Вихри Валгаллы - Василий Звягинцев

– А что для нас хуже?

– Вообще-то первый вариант был бы предпочтительней… Если мы оказались в прошлом, я даже не представляю, как из такого положения выпутываться…

– Тогда до выяснения считаем, что имеет место первый… Ну а если нет…

– Сейчас что будем делать? – Ирина как бы молчаливо согласилась с Шульгиным. – Поедем к Сильвии в имение?

– Обязательно, но сначала еще дельце имеется. Хорошо бы снова твоей машинкой воспользоваться, но рискованно. Не будем умножать парадоксы. По старинке придется…

Вдалеке зацокали по камням копыта лошади, и из тумана показался медленно движущийся кэб. С вокзала, наверное, возвращается, что ему еще глубокой ночью на улице делать?

Сашка свистнул и взмахнул рукой.

Они проехали мимо темной громады «Хантер-клуба», свернули на поперечную улицу, где и вышли у подъезда не слишком солидного отеля «Мансинг». Шульгин дал кэбмену на шиллинг больше, чем требовалось, и тот, довольный, щелкнул кнутом, посылая лошадь рысью.

– Так, Ирок, теперь ты меня подождешь вон в том скверике. Надеюсь, грабители здесь по ночам не бродят. А если полиция – соврешь что-нибудь. Только говори погромче.

Он быстро разделся. Под плащом и костюмом на нем был тонкий, облегающий, как резиновая перчатка, комбинезон. Угольно-черный, поглощающий свет так, что уже в двух шагах его практически невозможно было рассмотреть. И вдобавок покрытый, как шкура жабы бородавками, крошечными капсулами, заполненными сверхскользкой смазкой. При достаточно сильном сжатии они лопались, и тогда удержать Шульгина было бы труднее, чем обмылок в бане.

Сашка опустил на лицо маску с ноктовизором, застегнул пряжку пояса со всякими нужными предметами.

Большинство окон клуба были темными, только в двух или трех пробивался сквозь шторы слабый свет. Известно, что некоторые «хантеры» остаются и ночевать в комфортабельных гостевых комнатах.

С заднего двора Шульгин вышел к двери черного хода. Она была заперта, конечно, но Сашка на нее и не рассчитывал. Его интересовали окна. Почти сразу же он увидел приоткрытую фрамугу на третьем этаже.

Подняться по водосточной трубе и пройти пять метров по карнизу труда не составило.

Он бесшумно протиснулся в форточку, спрыгнул на пол. План здания был ему известен, инфракрасная подсветка позволяла видеть в глухой темноте, как в ранних сумерках. Но все же нужную комнату он искал долго – не слишком умелый чертеж, сделанный Роулинсоном, и реальная сложная планировка старинного здания различались довольно сильно.

Майор утверждал, что функционеры «Системы» собираются всегда в одном и том же кабинете. Традиции, никуда не денешься.

Еще из Москвы пленник дал в Лондон кодированную телеграмму, в которой сообщил, что располагает информацией предельной важности и срочно выезжает. Встреча всего «Большого круга» была назначена на завтрашний вечер.

Дверь кабинета была незаперта. Да и с чего бы вдруг? Клуб столь респектабелен, что слуги даже антикварные фунтовые серебряные ложки после ужина не пересчитывали.

Шульгин убедился, что не совершил ошибки и попал именно в нужное место. Все точно так, как описывал майор. И стол, и трофеи на стенах, и таблички с именами постоянных членов на спинках кресел.

За десять минут он установил в укромных местах два радиомикрофона, закрепил под массивной тумбой стола, за стенными панелями, у основания многопудовой бронзовой люстры дюжину стограммовых шашек мощного пластита с настроенными на общую волну взрывателями. Ошибки полковника Штауфенберга он повторять не собирался.

Сначала Шульгин хотел угнать какой-нибудь автомобиль, оставленный на улице без присмотра, но потом сообразил, что есть более простое решение.

Им ведь не нужно опасаться полиции или контрразведки, они вполне респектабельные господа и ничего противозаконного делать не собираются.

Дождавшись утра, он сначала снял номер в том самом отеле, из окон которого виден «Хантер-клуб», а потом разыскал контору по прокату автомобилей и нанял очень приличный сорокасильный «Остин Кабриолет» с шофером.

Через три часа, когда солнце подходило к полудню, они с Ириной подъезжали к воротам Танбридж-хауса, что в Восточном Сассексе.

Места здесь были красивые. Холмистая равнина с разбросанными по ней рощами и старинными усадьбами лендлордов, среди которых двухэтажный дом Сильвии из серого дикого камня, с остроконечной черепичной крышей, увитый плющом и окруженный парком, выглядел настоящим средневековым замком.

Перед крутой аркой ворот он велел шоферу остановить машину и несколько раз нажать резиновую грушу сигнала.

Не слишком торопясь и позевывая, из калитки появился слуга, гораздо менее почтительный, чем лондонский дворецкий Сильвии. Сообщил, что хозяйка уехала, куда и надолго ли – неизвестно, и собрался вновь исчезнуть в примыкающей к воротам караульной будке.

– Минутку, любезнейший, – окликнул его Сашка и, словно веером, помахал перед собой десятифунтовой бумажкой. Весьма солидная по тем временам сумма. Побольше месячного жалованья этого лакея.

Не теряя достоинства, он деньги взял и медленно, словно говорить ему было либо непривычно, либо противно, поведал, что леди Спенсер да, была здесь, но вчера вечером уехала. Нет, куда и на сколько – не сообщила. Не их, слуг, дело интересоваться господскими поездками. О том, что кто-то должен был приехать к ней в гости, она тоже не предупреждала. Шульгину пришлось использовать все свои дипломатические способности и еще десять фунтов.

– Гнать таких жлобов со службы надо, – пробурчал он себе под нос по-русски.

Однако вредный лакей все же признался, что Сильвия приехала сюда три дня назад, вела себя почти обыкновенно, может быть, больше, чем обычно, ездила верхом и была как бы слишком молчалива и задумчива…

«И неудивительно, – про себя отметил Сашка, – будешь тут молчаливым. Попробуй изображать саму себя шестидесятилетней давности, да так, чтобы досконально знающие тебя слуги не заметили подмены…»

– А позавчера к ней приехал в гости какой-то джентльмен…

Услышав это, Ирина вскинула голову.

Позавчера? Но позавчера Сильвия еще была в своем доме в Лондоне, а Новиков две недели неизвестно где…

– И каков он из себя? – небрежно спросил Шульгин. – Наверное, это наш друг, с которым мы договорились здесь встретиться.

Описание, данное слугой, полностью соответствовало внешности Андрея.

Упомянул он и о двух больших чемоданах, которые имел при себе гость.

– Днем они ездили верхом, потом вместе ужинали…

Слова из лакея приходилось тянуть чуть не клещами. Наконец стало понятно, что ночью Сильвия и ее гость уехали. Она оставила записку, вот только никто из слуг не видел, когда и как это произошло… Возможно, вызвали кэб или автомобиль со станции?

– То есть временные сбои усиливаются? – спросил Шульгин, когда они с Ириной остановились в первой же придорожной роще на холме, откуда хорошо было видно поместье.

– Трудно сказать. Слуги тоже могут врать или исполнять приказ хозяйки… Вдруг ей приходится сбивать кого-то со следа? А вот мы, если бы сразу сюда кинулись, могли их застать… – Видно было, что Ирина затосковала.

– Успокойся. Радуйся, что они живы-здоровы. Куда хуже, если бы на самом деле Андрей попал сюда две недели назад, после чего исчез бесследно…

– Я радуюсь, – слабо улыбнулась Ирина. – Так что мы имеем? Они ушли отсюда вчера вечером или ночью. И наверняка тоже внепространственным способом. Куда же они могли направиться? И зачем?

– Раз мы не знаем, о чем они говорили и что задумали, угадать сие невозможно, – с ноткой фатализма ответил Сашка. – Они вполне могут сейчас уже вернуться в Севастополь или оказаться в Москве, а то и в Париже… Что делать-то будем?

– Знаешь, давай попробуем все же заглянуть на виллу. Вдруг там что-то нам подскажет…

– Разумно. Настраивай машинку… – Они отошли подальше, чтобы шофер ничего не заметил, и Ирина включила универблок. Только теперь они не стали перешагивать границы рамки, а осмотрели виллу как бы через окно, оставаясь в роще.

Следы пребывания в доме Сильвии и Андрея были уже устранены утренней уборкой. Хотя нет, в гостевой комнате они увидели аккуратно развешанный на плечиках костюм Новикова, в котором он ушел с «Валгаллы». Значит, здесь он с какой-то целью переоделся. Но во что? А в спальне Сильвии, в платяном шкафу, стояли привезенные Андреем чемоданы с золотыми гинеями, соверенами и бриллиантами.

– Надеюсь, здесь нет собак?

– Собак, пожалуй, нет, а вот нечто другое…

Ирина полуприкрыла глаза, крылья носа у нее вздрагивали, будто вдруг почувствовали незнакомый, едва уловимый запах. Она медленно поднесла ко лбу свой портсигар, стала совершать им какие-то плавные пассы. Такой ее Шульгин еще не видел. Она сейчас напомнила ему Сильвию во время сеанса заклинания генерала Врангеля.