Ричард Длинные Руки – фрейграф - Гай Орловский

Городов столько, что будь у меня прежняя память, уже сбился бы со счета. Край населен куда плотнее, чем я думал еще вчера. Сейчас вот перевалили через небольшую каменистую возвышенность, и сразу же за ней распахнулся дивный плодородный мир, заросший дикими цветами, но такими крупными и яркими, что расцветили как праздничными огоньками всю долину.

– А это что? – спросил я. – Опять какое-то заповедное поле мертвых?

Принцесса не поняла вопроса, а Мириам крикнула насмешливо:

– Какое поле? Здесь драконов отродясь не видывали!

– Что ж, – ответил я, – удивим народ.

– Не надо, – сказала она поспешно, – не отвлекайся, не отвлекайся!

– А сожрать пару людишек? – спросил я. – Зато все сразу увидят, что это ты мне велела.

Она спросила настороженно:

– Это почему?

– А чья веревка у меня на шее?

Она нахмурилась, закусила губу, я слишком умело повернул знак ее власти против нее же. Принцесса беспрестанно ахала, растопыривала глаза, полные удивления и восторга, раскрывала рот и то и дело указывала розовым пальчиком на скачущих далеко внизу людей или проплывающие в сторонке города и села.

– Как замечательно!

– Что? – спросил я. – Сидеть на спине и показывать пальчиком?

– Нет, летать! Ты такой счастливый, такой счастливый… У тебя крылья!

– Чтобы получить полное удовольствие от полета, – объяснил я мудро, – крылья вообще-то и не нужны. Они нужны, если захочешь почувствовать удовольствие от полета во второй раз.

Мириам сказала саркастически:

– Ах-ах, как мудро!

– А то, – сказал я гордо. – Драконы – это мудрость с крыльями. Хоть и рептилья.

– Ты же говорил, что драконы не рептилии!

Я отмахнулся.

– Да это так, к слову. Как будто рептилией быть хуже, чем голым и противным человеком! На самом деле рептилии… это венец природы! Вот ты, понятно, не венец. А я – венец.

– А я кто? – осведомилась она.

– Не знаю, – признался я. – Наверное, копыта. Или хвост. Но не венец, точно…

Она поморщилась.

– Подумаешь, оно с крыльями! Надо же… А у меня душа летает!

– У женщин есть душа?

Она фыркнула.

– Это у вас, жаб-переростков, нет души! А если и есть, то не крупнее комаров.

– Комар, – сказал я рассудительно, – это хорошо. С крыльями! А вот у людей души вроде червячков. Ползают, ползают…

– А ты откуда знаешь?

– Мы, драконы, – сказал я важно, – мудрые. Все на свете знаем. А что не знаем, то и не надо. Зачем знать ерунду всякую? Главное, знать не многое, а нужное.

– Ах-ах, – сказала она саркастически. – Так и поверю, что ты знаешь хоть что-то полезное.

Земля внизу начала приподниматься, я ощутил по смене теплового потока. Финиковые пальмы стали попадаться реже, зато почва стала каменистее, суше. Впереди начал вырастать древний и полуразрушенный хребет, я рассмотрел ущелья, котловины, горы в дырах и кавернах. Отвесные стены как швейцарский сыр – обычная участь старых и рассыпающихся гор, разрушения всегда начинаются изнутри, с разрастания крохотного кариеса в большое дупло, а затем в Мамонтову пещеру…

Иногда успевал увидеть в темноте пещер огоньки, что значит, люди все-таки и здесь живут. Но кто, не монахи же – отшельники, аскеты всякие?

Стали встречаться на склонах козы, эти везде пролезут, потом овцы – сперва редкие, диковатые, потом ухоженные стада, наконец внизу потянулись села, мелкие города…

Воздух здесь прохладнее, однако яркое, хоть и непривычно маленькое солнце прогревает левую сторону и слепит глаз. Теплые потоки доносят запах слабо горящего кизяка, при отсутствии леса это основной отопительный материал. Пахнуло подгорелым мясом, из-за гряды отвесных скал появилось неширокое озеро, полное густой тени, вода кажется загадочно темной.

Я рассмотрел множество стрижей, проносящихся над ее поверхностью, странные птицы, словно их творила не природа, а умелые дизайнеры с закидонами, слишком демонстративно изысканны формы крыльев, вилкообразный хвост и это странное умение летать над поверхностью воды и зачерпывать крохотным клювиком воду…

Сверху донесся восторженный вопль принцессы:

– Озеро!.. Настоящее!

Мириам спросила:

– Ты что, озер никогда не видела?

– Никогда, – вскрикнула принцесса. – У нас только крохотные бассейны, везде мрамор, никакой травы… Шумил, миленький, давай спустимся и посидим на берегу?

Мириам сказала раздраженно:

– Я тоже устала сидеть на этом костлявом чудище, но нам нельзя задерживаться.

Я повернул голову, обе уставились на меня из-за широких шипов гребня, глаза блестят, лица раскраснелись, то ли от встречного ветра, то ли от возбуждения. Мириам крепко держится за шип, принцесса же уцепилась всеми четырьмя за ближайшие выступы и наросты.

– Сделаем привал, – согласился я. – Вы устали.

– Мы можем лететь дальше! – возразила Мириам и добавила ядовито: – Но если ты уже выбился из сил…

– Еще нет, – ответил я, – хотя ты уже потяжелела. Похоже, откормилась, пора тебя есть. Но я сам хочу осмотреть озеро.

Мириам проигнорировала насчет упитанности, хотя и пощупала себя за складку на боку, спросила удивленно:

– Тебе зачем? Поселиться в нем вздумал?

– Да, – ответил я твердо. – Буду воду мутить.

– Зачем?

– Чистая слишком, – объяснил я. – Непристойно чистая. Оскорбительно. Разве в такой крупную рыбу поймаешь?

Пока земля приближалась, я охватывал взглядом и дороги, что идут вблизи озера, хоть и не подходят близко. Когда через эти земли пойдет крестоносное войско, нужно маршрут наметить так, чтобы по дороге были либо вот такие озера, где можно не только пополнить запасы воды, но и напоить всех коней, либо большие колодцы, оазисы, водопады, хотя бы мелкие речушки с пригодной для питья водой…

Озеро расположилось у подножья отвесных скал, даже одной скалы, длинной и вытянутой, разделенной разве что зубцами, означающими вершины. С большой высоты падает ручей, разбивается о широкий каменный уступ и дальше красивой серебристой лентой, не касаясь стены, устремляется к поверхности озера.

В той части оно бурлит, разбегается волнами, что странно быстро гаснут, и дальше озеро кажется наполненным темным маслом.

Я сделал полный круг над скалами и озером, рассматривая с высоты, неожиданно для женщин устремился к каменному выступу и, повернув крылья, мягко сел подальше от края.

Ручей не слишком большой, водопад умеренный, да и высота небольшая, хотя брызги разлетаются далеко и сразу намочили мне левый бок.

Мириам спросила, не двигаясь с места:

– А к озеру?

– Сперва посмотрим, – отрезал я. – Слезайте. Можете помыться под проточной водой. Или вам надо обязательно в озере, где оставили пот, грязь и слюни те, кто купался до вас?