Я еще князь. Книга XX - Сириус Дрейк

сколько-нибудь умелых парней в здании, но и они вряд ли справятся. Они целыми днями только и занимались, что рвали цепи, разбивали глыбы льда и кирпичи. Выглядело, конечно, эффектно, но одно дело — разбивать камни о башку, а совсем другое победить реального противника.

Ли уже слышал, как снизу раздаются крики, а потом кто-то кого-то метелит, звенит сталь, а потом грохочут выстрелы.

Но и стрельба быстро обрывалась. Похоже, работали профессионалы. Это тебе не кирпич о башку разбить. «Если у кирпича вдруг вырос кулак и полетел тебе в рыло — пиши пропало», — так говаривал один из его учителей. Мир его праху.

Ли выпил еще одну чашку. Девушка, которая подливала ему чаю, постоянно вздрагивала, когда снизу снова кто-нибудь кричал или стрекотала очередная очередь, так же быстро оборвавшаяся.

— Спокойно, — сказал Ли, отпивая еще немного чаю. С каждым разом его глаза разгорались только сильнее.

Такая уж у него предрасположенность — становиться сильнее, быстрее и ловчее от пары чашек чая. В детстве все очень удивлялись этому факту, но Ли было плевать. Он очень любил чай, и всегда пил его перед боем. Да и в перерывах тоже.

И благодаря этому небольшому секрету в схватке ему не было равных. Вернее, был один, и он даже как-то победил его на университетском первенстве, но это было давно. Этот негодяй уже, наверное, давно спился к черту.

Как сказал когда-то другой его учитель, прежде чем зазвездить Ли еще раз в лицо палкой: «пить надо в меру!». Он всегда иронизировал над привычкой Ли пить чай. Даром, что звали его Пей Чай.

А сам при этом Пей Чай любил накатить крепкого алкоголя. Да, он полностью игнорировал собственные советы, и квасил он за троих. Якобы в этом и крылся секрет лютого мастерства. Когда Ли уже было нечего учиться у этого старого дурака, он забил его это же палкой, а потом ушел на вольные хлеба.

Звуки драки все ближе. Да, как Ли и думал — толку от этих идиотов немного. Даром что носят маски, черные деловые костюмы и шлемы. Просто понт, не более. В этих шлемах же нихера не видно! А от разбивания кирпичей у них поди и мозги все вытекли.

— Иди уже к мамочке! — раздался крик, а затем кто-то заплакал. И еще послышались какие-то странные звуки — будто кто-то кого-то порол.

— Мама! — побледнела девушка. Чайник в ее руках задергался.

— Уходи, Сунь Вынь, — кивнул Ли и, подскочив, девушка бросилась к выходу.

Не торопясь, он поднялся, а затем начал делать разминочные упражнения. Звуки битвы приближались.

Когда он встал в шпагат между двух стульев и замер, сложив ладони, в кармане заговорила рация. Ну как обычно.

— Джет! Ответь, ты еще там⁈

— Меня зовут Ли, — терпеливо ответил он. — Мы не в Америке.

— Как скажешь. Я активирую объект «Патриот». Задержи этих людей как можно дольше! — невозмутимо сказал голос.

— Как можно дольше? Издеваешься, да я сотру их в порошок!

Вдруг двери раскрылись, и порог переступили двое. И один из них…

— Ли!

— Чан!

Да, это был тот негодяй, который отделал его на университетском первенстве. И нет, пусть он так же нетвердо стоял на ногах, но на спившегося человека он был совсем не похож.

Когда Чан вышел к нему, он разорвал майку. Да, бугры мышц стали только больше.

Сглотнув, Ли сжал кулаки и одним движением встал на ноги. Теперь это личное.

* * *

Дахай Тамир, бывший секретарь бывшего хана, сидел за компьютером и неспеша нажимал кнопки, пытаясь активировать проект «Патриот», который располагался у него за спиной. Было это довольно сложно, особенно с этими иероглифами — ибо снаружи творилось вообще черт знает что!

Вроде и нападение, и нет. Сообщения противоречивые. То ли атака с воздуха, то ли их всего двое, и один из них, похоже, в стельку пьян.

— Какие же тут все дилетанты! — рычал Тамир, барабаня по кнопкам. Эту сволочь законсервировали несколько лет назад, и его поди разморозь… Запаролили черти китайские так, что тут сам Будда ногу сломит!

— Алтарь… главное сохранить алтарь! — рычал Тамир, набирая последний код, и вдруг дверь открылась.

На пороге стоял какой-то парень в спортивном костюме.

Тамир уперся в него взглядом. Он его не знал. Неужели?

— А где Ли? — вырвалось у него.

На фоне раздался мощной силы удар, а потом все потонуло в тишине.

— Спекся, твой Ли, — улыбнулся парень и пошел на него. — А теперь твоя очередь. Обещаю, если честно скажешь, где алтарь, проживешь чуток подольше.

Тамир оскалился, довольно потер ладони и ткнул пальцем в кнопку «Ввод».

Глава 24

Очень много запрещенных приемов!

С одной стороны мне даже спокойнее, что алтарь оказался в этих лабораториях. Но с другой… Кажется, этот странный мужик на балконе, и есть тот самый генерал хаоса. По крайней мере, мне так показалось.

Но не только это беспокоило меня. Он успел активировать что-то, и Лора не смогла это заблокировать, так как сигнал был совершенно другой. Что уже странно.

— Анализ?

— Алтарь находится за этой комнатой. Видишь стеклянную стену за его спиной? — сказала Лора, выводя изображение.

— Ага.

— Что-то происходит. Он испускает сильное излучение. И что бы это ни было, чем дольше оно работает, тем тяжелее нам, — закончила она.

Снизу под балконом открылась еще одна дверь, и к нам выбежали солдаты с автоматами. Решили, что так будет эффективнее всего. Чан встал в странную стойку, перекатываясь с ноги на ногу, а я просто махнул рукой, и Болванчик пробил все стволы насквозь, заодно сломав руки солдатам.

— А-а-а-а, я понял, кто ты, — произнес монгол сверху. — Ты убил Великого Хана, я прав? Кузнецов Михаил?

— Ого, удален! Но ты можешь не представляться. Дахай Тамир, верно? Бывший секретарь того толстяка? Что ж, тогда не вижу больше причин скрывать свое лицо.

После чего я снял значок и предстал перед ним в своем истинном обличии.

— Воу-Воу! Ты как-то поменялся… Глаза что ли стали пошире? — заикаясь, произнес Чан. — А ой, погоди…*Ик* ты убил Великого Хана? Нихрена же себе! Святые мощи царя дракона…

— Прости, сам забыл этот маловажный факт, — улыбнулся я и одним прыжком оказался перед секретарем.

— Тц-тц-тц, сколько же ты будешь