Последний тоннель - Александр Неверов

- Ничего, - сказал парень. - Ровным счетом, ничего.

Не торопясь, он достал пистолет, навел его на Павлуху и выстрелил прямо в рот красавцу.

Брызги крови, ошметки мозгов и осколки от зубов разлетелись в стороны, оседая на окружающих. Хороший красный шлепок попал Серафиму в лицо, однако бывший ангел ничего не сказал и никак не выразил своего недовольства, начав вытирать пальцами кровь с лица.

В следующие несколько минут, при помощи местных доходяг, тело красавца выгрузили на платформу и какой-то угодливый местный шпендик вытер тряпкой кровь с тележки.

- И еще, - сказал Веник Серафиму, усаживаясь на тележку. - Митяй и бабы пускай пешком идут.

Товарища мертвого Павлухи словно ветром сдуло с тележки.

- Ну-ну, Серега, - бывший ангел положил руку на плечо товарищу. - Пусть бабы едут. Прошу тебя.

- Хорошо, - кивнул Веник и посмотрел на усатого. - Садись сюда, дядя Василий. Поедем.

Усатый забрался на тележку.

- Едем! - велел Серафим.

Закованные мужики только этого и ждали. Они сразу же начали толкать тележку, которая покатилась по рельсам туда, откуда недавно приехала. Обитатели станции безмолвно смотрели им вслед. Почему-то на душе стало погано. Веник заметил, что несколько местных обитателей станции увязались за ними следом, видимо, поддавшись на пропаганду парня. Это немного утешало.

Тележка въехала в тоннель. Света ламп над тележкой оказалось достаточно, что хорошо осветить окрестности и видеть каждую трещину на стенах тоннеля. Однако Венику было не до этого. Пригорюнившись, он молчал.

Видимо, усатый подумал, что Веник переживает из-за убийства красавца, поэтому сказал:

- Вообще-то, он хороший парень был. Неплохой...

- Этот твой Павлуха сам виноват, - заметил тому Серафим. - Ты ведь его знаешь? - показал он на Веника. - Видишь ведь, какой это человек.

- Знамо дело, - пробормотал усатый.

- Ну вот. А Павлуха ваш не проявил уважения и получил.

- Так он же не знал.

Серафим ухмыльнулся.

- Незнание законов не освобождает от ответственности! Слышал такое выражение?

- Слыхал, - кивнул усатый, угрюмо задумавшись о чем-то.

Бывший ангел подобрался ближе к товарищу и обнял его за плечи.

- Конечно, - сказал он. - Может, и не надо было его убивать. Прострелил бы коленки и хватит с него. Но не об этом речь. Сейчас-то все нормально, так ведь?

- Ну... - протянул Веник.

- Конечно! Едем куда надо, вокруг нормальные люди. Только ты в напряге и этот плохо! Я с тобой об этом и хочу поговорить. Нельзя так, Серега!

- Как, так?

- Игнорировать потребности организма! Я тебе про это еще на "Китай-городе" говорил. Человеку нужна баба! Я ведь тоже такой был. Тоже срывал злость, а зачем? Виноваты они, что у меня давно бабы не было? Нет! Я сам виноват!

Веник только отмахнулся.

- А и правда, - подала голос черноволосая подруга Серафима. - У него, поди, и девки ни разу не было. Надо ему было со Светкой идти. Да она и сейчас, прямо здесь, сможет. Да, Свет?

Вторая девка откликнулась:

- Да ну тебя!

Обе они рассмеялись, чем только разозлили парня.

Веник посмотрел на Серафима:

- Скажи ей, чтобы молчала.

- А ты мне рот не затыкай! - бойко откликнулась черноволосая.

- Помолчи, - бросил ей Серафим.

- А чего он...

Бывший ангел убрал руку с плеча Веника, повернулся и несколько раз сильно и без злобы ударил девушку. Та, вскрикнув от боли, упала на бок и тихо заплакала.

- Вот что я хочу сказать, - как ни в чем ни бывало вернулся Серафим к товарищу. - Запомни, Серега, три простые вещи. Первое: бабы нужны! Без них никак. Второе: бабу надо бить! Иначе, она тебя на шею залезет. А третье: баб нельзя воспринимать всерьез! А то есть такие чудики, которые ради них готовы на карачках ползать...

- Знаешь, Серафим, - перебил товарища Веник. - Мне последнее время мысли разные в голову лезут и покоя не дают!

- Какие мысли?

- Да разные! Вот все, что тут творится. Этот беспредел вокруг. Все эти люди, Павлухи, Адмиралы и бабы твои. Это ведь скотство сплошное. Они все ведь когда-то были маленькими и добрыми. А теперь что? Скоты самые натуральные. Сами они, что ли, стали такими? Нет! Их специально оскотинили. И сделали это те уроды, которые наверху. Всякие там профессора Мелюзгевичи и прочая сволочь. Разве не так?

Серафим потрепал товарища по плечу:

- Ну, я же сказал тебе - как только выберемся отсюда, то найдем всех этих профессоров и накажем. Обещаю!

- Возьмешь меня с собой?

- А то! Я без тебя этого дела и не мыслю, - ухмыльнулся товарищ. - Ты пока подумай, с чего мы начнем.

Веник кивнул. Бывший ангел отодвинулся от него и придвинулся к черноволосой.

- Ну, чего ты нюни распустила? - ласково сказал он ей.

- Не трогай меня! - попыталась отстраниться та.

- Да ладно. Я же люблю тебя, дура! - Серафим обнял девушку и начал что-то шептать ей на ухо.

Веник не стал прислушиваться и повернулся к усатому.

- Слушайте, дядя Василий. Так что там у вас случилось-то, в Альянсе? Вы-то как тут оказались?

- А! - досадливо махнул рукой мужик. - Мы тогда, ну когда в тюрьме с тобой виделись, нас назавтра сюда, на "Дубровку", отправили. А потом пришло задание со "Свободы". Так сказать, узнать ситуацию на "Кожуховской". Вот мы и сходили, узнали! Там бродяги такие же живут, но...

- А! - он еще раз с досадой махнул рукой. - Навалились и всех повязали, как детей малых. Вот, второй день мы эту тележку катаем.

- А что это за мудак на ней ездил? - спросил Веник.

- Так Гусар его звали. А второй там был - Адмирал. Они на "Марьино", да и на всей линии считай, заправляли. А их дружки и главная база, на "Печатниках". Их там полно, но эти главные бандюки были. С ними-то, с теми, кто на "Печатниках", как будем?

Он посмотрел на Веника. Тот хмыкнул:

- Ну, что значит, как будем? Будут дурить, убьем их всех. А ты что предлагаешь?

- Да я что, я как ты, как вы, - усатый посмотрел на парня с уважением во взгляде.

- Кстати, - спросил Веник. - Далеко отсюда до этих "Печатников"?

- Да уж, не близко, - усатый погрустнел, видимо припомнив, каково ему тут приходилось.

- А чего вы молчите? - прикрикнул вдруг рыжеусый на тащивших тележку пленников. - А ну, гоп!

- Гоп! Гоп! Гоп! - с готовностью откликнулись те.

- Тихо! - крикнул Веник, с трудом удержавшись, чтобы не выстрелить в воздух из пистолета.

Мужики замолчали.

- Не надо этого, - сказал парень дяде Василию. - И так тут беспредела и скотинизма выше головы. Так еще мы сами будем...

- Я понял, понял. Извини, сглупил я... - смущенно пробормотал тот.

- Послушай, Вениамин, - подал голос, идущий рядом, и держащийся за тележку Никита. - А вы-то, сами, откуда идете? Как на "Марьино" оказались?

- А... - Веник махнул рукой. - Мы с той стороны идем, с "Красногвардейской".

- Опа! - удивился усатый. - А у нас болтали, что там дальше хода нет, дескать, тоннели завалены.

- Брехня, - сказал ему парень. - Такая же брехня, как и то, что на поверхности жить нельзя. На самом деле можно. И, кстати, я надеюсь, мы скоро там и окажемся. Вы ведь не знаете, а сейчас Альянс уже людей наверх выводит!

- Куда это? - опешил усатый.

- На поверхность. И нет там никакой радиации и никаких мутантов. Врали нам. Я сам там был и все видел.

Парень видел, что все вокруг, включая прикованных мужиков, с интересом прислушиваются к их разговору.

- Слушай, Вениамин, - уважительно сказал Никита. - А ты как на этой линии оказался? Ну, на "Красногвардейской"?

- Долгая история, - отмахнулся Веник. Рассказывать о своих приключениях не было желания и поэтому он просто сказал. - Потом расскажу. Сейчас нам главное - до Альянса добраться.

- Слушай, Вениамин, - сказал усатый. - А что у вас там вышло-то, ну, в тюрьме? У нас про это дело все молчат. Нас вот, сюда, на "Дубровку" услали. Можешь рассказать, что там произошло?

- Да ничего особенного, - отвечал Веник. - Сбежал я.

Он в нескольких словах рассказал о своем побеге и о начинающейся сейчас эвакуации Альянса.

Усатый и Никита выслушали это с большими интересом.

- Меня одно беспокоит, - задумчиво проговорил дядя Василий. - Боюсь, что нас на "Дубровке" дезертирами считают.

Веник беспечно отмахнулся.

- Да какой там... Нашли вы о чем думать. Сейчас у Альянса начинается новый этап. У них теперь каждый человек на счету, так что не волнуйтесь. Учитывая, что вы мне помогли добраться, то едва ли не героями будете.

- Это да, - почему-то тяжело вздохнул усатый.

Между тем, тоннель изменился. Глядя на его стены, Веник понял, что впереди станция.

- Это чего тут? - тронул он дядю Василия.

- Это станция тут. Забыл как ее...

- "Братиславская"! - любезно откликнулся один из мужиков, впряженный спереди в тележку.

- Во-во, - кивнул идущий рядом Никита.

Рядом потянулась темная платформа. Чтобы осмотреть зал станции, Веник встал в полный рост на тележке.