момент? Злой Волк, чтоб его!

Я все-таки его покусала.

Абсолютно рефлекторно он отбросил меня к стене, что неудивительно. Его инстинкты сильнее и намного древнее, они уже давно превратились в рефлексы. Удар пришелся на правый бок, зазвенела цепь, и я рухнула на каменный пол. Почти не больно… и весело. Я кидалась на него раз за разом, пытаясь достать мягкие ткани. Поняв, что я не прекращу своих попыток добраться до него, он отошел за пределы моей досягаемости, где и уселся, спокойно наблюдая за мной с ненормальной улыбкой на лице.

— Может, обернешься и мы поговорим?

Идея была неплохой, вот только невыполнимой.

Случаются ситуации, в которых ты не просто бессилен, ты буквально раздавлен обстоятельствами и даже желания сопротивляться больше нет. Только и остается растерянно хлопать глазами, пытаясь не поддаться хотя бы панике. Но все тщетно, ты уже раздавлен, тебя попросту нет, очередной сломавшийся винтик этого сумасшедшего мира.

Довольно невеселые мысли, правда? По идее я сейчас должна выть и скулить в истерике от страха. А главное, причина очень даже уважительная — я не могу вернуться. Не помню, не знаю, как именно стать такой же двуногой.

Самое смешное, я не понимаю, зачем мне это? Единственное мое желание — избавиться от оков и темной клетки, в которой меня заточили. Мне очень нужно на волю.

— Ру, — насторожился он.

Наклонила голову на ок, посмотрев на него с интересом.

— Руслана, — голос его непривычно строг, — не валяй дурака, обращайся.

Я фыркнула, выказывая тем самым свое отношение к его приказам.

— Я ведь могу тебя заставить, — спокойно ответил он.

Интересно как?

— Я Хорт, маленькая, это одна из моих возможностей.

Он мысли читает?

— Это не телепатия, нам она не нужна. Элементарная невербалика, Ру. Должна уже была понять, все пять чувств обострились, а скорость обработки информации повысилась в разы. Это как эмпатия: наблюдая за простыми реакциями тела, мы можем видеть чужие мысли.

Он прав, я вижу. Нет, я чувствую. Но это не отменяет вопроса о том, как он собрался менять меня. И тут он меня удивил. Встав на четвереньки, по-прежнему обнаженный, он поймал мой взгляд и медленно пошел ко мне, оборачиваясь на ходу.

Глаз я не отводила, потому что было очень любопытно, что же он предпримет в следующее мгновение. Где-то внутри меня, совсем рядом, под кожей по телу прокатилась волна мерзкого, сводящего с ума зуда. Этот зуд… такой знакомый. Да, будет больно. А потом темно, и вновь боль, и так час за часом, минута за минутой, секунда за секундой. Это забавно, но быстро надоедает. Скучно.

И вот передо мной стоит гордый черный волк. Он был прекрасен. Только сейчас я смогла оценить его по достоинству. Эта стать, умопомрачительный запах, мощь и сила, исходящие от него, все это сводило с ума.

Куда еще больше-то? Смешно.

И вновь взгляд глаза в глаза, тихий вздох, молчаливый приказ, рождающий вызов, и волк исчез. Да. Боль, где-то в районе позвоночника. Противно. Надоело! И я по-прежнему смотрю на него с интересом, шевеля ушами от сосредоточенности.

— Черт, — выругался он.

Что его не устраивает?

— Ты должна была вернуться вместе со мной! — растерялся он. — Инстинкт, гены, ты сама, в конце концов!

Скучно… интересно, если броситься на него сейчас, я смогу достать до его горла? Нужно легонько сжать, вон там, чуть сбоку, а потом потянуть, вырывая плоть, и тогда вокруг все окрасится в странный красный цвет. Откуда я это знаю? Просто знаю. Всегда знала, гены.

Он окинул меня пристальным взглядом, зло прищурившись.

— Ру, — позвал он.

Продолжая рассматривать его со спокойным безразличием, я гадала, каким же образом его достать. Наверное, все же слишком пристально следила за его горлом, поскольку он мой якобы незаинтересованный взгляд заметил.

— О черт, — рявкнул он, поднимаясь на ноги и отправляясь к двери. — Николай!!! — заорал он, открыв заветную дверцу. — Живо ко мне!

Еще один. Быстро пришел, я слышала, как бежал, изрядно торопясь. Новоприбывший интереса не вызывал, не было в нем той стати и мощи, лишь раздражающий запах лекарств.

— Хорт?

Двое — слишком много для меня одной. Мне и первого-то за глаза хватало.

— Она не отзывается. — Напряжение так и сквозило в его словах.

— Быть не может, она полностью здорова, я сам проверял! — Страх.

Чего боится? Кого? Глупый вопрос. Здесь только один монстр.

— Она сохранила сознание, ты сам видишь — от зверя в ней почти ничего. По идее сопротивляться мне она не способна, понимает, что я сильнее, иначе попыталась бы броситься. Ни поединка, ни оборота. Шок?

— Или… — Недавно прибывший умолк на мгновение. Он не хотел говорить. Боялся. — Мы вместе просматривали записи с камеры, ее поведение отличается от всего, что нам доводилось видеть.

— Твои намеки беспочвенны.

— Агрессия, полное игнорирование собственного инстинкта, нелогичное поведение. Очень похоже на бешенство, но без внешних симптомов утверждать не берусь.

— Скажешь это, и я тебя удавлю.

— Но, Хорт, никто не пережил бы подобного без последствий.

— Заткнись, — рык. — Если ты хоть кому-нибудь проболтаешься о ее состоянии, я убью тебя. Ты меня понял?

Резкий запах страха ударил в нос сильнее, чем прежде. Боится — значит слабый, бесполезный. Может, самой его удавить? Потренируюсь на слабом, окрепну, а потом можно и на монстра бросаться.

— Да, Хорт. — Покорность, приправленная изрядной долей страха, которая так сладко щекочет нос.

— Найди способ обернуть ее в человеческий облик до завершения обряда.

Монстр зол.

А не все ли равно?

Он не нападает. Не видит смысла. Да, он будет искать другие возможности, а пока решил ждать.

В памяти шевельнулось нечто смутное, похожее больше на догадку, нежели на воспоминание. Когда-то он точно так же злился и точно так же ждал. А может, и нет, может, мне приснилось все, что было до бесконечной череды боли.

Подслушанный разговор интереса не вызвал. Монстр не пытался скрыть от меня беседу с излучающим страх двуногим, он знал, что я отлично слышу каждое слово их беседы. Ему было плевать? Или тут нечто другое?