Охотник И Его Горгулья - Елена Ларичева

- Ну же, мы жаждем знать правду. Тарвис, - Мастер откинул с головы капюшон и обернулся через плечо, - думаю, тебе и так будет все слышно. Заодно за улицей последишь.

Лягушонок разочарованно вздохнул, но подчинился. Власть он уважал.

- Не хочешь рассказывать, Нариро, кто убил отца Ванитара? Я сделаю это за тебя. Можешь дополнять, если пожелаешь.

Я боялся пошевелиться. Мастер заинтересовался историей? Насколько я успел узнать мэтра, он вмешивается лично только, если дело касается чести Ордена.

И Сальвадор не стал медлить.

- Ты, как более старший и опытный товарищ, сумел убедить азартного Дильтара совершить безумство - отправиться в затерянный город, составить тебе компанию для подстраховки. Сам должен понимать, в проповедники, как и в охотники, идут люди с авантюрным складом характера.

Это точно. Мать переживала, что я так похож на отца…

- Они отправились в город. Один из любопытства. Другой из расчета. Нариро не так давно раздобыл записи хроникера - добровольного информатора моего Ордена. Кстати, как именно?

- Его сожгли в одной из новообращенных деревень. Он поклонялся Неназванным, - через силу признал человек из прошлого. Вот оно что, Мастер напал на след вредителя.

- По твоему навету сожгли? - для порядка уточнил Сальвадор, зная ответ. - Среди его записей ты вычитал легенду об амулете Неназванных богов. Будто есть пирамидка из трех секций. Первая отвечает за веру. Вторая за мир. Третья за войну. Следы амулета затерялись в том самом зачумленном городе как раз до появления на юго-западе первых жрецов Всевеликого.

Люди, эта история мне уже не нравится. Во что нехорошее ввязался мой папуля?

- Вы отыскали амулет. Нет не так. Вы отыскали амулеты. Жрецы Неназванных не разбрасываются идеями. Они используют единожды выбранную форму многократно. От чего там были кулоны-пирамидки, ты хоть сам разобрался?

- От пожаров, от разных болезней, от насекомых, - вынуждено ответил Мастеру Нариро.

- Молодец, оценка "отлично", - похвалил его Сальвадор. - Судьбе было угодно, чтобы твой спутник подобрал тот самый, за которым ты явился, но не сказал тебе. Сунул в карман лежащий отдельно от всех брелок и пошел своей дорогой.

- Не так, - все также хрипло отозвался проповедник. - Он взял с собой священные книги. Мы обязаны относить свитки других верований в храм, дабы не расползалась скверна по земле. В тайнике…

- Оригинальное мышление, - тонкие брови Мастера насмешливо изогнулись. - Значит, тайник был в книгах. В тайнике - пирамидка. Вернее две ее части. Третья досталась тебе. Ты не разобрался поначалу, отпустил приятеля в самостоятельное путешествие. А когда понял, было поздно. Дильтар изучил свойства находки и спрятал для сына.

- Но что в ней такое удивительное, кроме способности к убеждению? - недоумевал я. Разве стоило ради нее идти на жертвы, на которые пошел Нариро? И насколько он виновен в гибели отца?

- Правильно действует она только собранная вместе, - не спешил раскрывать всех секретов Сальвадор, похлопывая проповедника по плечу. Тот кривился, гримасничал, будто его клеймили раскаленным железом. Зато третья часть, отвечающая за войну, тянула силы из своего обладателя. Так, недруг мой?

- У-у, - Нариро попытался скинуть руку Сальвадора со своего плеча.

- Тихо, не волнуйся. У нас еще будет время пообщаться более тесно. Когда тебя будут судить по законам моего Ордена.

Бр- р, мне даже страшно, что он сделает с тобой. Он же нелюдь, и логика у него не человеческая. Мастер словно прочел мои мысли (А вдруг прочел? Кто его, дракона, знает?), улыбнулся и покачал головой.

- Сила Неназванных богов и их жрецов отличается от силы магов, ты даже не можешь себе представить насколько кардинально. Чтобы выжить, не превратиться в бесплотный призрак, Нариро додумался совершать человеческие жертвоприношения. Он уподобился последователям темной богини. Твой отец был первой жертвой, Ванитар. Нариро наблюдал, как фанатики расправились с ним. А сам через фрагмент амулета выпивая силу. Потом прислал в храм уцелевшие личные вещи, дабы засвидетельствовать гибель.

Что? Этот человек виновен в смерти отца? Во всех бедах моей семьи?! Не только в моих собственных? Я подскочил из-за стола, но Сальвадор удержал меня, осуждающе скривил губы и продолжал:

- Прости, его будут судить по моим законам, Ванитар. За гибель твоего отца, за смерть моего хроникера, за расправу над свидетелями, в числе которых Сварлиг и его молодчики, и многое-многое другое. И поверь, он свое получит сполна. Преступника хранила сила амулета, потому мои маги не чувствовали след. Если бы не ты с Солевом… Спасибо.

Он подхватил перепуганного Нариро за шкирку, грубо вытряхнул из-за стола, перепугав продавца и посетителей за соседними столиками. Бросил мне: "Загляни за своим настоящим наследством" и испарился вместе с пленником.

Я сжал кулаки и тихо простонал. Зачем ты дал мне узнать правду, Мастер, чтобы после увести главного злодея из-под носа? Зачем?

Боль разочарования вонзила в сердце острые ядовитые коготки. Я так и стоял, вцепившись в спинку стула, пока на редкость молчаливый Тарвис не отодрал меня от нее и не вытащил на улицу, где вручил Малышу. Тот усадил мою полубессознательную тушку в алый Тирелев экипаж и повез в Вольницу - отпаивать успокоительными отварами и убеждать, что жизнь по-прежнему прекрасна, а злодеи наказаны по справедливости.

Я не дергался, не ругался. Просто сидел, упершись взглядом в одну точку, и позволял делать со мной все, что друзьям заблагорассудится. В какой-то момент в общей сутолоке вокруг меня, несчастного, промелькнула гибкая фигурка. Осмелевшая Виреса присела рядом, взяла за руку. Все-таки хорошо, что я напялил на нее тот браслет. Хоть одна душа обо мне теперь будет переживать. За исключением матери, учителя, и, конечно, Нюки…

Вот так я жил. Дни сменялись днями, а я никак не находил в себе сил проверить содержимое банковской ячейки. Потому что боялся разочароваться в отце. Много-много лет я рисовал себе образ вдохновленного верой проповедника, бесстрашно углубляющегося в дикие земли, просветляющего души невежественных людей. Я всегда уважал проповедников и жрецов, ходил в храм не по зову веры (да простят меня Всевеликий Тарден и Милостивая Соэра), а из чувства долга перед отцом. Теперь, после всего рассказанного Мастером терялся в сомнениях.

Я даже не ответил на письмо матери с короткой припиской Солева. Не сомневаюсь, Сальвадор в красках поведал им историю поимки и суда Нариро. Но, Всевеликий, я не желаю связываться со страшными тайнами чужой религии и брать в руки страшное изобретение их жрецов-колдунов. Хватит Вирескиного браслета!